Рыцарь тут же прекратил тискать Жору, а наш бравый капитан, по счастью не принимавший участие во всеобщей потасовке, наконец-то сумел перехватить управление у растерянной королевы и с большим трудом, но все-таки вернул судно на нормальный курс. Во взгляде Марго расположившейся верхом на умнике, а так же в глазах у всех остальных, замерших в разных позах, всем скопом напоминая нет эпическое батальное полотно, не то просто панораму разудалой кабацкой драки, застыло уважение.
Могу ведь, когда захочу. Даже если тело, в некотором роде, не мое собственное.
— А чего он? — возмутился Йен. — Я ему покажу "рандомную бабу"! Еще и проверять всякие непотребства собрался! У-у-у, нечисть!
Понятно. Значит, все-таки честь, рыцарский долг, и все такое...
— Ничего мы проверять не будем, — заверил я Йена. — А за оскорбление наложим на поганца дисциплинарное взыскание, ну или всыпем легонько... — при этих словах "не маг" хотел было вновь радостно вцепиться приятелю в горло, однако наткнувшись на мой суровый взгляд, замер на полпути, — ... но, только по прибытии на какую-нибудь планету! Не раньше!
— Ну, дык, — не сдался Жора. — Не хотите на королеве, давайте на ком-нибудь другом проверим, раз так...
Ой, дура-а-ак! Это он, явно не подумавши ляпнул.
Ибо две оставшиеся претендентки на роль подопытной тут же выдали ему по увесистой затрещине с двух сторон одновременно.
— Вообще ни на ком проверять не будем, — твердо сказал я. — К тому же, это явно не сработает ни на ком другом, в виду совершенной уникальности самой Ирин.
Ой, я дура-а-ак, такое сморозить! А это уже я не подумавши ляпнул.
— Чего-о-о? — хором взвыли три оскорбленные фурии.
Не встрянь наш умник вовремя, следующие затрещины, а может и кое-что гораздо серьезнее оных, прилетели бы уже мне.
— Что ты имеешь в виду под термином "совершенная уникальность"? — поправляя чудом уцелевшие очки, уточнил все еще лежащий на палубе зомби.
— Отличный вопрос, мой альтернативно живой друг, — похвалил его я, опасливо выглядывая из люка в потолке. Того самого, из которого недавно вывалился сам Стив, и в котором я оказался даже не помню каким способом. — Если бы ты еще уговорил наших прекрасных спутниц отложить расправу на некоторое время, я бы с удовольствием поведал всем эту интереснейшую историю.
— Ладно, вылезай, — поразмыслив, кивнула Марго. — Но учти, если твоя история покажется нам неубедительной, заслуженной кары тебе все равно не избежать.
— Это надолго, — предупредил я, осторожно спрыгивая на палубу.
— Эй, если надолго, то тогда сначала я! — поспешно выкрикнул Жора.
— Чего ты? — не понял я.
— Так я... тут это... — замялся приятель. — Короче... Йен, давай!
Рыцарь кивнул и сотворил вокруг приятеля два миниатюрных, размером чуть больше головы, портала. Один напротив его лица, а второй в районе его же пятой точки. Некромант торжественно сунул голову в верхний, а затем демонстративно, но не очень сильно прикусил себя за ягодицу.
— Теперь понятно о чем вы там шептались, — вздохнул я, глядя, как со счета стремительно исчезают пять миллионов золотых. — Сговорились. Ну, да выходит, что я сам виноват. Это надо же было такое придумать! Чья, кстати, была идея?
— Моя, — нехотя признался довольно потиравший руки Йен. — Два с половиной миллиона на дороге не валяются.
— А если бы ты его придушил, то тогда, как бы идею обналичивал? — усмехнулся я.
— Никак, — уныло констатировал тот. Впрочем, в ту же секунду он гордо приосанился и безапелляционным тоном добавил: — Однако когда дело касается чести, никакие деньги значения не имеют. Так что невелика потеря.
— Так и вернул бы взад, раз они тебе без надобности, — недовольно проворчал Жора.
— Но-но! — возмутился рыцарь. — Я их честно заработал! А за оскорбление ее величества ты мне еще ответишь!
— Ша! — вновь прикрикнул на спорщиков я. — Мы, кажется, только что собирались выслушать Ирин. И если ни у кого нет более неотложных дел, предлагаю все разборки отложить на потом.
