— Сегодня он в кино не собирался?
— Не знаю. У нас с ним малоприятное общение. Стараюсь ограничивать.
— Ну да, он ещё тот засранец, чтоб ему опять неделю с унитаза не слезать!
— Что ты такое говоришь! Всё-таки он мой брат! — в притворном возмущении воскликнула Наталья.
— Я просто не хочу, чтобы он тебе праздник испортил.
— Как будто это от тебя зависит.
На эту реплику я только пожал плечами, не став переубеждать. Лучше подстраховаться.
Доехали до Красной Пресни. На афише из комедий новинки «Анализируй это» с Робертом де Ниро в роли главного мафиозо и «Сбежавшая невеста» с Джулией Робертс и Ричардом Гиром.
Продюсеры захотели повторить успех с «Красоткой» и, спустя девять лет, свели опять вместе звёздную пару, но матримониальный фильм это не спасёт.
— Пойдём на де Ниро, — решил я.
— Почему?
— Сюжет второй комедии для тебя будет неоригинальным, — подколол девушку и получил тычок острым локтем в печень. — За что?!?
— А ты как хотел? Не маленький уже, должен понимать, что люди во все времена страдают за правду.
Ну, что я могу сказать? Вышло немного не так, как я планировал, хотя комедия о гангстерах очень даже зашла. Мы вышли из Киноцентра уже в одиннадцатом часу. Пока фильм посмотрели, пока в ресторан зашли. За всё время ни одного поцелуя, хотя я честно пытался подкатить.
— Что это? — спросила недотрога, когда я ей протянул брелок с ключами.
— Ты же хотела погонять? Садись за руль, я в качестве пассажира.
Сверкнула глазами и с предвкушающей улыбкой заняла место водителя. Через секунду мы с пробуксовкой вылетели с парковки, а через две уже были на Садовом. Пробки уже рассосались, на дорогах было свободно.
— Йу-хууу! — от восторга крикнула Наташка в открытое окно.
Мы промчались под Новым Арбатом, и лихачка, увидев запрещающий сигнал светофора, с визгом шин сделала полицейский разворот напротив МИДа через две сплошные. Позади раздался рассерженный сигнал шарахнувшейся в сторону легковушки, а от МИДа, включив люстру с крякалкой, за нами стартанула машина ППС, но сразу отстала — стрелка на спидометре достигла двухсот кэмэ в час. Гонщица счастливо рассмеялась и, когда в темноте сзади растворились синие проблески милицейских мигалок, нырнула на узкую улицу, сбавив скорость. Мы затерялись в сети московских дорог и через некоторое время оказались на набережной Москвы-реки.
— Спасибо! День рождения удался, — она, сверкая от возбуждения глазами, вышла из машины и бросила мне ключи. Поймал, подошёл и сграбастал её в объятья. Мажорка больше не сопротивлялась, целовались до опухших губ.
Утром я тихонько встал, чтобы не разбудить наконец-то опять ставшей моей девушку, и пошёл варить кофе. Вчера на нас напало форменное безумие. Мы еле добрались до моей квартиры и стали сдирать с себя ставшую ненужной одежду. Она кричала в голос, а я никак не мог насытиться, раз за разом доказывая, как сильно по ней соскучился. Соседи сначала стучали в стену, но к утру угомонились, сдавшись раньше нас. А мы просто в какой-то момент отрубились, не выдержав марафона.
Я пил кофе с молоком, улыбался и смотрел на улицу. Погода сменила обычную серость на солнце, на небе в холодной утренней синеве плыли редкие облака. В голове всплыли стихи:
И где-то на другой планете,
Забыв напрочь об этикете,
Мы, возможно, начали б сначала:
— Здравствуй, я так скучал.
— Здравствуй, я так скучала…
Дежавю — я сегодня стал самым счастливым человеком на Земле. Опять.
— Привет, — к полудню в дверях спальни возникла лохматая блондинка, замотанная в простыню.
— Привет, засоня. Кофе будешь?
— Буду, — заявила блондинка, прошлёпав босыми ногами в сторону ванной.
