Рафаэле Куттоло женился на Иммаколате в 1983 году после того, как его жена и сын от первого брака пали жертвами покушений, организованных против самого Рафаэле. Летом 2000 года бессрочный узник Куттоло решился вновь обзавестись потомством. Но поскольку жесточайший режим содержания в тюрьме не позволяет ему иметь свиданий даже с супругой, он был вынужден прибегнуть к технологии искусственного оплодотворения, передав на волю для Иммаколаты специальный контейнер со спермой. Правда, для этого ка-морристу пришлось сначала получить персональное дозволение католического архиепископа Неаполя, что иллюстрирует характерные именно для «Каморры» традиционно трепетные взаимоотношения с католической церковью.
Сверстница Розетты Кутоло Кармена Джулиано унаследовала власть над своим семейным кланом от пожизненно засевшего в тюрьму мужа, Луиджи Джулиано, после того, как в декабре 2000 года в тюрьму попала предыдущая атаманша клана, сестра Луиджи 44-летняя Эрминия Джулиано, прозванная «Селестой». До конца 1990-х годов в их семье царили сугубо «патриархальные» порядки. Но после того как была последовательно арестована и осуждена вся мужская половина фамилии Джулиано, братья Джильельмо, Кармино по прозвищу «Лев» и «Малютка» Луиджи (он же «Король»), управление кланом перешло в нежные, но твердые женские руки. Именно под руководством Эрминии Джулиано ее семья выстояла в междоусобной войне с кланом Кутоло, стоившей обеим враждующим сторонам нескольких сотен бойцов, павших на разборках 1990-х годов.
Ордер на арест Эрминии Джулиано был выписан прокуратурой Неаполя в начале 2000 года, но почти год ей удавалось скрываться от правосудия. И все же ее подвела общая для всех итальянцев любовь к семье. В католическое Рождество накануне 2001 года отряд полицейского спецназа Неаполя учинил внезапный ночной рейд на квартиру дочери «Селесты». Обыскав все помещения, спецназовцы обнаружили небольшой тайник, примыкавший к кухне. Раздвижная дверь, через которую в него можно было проникнуть, была заставлена посудным шкафом. В этом тайнике и пряталась «Королева Клана», арест которой министр внутренних дел Италии Энцо Бьянко назвал «отличным рождественским подарком для жителей Неаполя».
Но «свято место» не долго оставалось пусто. Руководство преступным сообществом Джулиано, также именуемым «Братство чести», в начале 2001 года приняла, как уже говорилась выше, супруга Луиджи — Джулиано Кармела. В отличие от свояченницы Эрминии, Кармела Джулиано не таится от правосудия, проживая с детьми и внуками в особняке в центре Неаполя и изображая особу, посвятившую себя одним лишь хлопотам по дому. Однако полиция считает, что именно она стоит за многими преступлениями, совершаемыми в городе.
Косвенно это подтверждает и недавнее интервью, данное корреспонденту лондонской газеты «Санди телеграф» самой Кармелой. В разговоре с журналистом она заявила: «…Некогда мой муж занимался не совсем праведными делами, но теперь Луиджи стал совсем другим человеком, истовым католиком, готовым в любой момент держать ответ перед Богом». А раз ни Луиджи Джулиано, ни другие его родственники-зеки не имеют сейчас желания и, главное, возможности, грешить посредством руководства «семейным предприятием», которое, тем не менее, продолжает свою деятельность, то метод исключения делает наиболее вероятной подозреваемой в этих грехах именно Кармелу Джулиано.
Забавная деталь — «Король» Луиджи Джулиано является не только «добрым католиком», но и страстным футбольным болельщиком, в друзьях которого ходил сам Диего Марадона! А еще Джулиано выказал себя неплохим певцом-любителем. Незадолго до ареста он даже записал в студии песню, исполненную им дуэтом с одной из звезд итальянской «попсы» Джиджи д’Алессио. В 2001 году, уже после суда над «Королем», против 35-летнего певца Джиджи было заведено отдельное уголовное дело по его обвинению в связях с «Каморрой». Однако, поскольку д’Алессио пел дуэтом не с одним Джулиано, но и с нынешним (на момент написания этих строк) премьер-министром Италии Сильвио Берлускони, поп-кумир в итоге отделался легким испугом. Как и его старший и гораздо более известный коллега из США — знаменитый эстрадный певец Фрэнк Синатра, которого в 1960-х годах также подозревали в связях с итало-американскими гангстерами из «Коза Ностры», но так и не подвергли никаким наказаниям.
