Литмир - Электронная Библиотека

Вячеслав Соколов

Мажор 3: Милосердие спецназа

ПРОЛОГ

Одно могу утверждать смело. За последнее время во мне выработалась стойкая нелюбовь к подземельям. Да и за что их любить-то? Вы когда-нибудь напарывались на стадо мышей? В десяток особей, которые вовсе не против перегрызть вам глотку? Нет? Ну тогда вам меня не понять. И вообще я на солнышко хочу. И пофиг, что на солнышке сейчас минус сорок градусов по Цельсию. Всё лучше, чем вечный полусумрак коридоров. И этот светящийся мох. Кстати, учёные говорят, что местная живность вымахала до таких размеров именно из-за него. Что-то в нём такое есть, от чего все эти ящерицы и прочие грызуны, начали ставить рекорды роста и прожорливости.

И хорошо хоть больше ловить никого не заставляют. А то Балагур последний раз, как нормальный парень запутался в сети, которая, крепко зацепилась за огромадную двухметровую ящерицу, по которой «Парк Юрского периода» плачет горючими слезами, и устроил родео по городской площади. В результате два разрушенных здания, побитое вместе с тушкой самолюбие Вована и одна мёртвая рептилия. А что она против Олежки-Молота и его пулемёта может? Ну и остальные постарались… Короче, измочалили, бедную животинку в хлам.

Помнится, один из начальников учёной братии из свежего пополнения разорался на нас, что, мол, мы косорукие, от нас одни убытки, такой экземпляр не смогли захватить. Здания вон порушили и вообще нас под трибунал надо отдать. Ну я его и послал. Матом. Честно, думал, помрёт. Так его прям скрутило от слова святого. Может он из нечисти какой?

Покраснел, сипеть начал, ворот на себе рвать и давай опять орать. Ну вот что за жизнь? Нашли крайних. Ну я ему и сказал:

– Вы бы, мил человек, на своих подчинённых орали, а мне своего начальства хватает за глаза, – оно, кстати, не преминуло появиться, ну ещё бы, такой шум. Весь лагерь сбежался посмотреть.

– Да как ты разговариваешь со старшим по званию?

– Серьёзно? – усмехаюсь. – А где ваши погоны?

Ну а что? Он же в этаком комбезе-балахоне, даже если и есть погоны, их не видно. Так что нечего мне тут пургу гнать. Я, между прочим, раненый. Да. Палец на ноге ушиб.

– Сгною! – и давай в лицо слюной брызгать. Надеюсь не заразный.

– Что тут происходит? – рыкнул командным голосом Рогожин.

– А-а-а. Капитан, – припадочный учёный, тут же начал наезжать: – Это ваши подчинённые?

– Мои, – не стал отказываться командир.

– Ваши значит, – кивает и эдак грозно. – Ты что это распустил бойцов, капитан, мало того что они у тебя косорукие, так ещё и хамят старшим по званию. Матом.

– Матом? – удивлённо переспрашивает Рогожин. – Серьёзно? А что именно сказали?

– Вот этот старшина, – тычет в мою сторону пальцем, – послал. Так что требую его наказать.

– А куда послал? – заинтересовался капитан.

– Что? – растерялся учёный. И вспыхнув, рыкнул: – Да какая разница! Он офицеру нахамил!

– Не скажите, не скажите, – сокрушённо покачал головой Рогожин, – это очень важно. Я точно должен знать, куда это боец вас послал.

– Капитан, ты, между прочим, разговариваешь с полковником, так что не борзей, – и пальцем ткнул Рогожина в грудь, смертник.

– Но всё же, вы бы не могли уточнить, куда вас послал старшина, – на удивление спокойно продолжил настаивать капитан.

– На хрен, он меня послал! – не выдержав вежливого обращения, рявкнул полкан.

– Так в чём проблема? – добрым голосом вопросил Руслан. – Вы что дорогу не знаете?

– Ты! Ты! – начал закипать шибко учёный полкан и опять ткнул Рогожина пальцем в грудь. Ну точно смертник.

– Не тычь, хамло, – ухватив нервного оппонента за конечность, Руслан слегка повернул кисть. И глядя в перекошенное от боли лицо, поцедил сквозь зубы: – К слову сказать, погонов я не вижу, так что может полковник, а может прапор борзый. Так что если послали, иди. И не смей здесь орать. Вообще. Ни на кого. А то камень с потолка упадёт и по башке хряпнет. И не скули, будь мужиком, – отпустив растерявшего весь гонор учёного, грустно вынес вердикт: – Ну вот что вы за люди, как рисковать так вы учёные, ваша задача думать. А как орать, так вы сразу вспоминаете, что у вас есть звания. Уйди не доводи до греха.

