— Вот и не реви. Наплюй на эту дуру.
— Я не виновата, что не могу охотиться на паразитов. Я же не мурена, чтоб за грызунами и креветками по щелям ползать. И не хочу превращаться в монстра, потому что вы перестанете меня любить, — скороговоркой выпалила Нулька и зашлась новой порцией слёз, которые принялась растирать по лицу ладошками.
— Всё хорошо, — произнёс Иван и протянул руку богиньке. — У таких, как Фёкла, виноваты все вокруг, кроме неё самой. Не обращай внимания.
— Легко говорить, не обращай, — прохныкала Нулька.
Княжич уже открыл рот, чтоб продолжить успокаивать богиньку, но в этот момент шлюзовую влетел навигатор. Михаил держал в руках охапку инструмента и оружия.
Он выставил левый локоть и тормознул у стены.
— На, держи свою пу́ху. Я спилил старую скобу, распечатал и приклеил на суперклей новую. Теперь из него можно стрелять в перчатках от скафандра, — произнёс жрец-навигатор и протянул Ивану кобуру с револьвером. Парень взял оружие и повертел перед собой. Вроде бы и наспех, но имелась в них какая-то уютность, разве что прозрачный пластик новой скобы можно будет немного попозже закрасить чёрным маркером.
— Нулька, вылезай! Нам в открытку надо! — навигатор осторожно выпустил из рук прибуксированный арсенал, отчего оружие и приспособления принялись неспешно расплываться облаком медленно вращающегося вокруг осей космического хлама, и постучал по скафандру костяшками пальцев.
— Я с вами, — проныла богинька в ответ.
— Нет. Ты на корабле, — быстро отрезал Михаил.
Вскоре в шлюзовую заплыл капитан, который быстро окинул взглядом происходящее и затянул за собой скорпиона, ухватив того за хвост.
— По местам, — отдал он команду и сам начал быстро запаковываться в скафандр. За ним и навигатор стал облачаться в защитное снаряжение, предварительно нацепив принесённый арсенал на свой скаф.
Иван поглядел в большие-пребольшие глаза Нульки, деловито насупился и схватил девушку за шиворот. Она не сопротивлялась, и потому княжич выудил плавающую в невесомости богиньку, словно огурчик из банки.
Через пять минут все были готовы и разместились собственно в шлюзе. Даже Нулька, которая сказала, что хочет проводить до порога.
Когда с тихим шипением начал откачиваться воздух, княжич зажмурился. Вид девушки, одетой только в сарафанчик и при этом находящиеся в вакууме, изрядно напрягал.
Вскоре троица оказалась в открытом космосе, и лишь Нулька висела в круглом проёме шлюза, держась рукой за край, и махала непонятно откуда взявшимся белым платочком. Двигались осторожной вереницей.
— Дверь? — на всякий случай уточнил навигатор, когда до летучего голландца осталось всего ничего.
— А ты через окно хочешь? — ответил вопросом на вопрос капитан и окинул взглядом иллюминатор. — В принципе можно, а если не получится, попробуем пробиться через шлюзовой люк.
Он взял из охапки навигатора ломик и подлетел поближе к поблёскивающему иллюминатору. Когда ноги коснулись обшивки, двигатели скафандра заработали на самом малом режиме, прижимая Петровича к поверхности.
— Ломать не строить! — прокричал он, размахнулся, насколько позволял скаф, и с силой ударил по стеклу.
Ломик отрикошетил от бронированной поверхности, оставив только маленькую царапину. Три пятна света от фонарей сошлись на белёсой щербинке, и если присмотреться, то можно заметить несколько мизерных стеклянных крошек, искрящихся в белом свете.
— Не, сюда бы отбойный молоток. А то вусмерть упарюсь махать ломом в полном снаряжении, — выдал капитан экспертное заключение с тяжёлым удручённым вздохом и нотками глубокой озадаченности в голосе.
— А если расстрелять? — спросил Иван, достав из прикреплённой на липучке кобуры револьвер. Княжич не привык что-либо делать в толстенных перчатках, и потому оружие выскользнуло из рук. Парень сразу же хлопнул по нему двумя ладонями, словно по летающему перед носом комару. — Чуть не потерял, — облегчённо выдохнул он и покрепче взялся за рукоять револьвера.
