– А что я подумала? – не поняла Летисия.

Мужчина открыл было рот, но тут уже не выдержал Ноа:

– Рэй, хватит хохмить! Она дриада! Она не понимает твоих шуток!

– Ну и что, что дриада, – пожал плечами мужчина. – Дриады разве почкованием размножаются?.. Что вы молчите? Неужто, угадал? – заломил он бровь.

Вспыхнувшая дриада попыталась вспомнить, зачем она сюда пришла:

– Я не об этом говорила! Я… Дин… Мы сидели… И вот этот, из компании, что мне встретилась… Он… В общем, он показал Дину кинжал, сказал, что тот принадлежит Дину. И что он нашел его в комнате у какой- то Майи… А Тир сказал, что его повели на арену…

– Твою мать… – тихо выдохнул Рэй, остекленевшим взглядом смотря куда- то мимо Летисии.

– А при чем здесь она? – не поняла дриада. – И какая из четырех?..

Но слуа ее уже не слушал. Резко оттолкнув девушку в сторону, он рванулся к выходу, рявкнув на бегу:

– Из дома не выходить!

Впрочем, услышал его только Ноа: заглоту было не до того, он размышлял, есть ли что- нибудь съедобное в комнате у Рэя, а Летисия с трудом удержалась за дверной косяк – слишком уж сильно ее толкнули.

К тому моменту, как кто- либо успел хоть как- то среагировать, хозяина дома уже и след простыл.

Летти выпрямилась, окинула задумчивым взглядом коридор и медленно направилась к гостиной.

– Эй, ты куда?! – окликнул ее юварка.

– Ждать, – мрачно буркнула девушка. – Идти за ним еще рано, а спать уже поздно.

Утром, едва рассвело, когда заспанный Элиаш вышел в гостиную, он увидел там весьма странную картинку: на кресле- капле, сидел, пытаясь не заснуть, Ноа, а на диванчике лежала, скрутившись калачиком и подложив под голову крошечную пушистую подушечку, Летисия. Подушка раздраженно моргала голубыми глазами, но сбежать не пыталась.

– Что вы здесь делаете? – зевнул эльф: он бы не вставал так рано, но вновь появившиеся татуировки чесались и буквально зудели – казалось, прикоснись к черным линиям и почувствуешь, как они вибрируют.

– Ждем…

– У моря погоды? – хмыкнул парень.

– Нет, – сладко потянулась проснувшаяся, наконец, дриада. – Когда Рэй вернется.

Эльф нахмурился:

– А куда он ушел?

– Дина вытаскивать, – Летисия как раз зевала, так что прозвучало это примерно как «вытауаскивауть…», но ее прекрасно поняли:

– А что случилось?

Лучше бы он этого не спрашивал. Уже в следующую минуту Летти рассказала ему все – причем с такими подробностями, которые Рэй не смог бы с нее получить при всем желании.

Чем дальше эльф слушал девушку, тем сильнее мрачнел.

– А потом я рассказала все Рэю и он убежал… Правда, Дин так мне и не сказал, что от меня хотела та компания… Элиаш, а что они хотели?

– Потом объясню, – отмахнулся эльф, искренне надеясь, что это потом никогда не наступит.

Чуть слышно скрипнула дверь и в комнату заглянула Эмили. Волосы растрепались ото сна, а перышки на коже стояли дыбом:

– Вы почему не спите?

Летти закатила глаза: в третий раз рассказывать, что случилось было выше ее сил. Впрочем, это и не понадобилось: прежде чем кто- то успел отреагировать, Мяу пушистой кляксой соскользнул с дивана и что- то невнятно курлыкнув, выкатился из комнаты.

– Знаете, а это ведь здравая идея… – задумчиво протянула девушка.

Элиаш поймал дриаду за руку уже у самого выхода из гостиной:

– Ты куда? – почему- то он был уверен, что никакой «здравой идеи» прийти в голову Летисии не могло.

Путешественница на миг задумалась, стоит ли рассказывать, а потом пожала плечами:

– Я хочу выяснить, что с Дином.

– Рэй сказал никуда не выходить! – подал голос Ноа.

Летти только отмахнулась:

– Если бы я слушала все, что мне говорят, меня бы здесь не было.

– Ты не понимаешь! – возмутился юварка. – Чужакам нельзя ходить по улицам Неблагого Двора! Мы здесь находимся только потому, что Рэй пообещал свою защиту! Иначе – это смертельно опасно!

