— Я тоже узнавал про неё. Сирота, живет в коммуналке, из семьи только тетка, — не сдавался Мальчин.
— Сам то веришь что сказал. Сирота с бриллиантами и в фирменной одежде. У неё одни босоножки стоят больше твоей зарплаты, а их ещё нужно где то достать. Операция прикрытия, что тут может непонятно. Забыл как она отказалась под своей фамилией издаваться, выбрала псевдоним Снежная. Вот ты скажи, какая девчонка откажется от поклонников и славы? Вот то то и оно. Опасная!
Собирались за покупками долго, вернее не я а Катерина. Сарафанчик был как на неё, попа побольше моей, немного в обтяжку, но до того классно. К джинсе пришлось доставать пару белых кроссовок, не в туфлях же в самом деле, тем более таких стремных. Размерчик подошел, ей повезло, на ноги фирменные адидасовские носки, от щедрости сунула ей в сумку всю упаковку, плюсом шёл комплект нижнего «Неделька». Катя стояла у зеркала и не могла наглядеться на себя любимую, так ей всё шло. Дальше притворно тяжело вздохнув, дарю импортную косметику, от спекулянта много осталось, я всё забрала. Подруга была в ступоре, долго отнекивалась от подарков, вообщем собирались долго, это я надела джинсовый комбинезон-шорты и готова, а вот с Катей пришлось повозиться, в основном заставить принять подарки. После часа примерки, уговоров, благодарности и макияжа мы наконец сели в такси, пора на базар. На заднем сидении составили список всего необходимого, выходило немало, пусть будет, такое событие не каждый день случается, нужно хорошо отметить, иначе госпожа Удача назавет меня жмотярой и отвернется.
На рынке взяли тушку упитанной утки, гуся к сожалению не было, Катерина обещала приготовить. Далее колбасу, сыр и лимоны с апельсинами. Из овощей дорогие тепличные огурцы, помидоры и зеленый лук. Заехали в кулинарию, там взяли торт и пирожные. Конфеты только шоколадные, других не признаю, разве только леденчики. С большими сумками, ненавижу авоськи в них всё как на витрине, приехали домой. Конфеты в большую хрустальную вазу, Кате сразу по рукам, чтоб к сладкому не тянула, нечего аппетит заранее портить. Утка в духовку, шампанское в холодильник, торт и пирожные тоже. Пока подруга возилась с птицей, порезала колбаску и сыр. Виноградный сок из трехлитровой банки разлила в шикарный графин с широким горлышком. Вот вроде и всё, для фруктов ещё рано, на рынке их не было, только цитрусовые.
Запахи из кухни были просто божественные, как Катя смогла сотворить такое чудо? Тут от аромата можно слюной захлебнуться, про саму утку вообще молчу. Сейчас бы музыку хорошую, да где её здесь взять, один Кобзон и симфонии по радио, а магнитофоном я не озаботилась. На будущее нужно учесть, притащить импортный катушечник, пусть крутит взад-вперед для фона и хорошего настроения. Видик тоже необходим, насколько я помню Сони выпустила первый кассетник в прошлом году, формат конечно не тот, нужный VHC появится чуть позже, но мне ждать не обязательно, годом раньше, годом позже, ерунда.
Вот наконец и тетя Настя, сразу потащили её за стол, ждать дольше не было никакой возможности, слюни уже начали капать на паркетный пол. Выпили по бакалу шампанского, после Анастасия Федоровна поздравила с первым моим заработком, сумму я так и не назвала, а потом вручила деревянный чемоданчик. Сердце сразу учащенно забилось, это был мой первый официально разрешенный Марголин. Бумага на хранение и ношение имелась, так что я уже совсем непростая комсомолка, а вооруженная. Кейс с зеленой бархаткой, сам красавец лежал со всеми приблудами, вплоть до масленки. Разрешение было получено ещё вчера, а сегодня тетя по своим милицейским связям достала эту красоту. Сколько стоит спрашивать не стала, скорее так списали, ну бутылка коньяка конечно приложилась, это дело святое.