Я заново поставил турку на печь и начал делать поздний завтрак. Когда через полчаса на кухне нарисовалась свежая причесавшаяся и традиционно одетая в мою безразмерную футболку Наталья, на столе уже стояли тарелки с глазуньей, зажаренной в окружении помидоров черри и тоненьких колец острого чили-перца. Композицию завершали румяные ломти нарезного батона, лежащие на отдельной тарелке, рядом стояла маслёнка со сливочным маслом и открытая банка малинового варенья.
— Вот, два варианта на выбор. Континентальная яичница и островные хрустящие тосты с джемом. Кто тебя знает, какие у тебя теперь пристрастия после Туманного Альбиона?
— Такое всё красивое! Серёж, я выбираю континентальную кухню, — она с аппетитом набросилась на еду.
Мы болтали ни о чём и обо всём, наслаждаясь обществом друг друга. Когда дошла очередь до кофе, я усадил подругу на колени и уткнулся в прическу, вдыхая аромат её волос. Моя ладонь путешествовала по гибкому телу под футболкой, Наташа смеялась и периодически останавливала мою чересчур обнаглевшую руку.
Неожиданно зазвонил мобильный телефон.
— Серёж, мне звонят. Ну, пууустиии, мне надо ответить. Ну, Серёёёж!
Наконец она вырвалась, выпорхнула в прихожую и вернулась с мобильником.
— Привет, ба! … Да, у меня всё отлично, сейчас в гостях у Сергея… Сегодня? Конечно, вернусь… Хорошо, мы будем.
Она завершила разговор и обрадовала: — Нас сегодня в гости на чай ждёт моя бабушка.
— А может, не надо так резко? Мы ещё так мало знакомы!
— Надо, Серёжа, надо! Если умная, красивая, в общем, идеальная женщина, то есть я, захотела сделать тебя счастливым, то вряд ли тебя уже что-то спасёт.
— А я думал, это я решил сделать тебя счастливой!
— Конечно, так и думай! А я слабая беззащитная девушка, которую ты коварно заманил к себе в логово и грязно надругался!
— Кажется, я это от тебя уже слышал.
— Так ты рецидивист?!
— Ага, махровый!
— Хорошо, придумаю тебе наказание позже. Давай собираться!
Но сразу у нас выйти не получилось. Когда она стала переодеваться и на виду у меня неосторожно сняла футболку, под которой, конечно же, кроме ажурной паутинки чёрных трусиков ничего не было, я перестал себя контролировать. Через час мы отдышались и предприняли вторую попытку. Третья попытка была более успешной, и мы наконец-то выбрались из квартиры.
Доехали до Котельнической набережной, заскочив в магазин. Я купил торт с символическим названием «Красная Москва», букет гвоздик, и был во всеоружии. Мы прошли в подъезд мимо дёрнувшейся было консьержки, мигом сдувшейся под взглядом Натальи, поднялись на неторопливом лифте на двадцать седьмой этаж. Подруга открыла своими ключами входную дверь, оказавшуюся через одну от квартиры с героической снайпершей, и мы вошли в прихожую.
— Бааа! Мы дома! — крикнула с порога Наташа. Мы разулись и вошли в гостиную, где у стола, заставленным вазами с разнокалиберными букетами, стояла красивая дама. Я замер с отвисшей челюстью, будто со всего маха налетел на невидимую стену.
— Баб Насть, это тот самый Сергей. Ты его, наверное, помнишь. Серёж, это моя бабушка, Анастасия Михайловна.
Я перевёл взгляд на недоумённую от моего ошарашенного вида Наталью, наконец-то сообразив, кого мне напоминала старая чекистка. Вот это семейка! Вот я попал!!!
* * *
Пригород Вашингтона, округ Колумбия. Два человека в чёрном стояли в закрытом помещении морга у открытого гроба. Их пригласили в специальную секцию, где проводились исследования генетического материала при эксгумации захоронений. АНБ слишком поздно заинтересовалось скоропостижной смертью одного скромного профессора и направило двух специалистов разобраться. Американский учёный не участвовал в программе защиты первых лиц государства, и его смерть так бы и прошла мимо Агентства, но один из сенаторов послал запрос. Слишком не вовремя случилась кончина профессора Бжезинского, возглавлявшего комитет за мир в Чечне. И теперь из АНБ прибыли люди в чёрном, отрабатывая деньги налогоплательщиков.