Когда в таком еще смутном и слабом настроении Апостолы ушли от опустелого Гроба Христова, к нему возвратилась опять Мария Магдалина. Дойдя до пещеры Гроба, она стала плакать и, безутешно скорбя, наклонилась (Иоан.20:11) в низкий вход пещеры, чтобы еще взглянуть туда, где был погребен ее Спаситель. И там видит, в белом одеянии сидящих, двух ангелов500, одного у главы и другого у ног, где лежало тело Иисуса. И они говорят ей:
– Жена, что ты плачешь?
Мария отвечает им:
– Унесли Господа моего и не знаю, где положили Его!
Горе Марии было столь велико, что она не сообразила, что с ней говорят не люди, а ангелы, принявшие вид людей для облегчения ее горя светлым торжественным праздничным своим видом на месте печального погребения Христа, и она отвечает им всё теми же словами, какими говорила Апостолам об исчезновении из Гроба тела Христова. А ангелы, торжественным светлым явлением своим подготовляя Марию Магдалину к возвещению дивного воскресения Христова, однако, не говорят ей, как прочим мироносицам, что Тот, Кого она с такою ревностью разыскивает, славно воскрес, потому что Господу угодно было причислить саму Марию Магдалину к непосредственным вестникам Воскресения Христова.
И вот в то время, когда Мария Магдалина в ответе своем ангелам поведала им причину своего плача, Христос Спаситель внезапно появился позади Марии, отчего ангелы приняли особо почтительное к Нему положение; Мария же Магдалина, заметя в них перемену, обратилась назад и увидела «Иисуса стоящего, но не узнала, что это Иисус» (Иоан.20:14). – Тягота горестных мыслей, обильные слезы мешали ей хорошо рассмотреть, Стоящего позади нее, да, очевидно, и Самому Христу Спасителю не угодно было, чтобы она сразу узнала Его, как не вдруг открыл Он Себя Эммаусским путникам (Лк.24:13–32), и теперь Мария Магдалина приняла Его за садовника (Иоан.20:15) сада Иосифа Аримафейского, в котором помещалась эта пещера святого Гроба.
Не узнанный же Мариею Магдалиною, Христос говорит ей:
– Жена, что плачешь? Кого ищешь?
Слыша в этих словах сострадательное участие к ее скорби, Мария отвечает доверчивою просьбою:
– Господин, если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его (Иоан.20:15).
Как много самоотверженной любви и глубочайшей преданности выразила Мария Магдалина в этих кратких и простых словах! Она не называет предполагаемому садовнику Иисуса Христа Его именем, а только говорит «Его"… Она столь высоко чтила своего Учителя сама, что полагает и другие должны знать Его и Им интересоваться. Она умоляет мнимого садовника открыть ей, куда унесено тело Иисуса, так как садовник этого сада должен был знать тайну исчезновения этого тела из гробницы Иосифа. Похищение не могло произойти без его ведома, потому что ему был поручен этот сад. А если бы сам Иосиф, владелец сада, переложил бы тело в другое место, то это также не могло бы совершиться без ведома садовника. И Мария Магдалина просит у этого садовника указания места нахождения тела Христова, чтобы ей взять Его:
– Я возьму Его, – говорит она.
При безмерной любви к Господу Мария совсем забывает о своих слабых силах и надеется взять и унести сама тело своего Спасителя. Усердие и любовь ее так велики и пламенны, что она считает себя чрезмерно сильною. И не получая быстрого ответа на свой живой вопрос, Мария Магдалина, как свойственно очень обеспокоенному человеку, опять обратилась в сторону ангелов, желая, может быть, от них слышать что-нибудь об Иисусе, или, чтобы узнать причину, побудившую их принять особенно благоговейное положение. Господь же, тронутый высотою и силой ее любви, уже знакомым Марии благодатным голосом, называет ее по имени:
– Мария! (Иоан.20:16)
Теперь Мария Магдалина услышала тот памятный на всю жизнь голос ее Спасителя, силою которого Он изгнал из нее толпу бесов, – тот небесный голос, который проникал и оживлял всякую душу, – тот дивный голос, который услаждал души слушателей Его небесным блаженством. И Мария почувствовала теперь близкое присутствие Божественного Учителя, в Котором заключались все блага ее, всё ее счастье, и несказанная радость наполнила всю душу Марии. От полноты счастья она не могла говорить и, опять обратясь к Господу, просветленным взором узнала Его и, с восторгом воскликнув только одно слово: «Учитель!» (Иоан.20:16) – бросилась к ногам Христа Спасителя…
В радостном восхищении Мария Магдалина еще не могла себе представить и сознать всего величия Христа Воскресшего. И потому Господь, чтобы просветлить ее помышления и научить об изменении чрез воскресение уже и плоти Его, кротко сказал ей:
– Не прикасайся ко Мне501 (Иоан.20:17), ибо Я еще не восшел к Отцу Моему.