На этот раз Летисия задумалась дольше. Правда, ненамного:

– Дин говорил, что я его выбрала, и все было благополучно… Значит, теперь я буду говорить, что выбрала его! – и выдернув руку из цепкой хватки эльфа, девушка направилась к выходу из дома.

Честно говоря, Ноа ожидал, что Элиаш его поддержит. Каково же было удивление юварки, когда эльф крикнул:

– Подожди, я с тобой.

– Ты с ума сошел?! Ты же в отличие от нее не был пьян! Ты слышал, что Рэй рассказывал о Неблагом Дворе!

– Ну, не могу же я ее бросить!

– Так останови!

– Шутишь?

Ноа не знал, что ему делать: пойти за убежавшими Элиашем и Летисией было слишком опасно, но и оставаться и ждать их он не мог – в конце концов, сам виноват, что они оказались в Неблагом Дворе. Парень уже решился, сделал первый шаг, когда Эмили вдруг побледнела и с тихим стоном осела на пол. Этическая проблема решилась сама собой.

Элиаш догнал Летисию очень быстро. Уже через несколько минут он поравнялся с ней и сейчас шагал рядом, стараясь попасть в шаг.

– Куда ты так спешишь? – не выдержал юноша через несколько минут.

– Я же сказала! Я хочу узнать, что с Дином!

– Ты знаешь, где он? Куда нам идти?

– Не- а, – пожала плечами девушка.

– Тогда какой смысл?

– А я иду за Мяу, – жизнерадостно сообщили эльфу в ответ.

Тот даже с шага сбился. И смог сформулировать вопрос лишь через пару минут:

– А ты уверена, что он катится в нужную сторону?

Дриада на миг задумалась, а потом хмыкнула:

– Ну, он знает, куда мне надо… Плюс я здесь ничего не знаю… Значит, особого выбора у меня нет!

Если у парня до сих пор оставались хоть какие- то сомнения относительно психического здоровья Летти, то теперь они окончательно испарились. Все, что оставалось эльфу, это молча шагать рядом с девушкой.

В отличии от впервые попробовавшей вина Летисии, юноша вчера слышал рассказ Рэя о Неблагом Дворе. Сказано было не так уж и много, особо распространяться слуа не собирался, но и услышанного было достаточно для того, чтобы понять: чужаков здесь не любят. Это- то все было понятно, непонятно было другое: почему улицы селения пустынны? Где все эти нелюбящие чужаков слуа?

Усиление слуха Элиаш сейчас не включал – просто не догадался, – а потому шум голосов, раздающийся впереди, там, куда так спешил Мяу, первой услышала Летисия и, удовлетворенно хмыкнув:

– Вот видишь, я же говорила, что Мяу найдет! – ускорила шаг.

– Только не обязательно Дина, – буркнул себе под нос эльф, но постарался не отстать.

Впереди толпа затопила улицу: эльф и дриада протолкались между слуа, надеясь узнать, что же так привлекло местных жителей (точнее, надеялась Летисия, а Элиаш просто старался не потерять ее в толпе)… И Летти охнула, зажав рот рукой – путешественники стояли перед уже знакомой ареной: невысокие сплетенные из лиан стены окружали ровную вытоптанную за время сражения площадь, в центре которой стоял обнаженный до пояса, несмотря на весеннюю прохладу, Дин… А перед ним замерли, хищно скалясь и поигрывая кривыми ножами, десяток незнакомых слуа. Летти узнала лишь одного – того самого Мира, что сегодня ночью кричал о какой- то Майе.

– Повторяю! – разнесся вдруг над ареной голос, и гомон толпы мгновенно стих. Лишь ветер посвистывал в голых ветвях начинающих просыпаться деревьев. – Еще тридцать ударов сердца. Еще тридцать мгновений. Еще тридцать возможностей для рода. Двадцать девять… Двадцать восемь…

– Смотри! – Летти ткнула пальцем в сторону, и Элиаш послушно повернул голову, вглядываясь: лианы – стены в одном месте, неподалеку от путешественников, раздвинулись, и на образовавшемся пороге появились двое: какой- то незнакомый слуа с лицом, обезображенным косым шрамом, перечеркнувшим щеку и задевшим глаз, и уже успевший переодеться в обычный костюм Рэй. Губы мужчины шевелились, он что- то зло говорил стоящему рядом… Дин, похоже, пока не заметил родственника.

Эльф вздохнул и осторожно коснулся кончиками пальцев линий татуировки. «Чувствительность слуха увеличена на семь процентов». В тот же миг по ушам резанули крики толпы, а голос Рэя стал слышен так четко, словно он стоял в шаге от эльфа: