Чтобы в одном сверкали ожерелье».

Сказал отец: «Лишь дочь моя вольна

Решать — согласна или нет она.

Сперва ей ваше передам реченье,

Вам сообщу потом ее решенье».

ОТЕЦ РАЙИ ГОВОРИТ ДОЧЕРИ О ТОМ, ЧТО ЕЕ СВАТАЮТ ЗА УЯЙНУ, И СОВЕТУЕТСЯ С НЕЙ ОБ ЭТОМ

Сказал и встал, сердито посмотрев:

В его душе внезапно вспыхнул гнев.

В шатер к своей Райе вступил сурово.

«Чем возмущен твой дух?» — услышал слово.

Сказал. «А тем, что, дело торопя,

Пришли ансары, сватают тебя.

Тебя ансары восхваляют страстно,

Единодушно и единогласно».

Она сказала: «Всякий признает,

Что род ансаров — благородный род.

Мольба пророка к богу устремилась, —

Да вседержитель им дарует милость.

Кто поручил им это сватовство

И склонность их ко мне из-за кого?»

Сказал отец: «Его зовут Уяйна.

Он родовит и знатен чрезвычайно».

Она: «Мне кто-то говорил о нем.

Он выше всех на поприще земном.

Он все, что обещает, исполняет,

Он в бедствиях свой век не обвиняет

Всё, что имеет, он отдать готов,

Но у других не просит он даров».

Сказал отец в неизъяснимой злобе:

«Клянусь творцом, не знающим подобий,

Что для него ты слишком хороша, —

Такого не дождется барыша.

Я знаю кое-что о нем с тобою, —

Не будете вы мужем и женою!»

В ответ — Райя: «Иль торг я с ним вела,

Что так твоя забота тяжела?

Он даже моего не видел взгляда,

Листка из моего не вырвал сада!

Но так как, не услышав речь мою,

Уж ты им клялся, я совет даю:

Ансаров слава светится широко,

На них почиет благодать пророка,

Не поворачивайся к ним спиной!

Чтоб юноше не стала я женой,

Тебе не надо речи беспощадной:

Потребуй выкуп за меня громадный.

Коль на товар бессмысленна цена,

То и покупка людям не нужна».

Отец сказал. «Отменно! Молодчина!

Отныне для отказа есть причина!»

Затем ансарам он изрек ответ-

«О вы, чья вера — преданности свет!

Женой Уяйны стать Райя согласна,

Но так моя жемчужина прекрасна,

Что требуется с вас такой калым,

Чтобы она померкла перед ним.

Жемчужине, дней озарившей смену,

Назначите ли истинную цену?»

МУТАМИР, ЧТОБЫ СОЧЕТАТЬ БРАКОМ РАИЮ И УЯЙНУ, СОГЛАШАЕТСЯ НА ВСЕ ТРЕБОВАНИЯ ОТЦА РАНИ

Воскликнул Мутамир: «Вот я стою,

Всё то, что ты потребуешь, — даю!»

Потребовал отец невесты, чтобы

Ему вручили злата чистой пробы

Две тысячи мискалей, и потом

Динаров десять тысяч, и числом

Не менее — серебряных даяний;

Сто йеменских накидок-одеяний,

Такое же число одежд других,

Но более красивых, дорогих,

И амбры от дарителей послушных,

И мускуса в ста сумочках подбрюшных,

Которыми богата кабарга,

Сверх этого — сапфиры, жемчуга.

И Мутамир велел, чтобы к Медине

Помчались два-три друга чрез пустыни.

Направились они к местам родным

И привезли неслыханный калым.

Так браком сочетали двух влюбленных,

Арканами связали двух плененных.

Один другому жизнью сразу стал, —

Ты скажешь: рутою от сглаза стал!

Щека к щеке, склоняясь, трепетали,

Уста из уст отраду обретали.

Его лобзанье — снадобье от ран,

Ее лобзанье — сладостный дурман.

Два лепестка друг к другу прикоснулись

И розами созревшими проснулись!

Отвергнув мир, пылая всё сильней,

Друг друга целовали сорок дней,

Все сорок дней — лобзанья и объятья,

Иного не было у них занятья!

ПОСЛЕ ПЕРВЫХ СОРОКА ДНЕЙ СУПРУЖЕСТВА ОТЕЦ РАЙИ ОТПРАВЛЯЕТ ЕЕ ВМЕСТЕ С УЯЙНОЙ В МЕДИНУ, НО ИМ ПРЕГРАЖДАЮТ ПУТЬ РАЗБОЙНИКИ, И РАЙЯ И УЯЙНА ПОГИБАЮТ ОТ ИХ РУК

Когда в веселье, от забот вдали,

Те сорок дней супружества прошли,

Отец Райи позволил, чтоб отныне

Райю — луну садов, газель пустыни —

Отвез к себе на родину супруг,

В Медину, где друзей и близких круг

Для розы паланкин соорудили, —

Его в бутон, ты скажешь, превратили!

Верблюдов — тридцать было их число, —

Ступавших горделиво, тяжело,

Отец в Медину с дочерью отправил,

Наставил, восхвалил ее, восславил.