Посидели просто отлично, утка моментально исчезла, а за ней постепенно всё остальное. Торт правда осилить не смогли, зато пирожные не задержались. Шампанского выпили всего бутылку, мизер по сравнению с двумя пузырями виски по ноль семь, которые мы приговорили на двоих с Катей. Хвастаться этим конечно не стали, здоровье дороже, тетушка за такое быстро открутит уши, или стыдно сказать — ремнем по попе, за ней я знаю не заржавеет. Катя утомившись легла спать, а я наконец показала тете свой гонорар. Весь вечер отшучивалась и вот сейчас открыла дипломат. Анастасия Федоровна была в шоке, это ещё мягко сказано, она впала в какой то мистический транс. Еле еле смогла её растормошить, взглянув на меня пустила слезу. Пришлось отпаивать валерьянкой и корвалолом, боялась инфаркта или инсульта, мало ли чего.
— Совсем ты у меня взрослой стала, последнее время только о тебе и думаю. Сначала эта шикарная квартира, потом езда на автомобиле и права, далее пистолет с разрешением, наконец чемодан с деньгами. Я за свою жизнь столько не заработала, и это не говоря о нашей обставленной антикварной мебелью квартире. Вон на хрустальную вазу с конфетами мне месяц нужно трудится, преступников ловить, а она пожалуйста на столе, стоит сияет. Что дальше? Боюсь представить, — наконец она высказалась.
— Ну что ты выдумываешь, должно было и нам когда нибудь повезти. Скоро появятся зарубежные издатели, вот тогда пойдут настоящие деньги, валюта и чеки Внешторгбанка. Ты пожалуйста не ругайся, я попросила Дмитрия Ароновича насчет дачи узнать. Вот представь, сидим на берегу загораем, вокруг никого, а потом садимся в свой катер и волны вперед! Правда здорово? — спросила я обнимаю тетю.
— Ну и лиса ты Оля, вся в мать!
— Но но, мама святая! Давай спать, завтра собираемся, а послезавтра в Ленинград, — зевнула я.
Утром поедем за билетами, а там в аэропорту мне нужно встретить одного человека, вернее тварь. Заманить, поднять крик и изувечить, расстреляют его и без меня. Вот память дырявая, про этого Внуковского маньяка вспомнила только недавно, а ведь я это дело изучала, вернее изучал в прошлой жизни. Хотел выучится на психолога, интересно было разобраться в себе, как же я стал наемным убийцей, почему нажимая спусковой крючок нет сожаления с чувством вины, один голый прагматизм. Вообщем дело с учебой прошлое, а маньяк к сожалению сегодняшний. Про убийства девушек и женщин мне рассказала тетя, особенно про синюю розу, вот тут у меня и что-то щелкнуло в мозгах, всё что читала про него вспомнила.
Утром на завтраке доели торт, Катя убежала вприпрыжку домой, хвастаться своими обновками, а мы поехали в аэропорт. Насколько я помнила, маньяк в этот день заманит и убьет молодую беременную женщину, так что нужно не проворонить.
Билеты пошла покупать тетя, у кассы была небольшая очередь, а я не спеша направилась в туалет, выискивая взглядом то доброжелательное лицо, которое врезались в память. До туалета маньяка не встретила, пошла в сторону буфета и бинго, стоит тварь, улыбается.
Остановилась, стала рыться в сумочке, тут и он пожаловал, не смог пропустить такую красоту. Улыбаясь попросил показать остановку в город, он мол не местный. С удовольствием согласилась помочь, вышли из здания аэропорта, там он меня забалтывая повел в сторону стройки. Идти туда не было никакого желания, поэтому как только скрылись за кустами от людей, врезала болтуну промеж ног. В его кармане оказался нож, а в сумке синяя роза. Вывернула гаду руку, которая тут же оглушительно треснула, маньяк завыл, я закричала, к нам быстро подбежали люди во главе с милиционером. Дальше всё по сценарию: заманил, напал с ножом, чудом спаслась. Вокруг собралась большая толпа, всем было интересно, поэтому преступника вместе со мной быстро препроводили в линейную комнату милиции. По пути к нам присоединилась купившая билеты тетя, ей я быстро всё рассказала.
Пока убийце накладывали шину и мазали разбитые яйца зеленкой, написала заявление и дала свои показания. Синяя роза не оставляла никаких сомнений кто стонал перед нами. Не та роза из сумки что меняла под действием чернил свой цвет на синий, а татуировка на заднице. У него первая ходка была за изнасилование, в колонии сразу определили к параше, наколов цветок петушары, вот по ней и определили этого Раевского. Отпечатки и фото подтвердили личность задержанного и нас наконец отпустили. Анастасия Федоровна уже отчиталась перед своим начальством, так что задержание маньяка оформят на её отдел, а там глядишь поощрение какое нибудь с премией.