Последние слова он сказал с явным акцентом. Даша вздрогнула и сказала громко:
– В морду тебе сразу дать? Или хочешь пульку в колено?
Так говорят в армии, при допросах врагов. Иностранец улыбался и говорил с акцентом:
– Не надо меня бояться. Я всего лишь хочу вам сказать. Что наша страна хочет принести в вашу страну новые знания…
– Мы что, тупые или необразованные? Вы вообще кто такой?
– Меня попросили в университете. Разве Вы не хотели там учиться? – сказал он, глядя на Викторию. На лице Виктории – едва заметное смущение. Ей тоже не хочется говорить с чужим, но учиться ей хочется. Иностранец сказал про книги, которые дают почитать просто так.
– Вот вы и читайте. У нас работа. Бежим. – Даша потянула Вику за собой. Иностранец крикнул вслед адрес. Как он так появился, что его след не заметили. Это явно не волк, хотя и одет по-простому. Ярких зарубежных красок в нем нет. По адресу располагается школа. Даша сказал, что это провокация и надо срочно сообщить старшим. Школа сейчас на ремонте. Возле нее есть невысокие жилые здания. Кажется, там медведи живут. Виктория решила, что это все обман, насчет бесплатных книг. Но она умеет очень быстро читать. Можно прийти и за минуту пролистать; ага! – можно одолжить фотоаппарат и перещелкать кучу листов. Страшновато идти одной. Никто из подруг не говорил об иностранцах одобрительно. В рамках самообразования Виктория изучала той язык, которым пользуется иностранец. Немного поколебавшись, она попросила Дашиного брата одолжить ей на денек фотоаппарат. Копировальная техника была строго подотчетной. Если спросят, почему нельзя переписать, Виктория решила сказать, что там очень много рисунков и формул. Собственно, она и хотела запечатлеть рисунки. Брат ни о чем не спросил и дал фотокамеру запросто. Виктория сделала кадр цветущих садов. Если вставить в рамку, получится совсем как живописное полотно. Фотоаппарат в сумке через плечо. Рука ее придерживает таким образом, что сорвать внезапно не получится. Стоит ли брать что-то для самообороны? В детстве Виктория не любила драться, поскольку это некрасиво. Она решила, что лучше убежит. Школа уже три года стоит запертой. Из больших окон глядят стены комнат и темные углы шкафов. Вокруг школы довольно просторно. Дома в четыре этажа похожи на ржаные буханки: цвет кирпичей изменился от времени. Но дома не ветхие. Где-то двери нараспашку, где-то закрыты замком. Иностранец назвал улицу с домами. Но здесь только редкие медведи ходят. Краем глазом Виктория заметила подвал с торговлей. Только это и есть. Она махнула хвостом. Первый этаж одного из зданий целиком занимает пространство с витринами. Наверное, раньше тут был гастроном или аптека. Сквозь неяркие стекла видны стеллажи. Выходят зайцы, лисы, еноты; Виктория увидела ежей с внешностью доцентов. Она постояла немного и вошла.
Книги лежат прямо на столе, их можно брать, перелистывать, рассматривать подолгу. Никого из иностранцев нет. Даже удивительно, что книги на месте! Лис потряс книгой, посмотрел на разворот, потом куда-то за спину. В стене есть узкие дверцы, за ними – стоят источники чужих следов. Все-таки смотрят. Виктория полистала книгу и одновременно следила за помещением. Иностранцы не мешают никому. Один зайчик открыл рот – и моментально возле него появились три парни. Они говорят на том же языке, речь добродушная. Виктория не решалась сделать снимок. На странице изображены формулы со старших курсов, схемы сборки цифровых плат, объяснения. Очень хочется сфотографировать страниц двадцать. Но парни начали рассматривать Викторию. Она сделала вид, что уходит. Фотоаппарат нужно подцепить… Виктория сделал вид, что уронила книгу, и стала быстро щелкать со вспышкой. Спустя семь секунд она опять встала. Парни как будто не заметили. Их не видно. Эта книга по электронике, такие есть и в Кралепоре. Виктория прошла чуть подальше. На столах лежат учебники, а возле стен, напротив витрины, расположены стеллажи. Книги там стоят исключительно вертикально. Этих языков Виктория не знала, однако смысл некоторых названий можно понять. На одном издании написано «Кристалло-метрия». Виктория открыла и была поражена: на страницах подробно описывались различные формы искусственных кристаллов, принцип их формирования, а также применение на практике. Некоторые слова напоминают транслитерацию с русского. Виктории захотелось купить эту книгу.