— До пятницы мы совершенно свободны, — кивнула Марго. — Излагай!
Глава 4
— Контроль над телом верни! — потребовала после моей неудачной попытки транслировать публике ее рассказ Ирин. — Будет проще мне самой все рассказать.
— А как? Разве для этого мне не надо совсем отключиться? — спросил я. — Но ведь тогда мне придется вернуться в свое тело и поскольку оно весьма далеко отсюда, я ничего не узнаю, а хотелось бы, все-таки послушать.
— Расслабься и не сопротивляйся, — приказала она. — Раз мы можем находиться в одном мозге одновременно и до си пор не свихнулись, значит, теоретически способны и поменяться ролями.
Легко сказать. Я попробовал. Ничерта не вышло.
Как только сознание начинало понимать, что теряет связь с телом, оно тут же судорожно вцеплялось в нервные окончания и держалось за них мертвой хваткой испуганного ветеринаром кота. Похоже, на каком-то ментальном уровне так оно и было.
— Ай! — завопила Ирин. — Мне же больно!
— Прости, — расстроено сообщил я. — Кается, ничего не получается. Похоже, все-таки, придется мне экстренно овладевать синхронным переводом.
— Просто представь, что пересел в соседнее кресло и задремал, — сказала адмирал. — Я чувствую, что все получится. Осталось совсем чуть-чуть.
Вот кресло. Прямо напротив меня. Оно явно уютное и мягкое. Во-первых, потому что анатомическое, а во-вторых, потому что снабжено гравикомпенсаторами. Наверное, в нем будет очень удобно устроиться и прикрыть на минутку глаза. Расслабиться и послушать занимательную историю приключений гостьи из иного измерения, застрявшей здесь по воле и прихоти могущественного чародея. Очень захватывающее должно быть повествование. Надо только сделать над собой насилие... Или усилие? Да, не важно, в данном случае это выглядит как одно и то же. В общем, надо это самое сделать и переместить усталую задницу в мягкое манящее сиденье. Только мысленно, разумеется.
Хоть я и честно старался, но подстегиваемый инстинктом самосохранения разум, никак не хотел отдавать контроль над телом его настоящей хозяйке ровно до тех пор, пока что-то мягко не вытолкнуло меня наружу.
— Уф! — громко сказала Ирин вслух. — Вцепился как болотная пиявка. Еле-еле отодрала. Всем привет! Это снова я.
— А Трудовик выходит того... умотал обратно к мехам? — поинтересовался Йен.
Я хотел было съязвить что-нибудь в духе "не дождетесь!", но внезапно обнаружил что лишился права голоса. В прямом смысле. То есть тело адмирала я по-прежнему ощущал как свое, а вот контроля лишился напрочь, что вызывало легкую панику, сдерживаемую только моей силой воли и пониманием, что если захочу — мигом вернусь в свою собственную шкуру. Доступ к игровому меню и возможность активации умений, хвала Системе, никуда не делись, да и с Ирин общаться мысленно я мог беспрепятственно.
— Да тут он! — отмахнулась адмирал. — Временно отстранен от тела, только и всего.
— Довольно двусмысленно прозвучало, — заметил я. — Сейчас огребем ворох пошлых шуточек.
Но, вопреки моим ожиданиям, этого не случилось. Компания, видимо, подобралась не та. Англичане, включая и не совсем живого Стивена, шутку не оценили, может из-за менталитета, а может из-за воспитания, ведь они все, в прошлом были весьма приличными людьми.
Наши новые друзья имперцы, то ли были культурно далеки от подобного юмора, то ли вообще никак не связывали некоторые понятия ввиду технологического превосходства своей цивилизации. В космосе они, видите ли, освоились как у себя дома, в туалете вместо бумаги ракушками подтираются... А вдруг у них и в этом деле тело уже давно вообще никак не используется?
Ну а мои соотечественники тоже отреагировали не так, как я ожидал: Марго почему-то нахмурилась, Жора, разумеется, тут же расплылся в ехидной усмешке, но очень быстро обнаружил возле носа кулак супруги, насупившейся еще сильнее воительницы, и резко погрустнел. Так что минутки скабрезных подколок у нас не получилось.