Нынешние подозрения полиции отравляют жизнь, но не грозят лишением свободы как «соломенной вдове» Кармеле Джулиано, так и Пунетте Мареска — вдове главаря еще одной неаполитанской «семьи» Паскалоне Нолла. Собственноручно расстреляв в упор в центре Неаполя убийцу своего мужа, Мареска продолжила дело усопшего супруга. Ее примеру следует и другая «черная вдова» Анна Манца, ныне проживающая под круглосуточной охраной людей «Каморры» на своей вилле под Неаполем, оцениваемой в полтора миллиона долларов. Гораздо меньше повезло неаполитанке Терезе Девиато. После внезапной смерти мужа Антонио она не только с успехом продолжила налаженный им рэкет, но сумела вместе с подручными, в числе которых было несколько ее сестер, взять 13 банков! Лишь при попытке ограбления четырнадцатого ее удалось схватить и засадить в тюрьму. После двух с лишним лет пребывания на нелегальном положении туда же (т. е. на нары) отправилась 50-летняя Мария Личчарди, арестованная в июне 2001 года в пригороде Неаполя Мелито. До того она успешно заменяла на посту «Caporegime» двух своих ранее осужденных братьев.
Кроме арестов, «крестные матери» «Каморры» не застрахованы и от пуль соперниц. Разразившаяся в феврале 1998 года «война» между «семьями» Контини и Мадзарелла всего за десять дней сократила эти группировки на десять человек. Среди них оказались три женщины и 14-летний подросток, сраженный во время перестрелки… у ворот неаполитанской тюрьмы «Поджореале», где содержатся члены обеих преступных «фамилий». Вспыхнувшее в мае 2002 года на шоссе под Неаполем ночное сражение между пассажирами автомобилей, принадлежавших «семьям» Кава и Грациано, унесло жизни трех женщин из этих враждебных кланов. Еще две пассажирки гангстерских лимузинов были ранены.
Однако все приведенные выше примеры отнюдь не значат, что «Каморра» феминизировалась до того, что мужчины окончательно уступили все командные высоты в организации слабому полу. До последнего времени на свободе и у власти в «Каморре» оставалось несколько лидеров, твердо, по-мужски правивших ею в 1980—90-х годах. Именно в минувшие двадцать лет были заложены основы новых направлений деятельности «Каморры», которой она продолжает заниматься и в наступившем XXI веке.
В этой связи не могу не удержаться от соблазна процитировать «Правду» — главную газету бывшего СССР. Ее номер от 1 марта 1982 года содержит любопытную заметку: «РИМ. 28. (Соб. корр. «Правды»). В это утро в Неаполе остались закрытыми двери продовольственных, мясных, булочных, других магазинов, кафе, баров в знак протеста против гнета «каморры» — так называется местная мафия. «Каморра» облагает практически всех торговцев «налогом на спокойствие». Речь идет о постоянном вымогательстве. Строптивые подвергаются немедленной расправе. Аппетиты «каморры» все время растут. Только за одну неделю зарегистрировано 54 случая вымогательств. А сколько еще человек не решилось заявить, опасаясь расправы».
На самом деле, упомянутый. случай из популярной тогда рубрики «Их нравы» отразил самую черную низовую работу «Каморры», осуществляемую ее новобранцами — «рикаттори» (мелкие вымогатели). Тогда как руководство организации уже тогда, в начале 1980-х годов всерьез стремилось поднять ее деятельность на новый уровень. Это относится, прежде всего, к арестованному и осужденному в 1992 году Альфиери Кармино. Именно ему приписывают попытку перестроить организацию по сицилийской мафиозной схеме, превратив ее в жестко структурированное и дисциплинированное сообщество.
По разным причинам Кармино не удалось реализовать эту мечту. Однако он сумел придать деятельности «Каморры» международный размах, наладив партнерство с той же сицилийской мафией по контрабанде сигарет, наркотиков и оружия. Примечательно, что покупателями последней, весьма специфичной категории товара вскоре стали не одни действующие в Европе преступные группировки, но и террористические организации. Во второй половине 1990-х годов их смычка приняла такой тесный характер, что вызвала беспокойство даже у ведущих западных спецслужб. Так, немецкая разведка БНД летом 1998 года предала огласке специальный доклад о продвижении «Каморры» на восток.