– О! Издание не продается. Но Вы можете спрашивать, спрашивать! – сказали юные псы. Виктория, подумав, стала задавать вопросы об источниках этих книг, трудно ли их сюда вести и вообще трудно ли доехать сюда из других стран. Парни стали наперебой рассказывать, кто откуда – кто с южной части материка, кто из-за океана. Несмотря на молодость, они уже побывали в других государствах и рассказывали о своих впечатлениях совершенно свободно. Виктория спрашивала о высшем образовании. Да, везде есть высшее образование и везде надо очень стараться. Виктория задала вопрос о промышленности. Песики задумались, потом засмеялись. Виктория спросила о некоторых темах фундаментальной науки. Этого песики тоже не знали, но по их словам, это могут объяснить специалисты. «Ехать к вам? Но у меня нет денег!». Парни, улыбаясь, сказали, что иностранные ученые уже приехали в Кралепор и пытаются наладить научное взаимодействие. Пока это непросто. Но уже есть центры для контакта, вроде этого. Также организованы передвижные пункты для консультаций, для обмена мнениями, для учебы. Виктория не очень поняла, что это такое. Школа на колесах? Псы сообщили адрес. Это прямо в столице, правда, совсем с другой стороны, на границе города. Псы сказали, что там работают настоящие преподаватели и эксперты, поэтому с ними можно говорить всерьез о чем хочешь. Виктории предложили записаться, чтоб выбрать наиболее удобное время.
– А я паспорт не взяла. У нас запрещено ходить с документами. Тем, кто работает! На заводе.
«Наверное, я выдумала нескладно!». Судя по виду парней, они ничуть не сомневались. Виктории дали адрес. Документы нужны в случае, если прямо в передвижном центре возникнет желание записаться на учебу.
«Ага! Вот еще! Хитрые какие. Им только отдай документики, так они их присвоят – и начнут шантажировать. Сообщить в штаб? Но, возможно, там уже знают об этих деятелях. Кроме того, что ценного я могу сказать. Будут еще смеяться надо мною!» – Виктория не любила, когда над ней подшучивали. Солнце уже сместилось далеко. На больших улицах народ. Волчицы с детьми, волки-рабочие, волки с повязками на руках. Медведи выполняют простые работы. С молокозавода привезли новый товар. Медведь стал вынимать и неловко шмякнул поддоном. Бутылочки звенят. Молоко – продукт стратегического назначения, поэтому основную его часть распределяли централизованно, в магазины поступала сравнительно небольшой объем. В особых пунктах молоко бесплатно дают беременным, матерям с грудными детьми, детям, а также раненым. Виктории показалось странным, что иностранные специалист приехали заниматься наукой еще до заключения договоров. Но парни совсем не похожи на аферистов. Виктория подумала, что стоит посоветоваться с подругами. В общежитии шумно. Оказывается, уже издают информационные листки о военной кампании этого года и особенно говорят про 14-й разведческий полк. Информации немного. Известно, что 14-й полк пересек занятую драконами полосу и теперь далеко на западе. Приводятся описания природы. Сообщают об отсутствии потерь. У одной из подруг в том полку был младший брат – не в роте Олега и не в батальоне Радостина; во время марш-броска его ранят в двух местах. Его вылечит Саша Радостина. Это произойдет чуть позже, но подруги как будто предчувствовали, и не скрывали своего волнения. Виктория тоже волновалась об Олеге, но старалась быть сдержанной. За делами она почти забыла про «палатку просвещения» (так ее называли парни-песики). С собой Виктория носит блокнотик с потрепанной обложкой, где отмечает самые важные из текущих дел. Периодически она его перелистывает и смотрит, что еще не сделано. Есть пометка.
«Палат. Уч. Пл. Энт. 10-17».