За это время к нему приблизился навигатор и скептически пояснил:
— Не, княже. Иллюминатор сделан из композитного материала. Его всё равно придётся очень долго ковырять. Даже расстрелянный. Я такое уже проходил. Надо болгаркой. Подержи.
Михаил вручил княжичу прочий инструмент, а сам вооружился нужным. Вскоре в полной вакуумной тишине полетели искры, вырывающиеся из-под вгрызшегося в иллюминатор абразивного диска.
— Стой! — заорал капитан буквально через десяток секунд после начала операции по проделыванию лаза и оттолкнул Михаила в сторону: ибо изнутри к стеклу снова ринулась нежить. Умертвия принялись биться о прозрачную преграду, царапать её сломанными ногтями и кривляться, как аниматоры в дешёвом аттракционе ужасов.
— Шлюз, — произнёс капитан, — пробуем шлюз.
— Болгаркой, — поддакнул навигатор, и все дружно ринулись в направлении круглого входа.
Но сначала пришлось разгонять призрачных морских обитателей. Те уж очень неторопливо уползали с освещённой фонариками участка поверхности погибшего звездолёта.
— А их можно в свинцовой банке и в сейфе хранить? — спросил Иван и осторожно, чтоб не растаял, подхватил трилобита.
— С ними слишком много возни, княже: придётся озаботиться защитой от магнитных полей и всевозможных излучений. Зачем тебе эта гадость? — пробурчал капитан, словно отмахиваясь от ребёнка, который решил притащить домой полудохлого голубя.
— Ну, ни у кого таких же нет, а у меня будут.
— Давай, княже, сперва достанем концентратор, а то присоединимся к нежити, и будут уже два летучих голландца. А твои кураторы из инквизиции воткнут в наши тушки таблички «полные идиоты» и примутся водить экскурсии, чтоб остальным неповадно было так тупить.
Иван нехотя отпустил трилобита.
Михаил оглянулся в сторону иллюминатора, где до сих пор бесновалась нежить, а после стал прилаживаться к шлюзовому люку.
— Не получается? — спросил капитан, держа в руке ломик.
— Сейчас посмотрим.
И снова полетели яркие искры остывающего металла и раскалённые крупицы абразива, разбрызгиваясь фонтаном в разные стороны. Они сейчас напоминали школьные макеты фотонов, отскакивающих от обшивки, словно наглядное пособие для старого закона про углы падения и отражения, а так как в открытом космосе ничто не ограничивало их прямолинейное движение, а в вакууме остывали они, словно в термосе, дольше, то улетали, прежде чем погаснуть, достаточно далеко.
Прошла минута. Потом вторая. Навигатор заменил диск на другой. Но прогресс не шёл.
— Ну, скоро, а то кислород кончится раньше, чем вскроем? — нетерпеливо спросил Иван, глядя на сильно нахмуренного Михаила.
Тот вздохнул и ткнул ладонью в стекло гермошлема, слово хотел пот вытереть.
— Да, ты прав, княже. Шлюз заварен по всему периметру. Надо либо другой иллюминатор ломать, либо напрямую через обшивку.
Иван быстро пробежался взглядом в поисках остальных окон.
— Уверен? А как спасать погибающих, если вот так вот что-то сломалось? Ну, там реактор или ещё чего.
— Этот — никак, — пробурчал Михаил. Он медленно отлетел от поверхности, держа болгарку за страховочный тросик, зацепленный за пояс блестящим карабинчиком.
— Почему? Должно же быть.
— А нам, княже, дико повезло, — вставил слово капитан, перекидывающий ломик из руки в руку. — Это не простой корабль. Это тюремный. Для перевозки осуждённых на каторгу пиратов на планеты строгого режима. Хотя, чему я удивляюсь? Кораблик наверняка есть только в инквизиторской базе данных. И вскрыть его можно разве что гидроабразивным или мощным плазменным резаком. Вон там ячейка для спас-капсулы пилотов, но капсулы нет. Пилоты эвакуировались, а пиратов бросили до лучших времён. Но видимо, кораблик разгерметизировался, и лучшие времена так и не наступили.
— Нет, — медленно произнёс навигатор. — Ломать бесполезно. Нужно допилить то окошко, а затем перестрелять нежить через дырку десять на десять сантиметров. И уж потом доламывать и пробираться на борт.