– Тебе это с рук не сойдёт, капитан, – просипел, этот неадекват, баюкая пострадавший палец и бочком-бочком сделал ноги.

– Угу, – кивнул Руслан и, повернувшись к нам, поинтересовался: – Вот скажи мне, Мажор, у тебя прям терпения нет, как надо послать полковника в пеший эротический поход. Главное не майора даже, а сразу полкана? Вот как так?

– Так он же нам это ружьё с транквилизатором дал, сказал, что любую животину с ног свалит. Всё что размером меньше слона. А ящерице хоть бы хны. Вот и разворотили пару сараев. Вовка вон еле живой, пытался сетью остановить. Его чуть Олег с пулемёта не застрелил, между прочим. А этот орёт, что Хан мазила и не попал, а Хан попал аж два раза. Так что эта хрень не работает. Вот и не сдержался. Прости, командир.

– Быстров, – Руслан посмотрел добрыми глазами на главного ковбоя этого подземелья, – ты зачем на этого динозавра с сетью полез?

– Эта, – потупил взгляд Вовка, – ну а что. Приказано же было взять живьём, вот и хотел… – и давай ножкой шаркать.

– Так, Молот, а ты чего с пулемёта лупил, а если бы попал в Балагура?

– Да нет, командир, я аккуратно. Там только если случайно бы. А так-то не в первый раз же.

– Охренеть! – схватился за голову Рогожин. – Вот это похандрил немного называется.

– Ну не то, чтоб немного, две недели, как пришибленный, – киваю. – Но мы же понимаем всё, Джинн. Такая потеря, как ты только держишься?

–Да-а-а… – тянет. – Вот только это меня не оправдывает. Как я это пропустил мимо глаз. Вы же страх потеряли напрочь.

– Ну, прости, командир, маленько не сдержался я с этим заучкой.

– И это тоже. А ещё Балагур – стал ковбоем, Молот – палит с пулемёта не опасаясь попасть в своего. Что ещё? А? Проклятье, ну как я не заметил? Вы же переплюнули всех и всё в зачистке. Я думал, что вы у меня просто крутые. А вы, млять, бесстрашные! Вот тебе и прививка демоном страха. Ну да ничего, – сверкает глазами, – я вас научу бояться.

– Ой, да всё нормально, командир…

– Да всё путём, Джинн…

– Да нормальные мы…

– А ну тихо! – рявкнул капитан. – Упасть-отжаться двести раз. Для начала.

Ну вот чего он завёлся? Ну что такого произошло? Мы вон все на ящерах катались, это совсем не страшно.

– Что? Катались?

– Я что это вслух сказал?

– Ну всё, вы у меня ссаться от страха будете, – прорычал Рогожин, но напугать так никого и не смог.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Ох уж мне эти разборки с уклоном в доисторические времена. Я про махлу здоровенными мечами и топорами. Как по мне, то «калаш» всё же надёжней. Главное боеприпас правильно подобрать. Да и дробовик с которым так душевно погуляли по подземелью тоже отличная вещь. Вот какой-нибудь серебряной картечи туда насыпать и айда гасить монстриков. А все эти глупости… Хотя, это с какой стороны посмотреть, благодаря этим самым глупостям, у меня нарисовалась бабушка. Точнее, две прабабушки. Нет всё-таки одна, но в двух телах. Или нет… Маришка и Анютка всё-таки разные личности. А ну его – пешим ходом, на хутор бабочек ловить.

Пока Всеслав о чём-то спорит с Локи и Хель – во бред, кому расскажи в дурку запрут. Пойду лучше делом займусь. Спрошу у Руслана, чего это он такой загруженный. Тем более, что и мои новоиспечённые бабули возле него трутся и явно сочувствуют. Чему? Почему без меня? И вообще, что за беспредел? Ну, держитесь, сейчас я всем подниму настроение:

– Привет, бабушки-старушки, – радостно скалюсь и пытаюсь разом обнять обоих девушек.

– Что ты сказал? – раздаётся хоровое возмущение. Интересно, они теперь всегда так будут?

– А что такое? Как по мне так круто звучит, – и этак с ленцой, немного протяжно выдал: – Баба Аня, баба Марина…

1
{"b":"858822","o":1}