9 «Нинета! Ты всё прежняя резвушка!

Будь и всегда такая, и в те дни,

Как будем мы — господь тебя храни! —

Я — дряхл и хил, ты — добрая старушка.

Как мне легко! Как весел я душой!

Я будто вновь родился, и родился

К блаженству... Этот вечер, ты со мной...

Как будто ангел с неба мне явился...

10 Ах скоро ль я женой тебя введу

В свой дом! Пора! Наш домик будет раем.

Хозяйкою ты станешь... Мы сломаем

Докучливый забор в твоем саду.

Взгляни: мой виноград в твой садик, к лозам

Твоим через забор перебрался,

Твой олеандр к моим пригнулся розам,

И плющ мой вкруг него перевился.

11 Всё любится вкруг нас! Мы друг для друга

Назначены судьбой!» Упоена,

Молчала Нина. Думала ль она

О счастии, как будет мать, супруга,

Жалела ли девичьих вольных дней,

Иль страстных слов она не понимала,

Но молча им, рассеянно внимала,

Как колыбельной песенке своей...

12 Так следует головкою стыдливой

Цветок полей движеньям ветерка,

Так носится струями ручейка

Листок заблудший... Бурные порывы

И бес любви ее не трогал сна,

В ее душе ключом не бил, не стукал —

К любви Карлино искренней она

Еще привыкла в пору игр и кукол.

13 В ее душе читал он, как на дне

Прозрачного ручья: мечты, желанья,

Вся, вся она была его созданье;

Как юного орленка в вышине

Отец и мать, следил он мысли Нины,

Лелеял мир души и сердца сон;

А сердце спало в ней, как средь пелен

Младенец спит, про то не знал Карлино.

14 Как сердце спало? Стало быть, она,

Не знав любви, Карлино не любила?

Зачем же в монастырь она ходила

О нем молиться? Отчего одна

Она в дому его? И даже — боже! —

Что ж ничего она не говорит,

Как он ее целует? Что за стыд!

Ведь ни на что всё это не похоже!

15 Позвольте, всё вам верно объясню;

Но расскажите мне, когда угодно,

Зачем мы часто любим так свою

Собаку старую, халат негодный,

Одну всё трубку, няню, старый дом,

Тетради школьные?.. А если будем

Должны их бросить? Бросим и уйдем!

К вещам привычка! Точно то ж и к людям,

16 Покуда их та мысль не потрясла

И сердца их та страсть не взволновала,

Которая в душе у нас росла,

Бушует в ней или отбушевала...

Подобных встреч не много нам дано,

И с близкими мы часто как с чужими...

Иных же встретишь... кажется, давно

Видал их, знал, страдал и думал с ними.

17 Как к воздуху своих Фраскатских гор,

Как к небесам безоблачным Сабины,

Как к амбре роз, привыкло сердце Нины

К слепой любви Карлино с давних пор.

В ней даже мысли не было тревожной,

Что и других любить ему возможно...

А ей?.. Но вот ударило кольцо,

Какой-то гость идет к ним на крыльцо.

18 Широкий плащ свой на плечо закинув,

На брови шляпу круглую надвинув,

Вошел он к ним. Овальное лицо,

Высокий лоб и очи голубые,

И русый ус, и кудри золотые —

Всё означало в нем, что он был сын

Иной земли, небес, иной природы,

Не обожженный солнцем Апеннин,

Не оживленный дикой их свободой.

Умение собою управлять,

Морщины ранние и дум печать,

Во всех приемах легкая небрежность

И благородство говорили в нем,

Что он рожден и рос в краю таком,

Где с юных лет души порыв и нежность

Подавлены, где страсть — раба ума,

Жизнь — маскарад, природы глас — чума!..

19 Он русский был, дитя страны туманной,

И жил давно уже в краю чужом...

Его хозяйка, сьора Марианна,

Бывало, говорила так о нем:

«Он малый скромный, платит аккуратно

И добр: моим ребятам завсегда

Дает гостинца; только иногда