Литмир - Электронная Библиотека
A
A

– Во всяком случае, вы уже выбрали одного моего брата, – наконец изрекает наследник. – Насиф – сын королевы и наложника.

Он оставляет меня наедине с тяжёлыми раздумьями и дверью, которую я не решаюсь открыть. За ней меня ждёт принц крови, раболепный и, возможно, лживый.

9

Само собой, я прекращаю ходить в гарем с Насифом. Боюсь с ним долго находиться тет- а- тет. Внимательно подмечаю каждое подозрительное движение наложника. Ночью отворачиваюсь от мужчины, боясь лишний раз даже разговаривать с ним. Хотя мне нужен кто- то рядом, кто сможет дать совет, как быть.

– Мы удвоим сумму, которую предложили вам в приданое.

Дахва, видимо, не привыкла уступать то, что считает своим. Вижу в её светло- карих глазах, что она многое не понимает. Например, не осознаёт: мужчины – это не вещи.

– Вопрос не в деньгах, – качаю головой. – Вы уже отказались от сватовства. А я почти завершила все процедуры.

– Четыре миллиарда. Подумайте.

– Даже пять не склонят меня, – не желаю больше читать книгу жадности на лице королевы.

– Могу дать шесть.

Держу улыбку сарказма из последних сил и всё же показываю каплю своего яда.

– Пожалуйста, оставьте этот аукцион, – мои слова заставляют женщину вспыхнуть адским пламенем. – Процесс сватовства почти завершён. Фарид тоже не против.

– Вы спрашивали у него мнение? – Дахва нервно шарит по карманам. – Это вы зря.

Королева Северных Эмиратов достаёт сигареты, с трудом высекает огонёк и жадно затягивается.

– С мужчинами надо жёстко, иначе отобьются от рук, – дама выдыхает мне в лицо дым и непрошеный совет.

– Учту в будущем. Спасибо.

Откашливаюсь, потом откланиваюсь. Вечером меня не зовут на торжественный ужин. В этот раз это праздник для гостей из Северных Эмиратов.

– Шакантала!

Нас с Бабером и Дилипом догоняет Фарид. Для бега ему пришлось снять маску. Потом он торопится защитить лицо от чужих взглядов золотистой клеткой.

– Вас тоже не желают видеть вечером? – я не ждала его в этот раз.

– Там сейчас главный герой – Закир, – даже сквозь маску голос мужчины звенит колокольчиком благой вести. – Дахва сказала, что он ей больше подходит.

– Это здорово, – веселюсь я. – Она умеет находить компромисс.

– А вы нет?

– Солнце среди звёзд с детства была упряма, – сообщает Дилип.

Мои помощники держатся чуть позади и дают возможность нам с Фаридом свободно разговаривать. Сначала мы упражняемся в языке жестов. Потом я решаю воспользоваться ситуацией и постараться выведать больше информации о Насифе.

– Зачем вашей матери выставлять сына в роли наложника?

Принц напряжённо молчит и глядит вперёд так пристально, будто пытается заглянуть за горизонт, но его укрывают воды Евфрата.

– Он сын наложника, поэтому его место в гареме, пока кто- нибудь не выберет его.

– Всё равно, в чём смысл?

– При всём моём желании… У меня нет ответа. И я сам ищу объяснения многому.

А руки моего друга оживают в пляске особых символов. Крючок указательного пальца, выпрямленные безымянный и средний на левой. Берегись и не доверяй. Эти слова и так уже стали моим девизом. Он пульсирует в жилах на моих висках при виде Насифа. Он пытается загипнотизировать меня своим просящим взглядом.

– Я приготовил мальфуф.

Он старается околдовать меня своим кулинарным талантом. Пытается снова накинуть мне петлю своей сексуальности.

– Нет, Насиф, – обрываю его новый танец на первом же изгибе тела. – Я не хочу. И ты, я думаю, не хочешь. Поэтому прекращай этот театр. Просто садись, ужинай. Потом – спать.

– Я хотел бы…

– И давай есть молча.

В его тёмных глазах стоит влажная пелена обиды. Но надо отдать должное должное Кутуф. Она вышколила его "на отлично". Я не слышу ни слова от наложника. Он открывает рот только под одеялом ночи.

– Шакантала… в чём я виноват перед тобой?

– Ни в чём, – задумчиво бормочу. – Просто ты не тот, за кого себя выдаёшь.

– Я твой наложник. Меня зовут Насиф. И я…

Тишина, наверное, должна меня заинтриговать, однако я набрасываю узду на своё любопытство.