Мария Магдалина восторженно выразила поклонение человечеству своего и Спасителя и Учителя, а Христос, запрещением ей прикасаться, возвышает, освящает ее помышления, научает более благоговейному обращению и дает разуметь Марии Магдалине, что время для теснейшего духовного общения с Ним настанет тогда, когда Он совсем скроется от чувственных очей Своих учеников и взойдет на небо к Богу Отцу Своему. А так как и прочие ученики Христовы, при вести о воскресении Его, могли подумать, что теперь Он уже навсегда с ними на земле и, быть может, осуществит народные мечты о великом иудейском земном царстве, то Христос Спаситель посылает Марию Магдалину предостеречь их от таких мыслей и мечтаний. Удостоверяя теперь Апостолам Воскресение Христово ясным созерцанием ею Воскресшего и Его речью, она посылается Господом возвестить им, что Христос уже не долго будет на земле, что Ему с самым прославленным телом надлежит вскоре взойти к Богу Отцу. Но, чтобы весть об этом удалении не привела их в смущение и скорбь, Господь повелевает Марии Магдалине сказать ученикам Его, что Отец Его, к Которому Он восходит, есть вместе и их Отец, милостиво называя их при этом Своими братиями:
– Иди к братиям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему и к Богу Моему и Богу вашему…502 (Иоан.20:17)
Сказав так, Христос стал невидим. А обрадованная, осчастливленная Мария Магдалина идет и возвещает всё (Иоан.20:18), случившееся с нею Апостолам Христовым, и с восторгом утешает их скорбь дивными словами:
– Христос воскрес!
Вот поэтому-то, как первая, посланная от Самого Господа, благовестница совершившегося Христова Воскресения, Мария Магдалина Церковью христианскою признана «Равноапостольною».
Здесь светлейшая черта всего дивного служения Марии Магдалины Церкви Христовой. В утро Воскресения Христова она удостоена была видеть Господа воскресшего первая из всех учеников и учениц Его503 (Мк.16:9; Иоан.20:14–17) и первая же по непосредственному повелению Господа сделана вестницею, проповедницею для них Воскресения Его. Апостолы проповедовали Воскресение Христово всему миру: Мария Магдалина проповедовала Воскресение Христово самим Апостолам – она была Апостолом для Апостолов!.. Святые отцы Церкви провидят в этом обстоятельстве особенную тайну и премудрость провидения Божия.
– Жена, – учит святой Григорий Богослов, – из уст змия приняла первую ложь, и жена же из уст Самого Воскресшего Господа первая услышала радостную истину, дабы чья рука растворила смертное питье, та же самая подала и чашу жизни…
Освященная созерцанием Воскресшего, восторжествовавшего над смертью, победоносного Христа, пламенная Мария Магдалина и без слов была полным, решительным свидетелем Воскресения Христова. Но благодатной ее вести о Воскресении Иисуса Учителя Апостолы и все, бывшие с ними в доме Иоанна Богослова504, не поверили. Они «печалились, плакали и, услышав, что Христос жив и что она видела Его, не поверили» (Мк.16:10–11; Иоан.20:18). – Почему же?..
Мария Магдалина пользовалась полным несомненным доверием Апостолов. Кроме того и между прочими мироносицами, которые также известили учеников Христовых в сообщенном им при Гробе Господнем ангелами восстании из мертвых их Учителя (Лк.24:9–11, 4–8; Мф.28:5–7; Мк. 16:1–20), – были мать Апостола Иоанна Богослова, и мать Апостола Иакова, и Марфа и Мария сестры Лазаря с прочими благочестивыми женами, которые все пользовались также полным доверием Апостолов; но они «не поверили им, почтя рассказ их за мечтание» (Лк.24:9–11; Мк.16:11; Мф.28:17) – Столь велико было тогда уныние небольшого общества учеников Христовых: – После того как первосвященники иудейские взяли и распяли их Учителя Иисуса, а Апостолы разбежались и скрылись, они внезапно лишились всего, всех своих личных и народных надежд; в них затмилась вера в Иисуса Мессию, в Его силу и славу; с потерею веры, потерялось и мужество духа; угнетало их и сознание не исполненного долга пред Христом Учителем, Которого они малодушно оставили одного в руках врагов и разбежались (Мф.28:56; Мк.14:50), и, не имея никакой поддержки ни в себе, ни вне себя, они думали больше уже о сохранении своей собственной безопасности «страха ради от иудеев» (Иоан.20:19) До смерти Христовой они всё «надеялись, что Он, – Учитель их, – есть Мессия, Который избавит Израиля» (Лк.24:21), откроет славное земное царство Израильское, но позорная Его смерть на кресте совсем разрушила эти их надежды и мечты. В глазах всех людей того времени распятие было самою ужасною и позорною смертию, оно было знаком страшного «проклятия» по закону Моисея (Втор.21:23; 1Кор.1:23), и в душах учеников Иисуса после распятия Его осталась вера в Него только как в Пророка, «Который был сильный в деле и слове пред Богом и всем народом...» (Лк.24:19) – В тяжко угнетенном сознании учеников Христовых не укладывалась мысль о том, что истинный Мессия, Христос, Сын Божий может умереть, как человек, и так, как Иисус действительно умер на кресте. И хотя они видели чудотворное воскрешение Иисусом дочери Иаира (Мк.5:41), сына вдовы Наинской (Лк.5:11–17) и Лазаря (Иоан.11:44), – но вот Сам Иисус умер, как и прочие пророки, то и воскреснуть может Он только со всеми людьми в последний день; а чтобы ранее этого чудотворцы пророки сами воскресали, не было примера никогда… – Петр же и Иоанн, видевшие гроб Христов, ничего не могли сообщить, как только то, что он был пуст. Об видении ангелов и Воскресшего сообщали только все женщины… Томительное, глубоко тяжкое, положение… И вот более пылкий Апостол Петр опять идет к святому Гробу, не давая себе отчета, не зная, – зачем пошел, так как сам уже видел пустое место, где был погребен Христос. Но теперь он скоро возвратился и с восторгом возвестил ученикам:
