Как раз этот римский второй завтрак мы и заканчивали, который для нас вышел незапланированным полдником, когда с улицы шум донёсся, и хозяин послал раба узнать, что за хрень там происходит, а потом отругал бедолагу, когда тот доложил господину об услышанном. Какое несчастье?! Какой важный сенатор?! Какое дурное знамение?! И при чём тут оно?! Но раб при всём желании не мог рассказать больше, чем услыхал сам, даже жаль его, наверняка ведь, если бы не при гостях, то бишь при нас, так и не схлопотал бы от хозяина взбучку. Наконец, отчехвостив раба достаточно для показухи и посетовав нам на бестолковость нынешних слуг — ага, то ли дело у предков в старые добрые времена — патрон послал на улицу домоуправителя разузнать как следует и доложить внятно, с кем, где и что именно стряслось. А поскольку понятно было, что слух перевран при передачах через три звена, если не больше, и быстро правду не выяснишь, мы с Волнием у патрона отпросились до обеда проведать наших на постоялом дворе.
По дороге услыхали немного подробнее — ага, в самом деле знамение дурнее не бывает. Гром среди бела дня, и молния поразила сенатора при выходе из храма Согласия. Самой молнии, правда, в городе не видели, но говорят, что была небольшая, а гром хоть и тоже не на весь город, но на Форуме слыхали все. А уже на подходе к постоялому двору и насчёт пожара услыхали — в другом месте, на склоне Виминала, шикарный домус одного богатея загорелся, и тоже, вроде бы, гром слышался. Мы с моим наследником обменялись кивками — ага, только бы ошибки какой у ребят не вышло. Но кажется, не вышло — уже у входа услыхали, что сгорел домус сенатора-претория Марка Титиния. Ну, чтобы прямо и весь сгорел — это наверняка сильно преувеличено, но не суть важно. С самим бы ещё этим Титинием не облажались, а то и эффект тогда не тот окажется, и сам он насторожится…
— Сами ждём-с, — ответил мне на незаданный вопрос Володя, — Должны подойти с минуты на минуту. Окружным же путём отходят на всякий пожарный.
Так оно и вышло. Ещё до подхода исполнителей нам передали и слух с улицы, что громом и молнией поражён насмерть бывший наместник Ближней Испании и сенатор Марк Титиний — тот самый, у которого и домус на Виминале загорелся.
— Порядок, — доложил Артар, руководивший группой ликвидации, — Эта сволочь задержалась на площадке у храма с двумя приятелями поболтать и встала боком — для нас как по заказу. Далековато там, конечно, было, ну так и Анот у нас на что? И рука твёрдая, и нервы стальные, и глаз — алмаз. Я в трубу с портретом сверился, убедился, что ошибки нет, ну и дал ему отмашку, — он достал из-под плаща листок с портретом Марка Титиния и протянул отцу, который тут же поджёг его от огонька масляного светильника, — Кажется, Анот попал немного ниже виска, но один хрен пуля впечаталась в черепушку, и фугас там внутри рванул. Одновременно и Кербаз под ноги им шмальнул, так что эффект вышел на славу — и перебздели там все, и этих двух заляпало кровищей и мозгами. В нашу сторону никто так и не глянул, хоть и зыркали некоторые по сторонам. Этаж ведь уже чердачный, окошки маленькие, да ещё и зарешёченные — из лука выстрелить можно, но из пращи не возьмётся и балеарец, а откуда им знать про наши рогатки? Мы там даже и не суетились, а спокойненько спустились во внутренний дворик инсулы и через подворотню сперва одна тройка вышла на улицу, а за ней уже другая. На Форуме перед храмом неразбериха, толпа галдит, ликторов при двух преторах только четверо, и что они разберут в таком бардаке?
Поначалу, ещё только замышляя операцию, мы предполагали работать по цели "желудями" свинцовыми для пращи, для чего даже заказали оружейнику и форму для их отливки с латинскими надписями "поделом мне", и смысл идеи был именно в том, чтобы подумали на пращу и высматривали места, откуда и реально мог бы поработать искусный пращник, дабы обезопасить и облегчить отход наших ликвидаторов. Но при проработке деталей плана возникла идея получше — работать пулями с фугасом из пистонного состава сферической формы, у которых и баллистика гораздо стабильнее, чем у "желудей". Фугас, размоченный спиртом, помещался в две пустотелые свинцовые полусферы, их склеивали, а затем, просушив снаряд, заклеивали и отверстие, через которое испарялся спирт. По весу фугасных пуль, дабы тратить их лишь на самую ответственную тренировку стрелков и на саму работу, отлили потом и тренировочные пули меньшего размера, поскольку они были цельносвинцовыми. Гром и молния позволяли перевести стрелки на разгневанных богов, с которыми римляне не шутят. А уж связать гнев богов с художествами навлёкшего на себя их кару — это они и сами свяжут, когда помозгуют на досуге. Тем более, что и домус этого хапуги с роскошным грекоремонтом как раз из нахапанных в Ближней Испании средств, — тоже намёк весьма прозрачный.
— Не так хорошо, как хотелось, — доложил старший вернувшихся "пожарников", — По одной из двух масляных амфор вышло на рикошет, и колонны атриума не загорелись, так что хозяйский кабинет не затронуло, но спальни и триклиний с кладовыми заполыхали неплохо. Некогда уже было смотреть, загорелись ли перекрытия, нам пора было уходить, но драгоценные занавески уже горели.
— Надо было позицию стрелку другую выбрать, — проворчал Володя.
— Виноват, почтенный, облажался, — сокрушённо признал старший.
— Ладно, и так неплохо, — примирительно заметил Васькин, — Главное, и задачи в целом выполнены обе, и сами не спалились ни на одной, — наш главный спецслужбист уже успел обменяться кивками со старшими обеих групп прикрытия, — Хорошо поработали.
— Ну, раз так — благодарю всех за службу, — резюмировал я.
— Ага, хайль Тарквинии, — Артар и жест дурашливо изобразил, и мы прыснули в кулаки, поскольку уж этом-то деле у Тарквиниев такое же алиби, как и у возглавляемого Рузиром официального посольства нашей метрополии.
Ну, почти такое же, потому как если ни Рузир, ни сам Миликон абсолютно не в курсе операции, и для них мы выехали для выхода через моего патрона на Луция Эмилия Павла, дабы посодействовать царскому посольству и через него, то Фабриций-то, конечно, в курсе. Но приказа мы от Тарквиниев не получали, и я чувствую, схлопочем мы с ним от Арунтия взбучку. Я очную в Карфагене — за рискованную самодеятельность, в которой не было крайней необходимости для клана, а Фабриций заочную — за то, что не запретил нам её, когда мы посвятили его в суть нашего замысла. Так что хорошо бы нам не проколоться ни в чём серьёзном и достичь всех намеченных целей. Победителей, говорят, не судят.
Пока проводили разбор полётов, подошло время нашего обеда, и это было для нас с Волнием весьма досадно. Мы с удовольствием пообедали бы с нашими как следует, но пришлось только чисто символически, дабы осталось место в брюхе под римский обед у патрона. Он ведь у римлян настолько плотный, что небогатый народ после него вечером уже и не ужинает. Выпили немного вина за успех миссии, да закусили слегка.
Время до римского обеда ещё оставалось, но не на расслабон, а на встречу кое с кем. Не афишируемую, скажем так. Лысый Марк из Субуры — не тот персонаж, с которым контачат открыто и напоказ люди, претендующие хоть на какую-то респектабельность в приличном и законопослушном обществе. Я ведь рассказывал, как из своего фиктивного рабства освобождался, не зная ещё наверняка, могу ли доверять фиктивному хозяину? А в случае подставы я ведь тогда не только неполучением римского гражданства для себя и семьи рисковал, но и вполне реальным рабством вместо фиктивного. Своих людей у меня было под рукой с гулькин хрен, поэтому подстраховать себя и их я подрядил тогда и этого субурского бандюгана с его бандой. Потом, когда остальная компания таким же манером фиктивно освобождалась с аналогичной целью, мы снова его наняли — ага, формально их тоже типа подстраховать, а реально чтобы Хренио и Володю тоже с ним законтачить. Уже понятно было, что без спецслужб нашей Турдетанщине не обойтись никак, а спецслужбы кем сильны? Правильно, агентурой, в том числе и иностранной. Деловые связи тестя — это, конечно, хорошо, но как раз в Риме они не столь уж и влиятельны, особенно теперь, когда сципионовская группировка в сенате переживает далеко не лучшие времена. Бандит же в Риме, если он не мелкая шестёрка, а крутой пахан, хоть и не замена сенатору-консуляру, в своём круге вопросов, государственной политики не касающемся, может посодействовать ничуть не меньше. Сами сенаторы через кого за политическими противниками шпионят? Прежде всего через ушлых клиентов, конечно, но и не без помощи тех же бандитов. А тут и нашу молодёжь с римской организованной преступностью познакомить случай выпал.