– Я не могу радоваться жизни без тебя, – Насиф сам же попал в ловушку своей паузы и продолжает говорить. – Поэтому прошу тебя, Шакантала, не прогоняй меня! Я сын хозяйки гарема.

Я остаюсь спокойной, наложник же входит в состояние смятения. Когда зажигаю ночник, вижу, что мой компаньон весь горит пунцовым огнём.

– Я знаю, – из нейтрального у меня есть только два слова.

– У меня был выбор, – он прикусывает губу до крови. – Либо стать стать подарком для Кутуф, либо втереться в твоё доверие и рассказывать королеве, что ты делаешь и говоришь.

Насиф всё же сдерживает свои эмоции, берёт паузу, чтобы вытереть струйку крови, которая сочится по его подбородку. Я же стараюсь выглядеть спокойной и холодной, хотя готова кричать.

– Но я понял, какая ты невероятная, в первую же ночь. И я ещё ни разу не сказал Ильнуре правду.

– Знаешь, мне нужно подышать свежим воздухом.

Я тороплюсь в коридор, ныряю в прохладу внутреннего двора. Все мои подозрения оправдались, но я почему- то всё равно поражена услышанным. Судорожно пытаюсь сообразить, что мне делать.

– Шакантала, – шепчет Насиф.

Он настигает меня со своей мольбой о прощении, встаёт на колени и клонится к моим стопам. Безразлично слежу за ним. Погружаюсь в холодную реку осознания, что нахожусь в ловушке. Стоит мне прогнать наложника – Ильнура насторожится. Мне же нужно усыпить её бдительность и бежать из её царства жестокости и сумасшествия.

– Если ты меня любишь и говоришь правду, – мои слова заставляют мужчину встрепенуться, – то ты сделаешь то, что я хочу.

– Да. Да!

В покоях подаю ему два лепестка голубой розы. Наложник не колеблется – кладёт их в рот. Вещества цветка должны попасть на слизистую. Если бы это была живая роза, хватило бы её понюхать.

– Что ты успел выяснить обо мне?

– Что ты уходишь куда- то по ночам. Но следить я не стал. И в гареме очень пристально смотришь на Камиля…

– И что же ты сказал своей матери?

– Я каждый день говорю, что днём ты гуляешь с Фаридом, а ночью спишь со мной.

– Она верит?

– Да. Она обещала меня убить, если солгу.

Я внимательно изучаю лицо Насифа. Он улыбается мне, целует мои руки и продолжает:

– Я готов к казни.

– Тогда продолжай лгать королеве, а мне говори правду про неё.

10

И первой весточкой от Насифа стало то, что Ильнура внимательно следит за тем, как часто я хожу в гарем.

– Я сказал, что иногда прошу разрешения посещать гарем, а ты просто сопровождаешь меня, но ни с кем там не разговариваешь.

Мужчина будто пытается вытащить мои мысли наружу своим пытливым взглядом.

– И хорошо, что ты сказал правду.

Не знаю теперь, как вести себя с наложником. Ерошу смоляные волосы и продолжаю одеваться. По тоскливому виду компаньона понимаю, что он тоже хотел бы на улицу.

– Пойдёшь со мной?

Идём с Дилипом на рынок. На огромной площади продают всё, что только можно представить. Насиф долго торгуется, чтобы купить персики. Здесь фрукты имеют немного другие оттенки. Они словно все вышли из- под соцветий голубой розы. Потом наложник заводит меня в ряды, сверкающие кучей разных самоцветов.

– Что бы тебе могло понравиться? – он следит за моим взглядом. – Я хочу одарить тебя.

– У тебя есть деньги?

– Конечно. Я же сын хозяйки гарема.

Выбираю серьги и кольцо из авантюрина, похожего цветом на мой любимый нежный гибискус. Насиф даже задерживает дыхание, когда надевает мне кольцо. Оно оказалось мало на средний, поэтому украшение ползёт по фалангам безымянного пальца.

– Спасибо, – ласково кладу руку ему на плечо.

– Может быть, ты хочешь что- то ещё?

– Мне достаточно подарков.

Но ночью моё сердце всё равно рвётся туда, где таится опасность. Мысли о Камиле не дают мне покоя. Поэтому торопливо накидывают куртку для утренних прогулок и ныряю в прохладу коридора. Когда уже почти дохожу до боковой лестницы, замечаю тень на третьем этаже. Высокий мужчина в балахоне крадётся тоже в сторону спуска к гарему. Прячусь за колонной, боюсь дышать, мне кажется, что слышен даже стук моего сердца.

8
{"b":"850052","o":1}