«Неизвестные» быстро стали известными. Певца, вышедшего ночью в коммерческий ларек, буквально забили до смерти два отморозка. Причиной была внезапно возникшая ссора. Пропали и деньги, тот самый задаток за квартиру. Поразительный факт: убийцы прекрасно знали, кем был Саша Комар! Но что поделать — беспредел, ставший к тому времени нормой жизни, подразумевал другие ценности и не признавал никаких авторитетов. Правда, до поры до времени… Один из задержанных так и не дожил до суда, скончавшись в СИЗО при невыясненных обстоятельствах, судьба второго также оказалась незавидной.
Вот так нелепо закончился жизненный путь настоящего самородка, талантливого музыканта, композитора и исполнителя, простого русского парня Александра Спиридонова по прозвищу Сашка Комар…
«В песнях Комара, какими бы подчас угловатыми они ни были, есть жизнь и судьба человека… В них внутренняя правда, внутренний свет. Это действительно настоящее, природное творчество», — откликнулся на гибель коллеги Юрий Шевчук.
По-моему, лучше и точнее не скажешь.
Сегодня благодаря многочисленным поклонникам творчества певца, настоящих энтузиастов своего дела найдена и восстановлена большая часть записей «барда в законе».
Сразу в нескольких городах проходят съемки документальных фильмов о судьбе самобытного артиста. Что ж, лучше поздно, чем никогда…
«Интеллигенция поет блатные песни»
А на Крещатике гремит Беляев Костя,
Он под гитарку тихим голосом поет,
Но Костю в песенках, бывает, так заносит,
Что уши вянут, пот холодный прошибет. Из репертуара Аркадия Северного
«Как денди лондонский одет…» Константин Беляев. Москва, начало 1970-х
«Известия», 3 мая 1984 года
«Почем модные диски?» (фрагмент статьи)
И. Гранкин
— Разговор не телефонный. Есть предложение. Запишите мой адрес, — сухо говорил Беляев, когда ему звонили незнакомцы.
Каждый такой звонок обещал нового клиента, а с ним и деньги…
Что же предлагал Константин Николаевич Беляев? Да всего лишь магнитофонную запись сверхмодных солистов и ансамблей. Желающим купить копию звукозаписи, нужно было только прослушать оригинал и заплатить «по таксе». Остальное уж дело техники.
Как известно, работу, за которую брался Беляев, выполняют студии звукозаписи, находящиеся в ведении республиканских министерств бытового обслуживания. Появились они давно, когда еще были в моде звуковые письма с голосами родных и близких. Но со временем студии стали выполнять и такую услугу — по заказам граждан записывать на магнитофонную ленту полюбившиеся им музыкальные произведения.
Однако окружение «конкурентов» ничуть не смущало Беляева (почему? — к этому вопросу мы еще вернемся). Как видно, не очень-то озадачивало его и то, что на языке Уголовного кодекса это называется запрещенным промыслом.
Потребителей своей продукции он выискивал с помощью бесхитростного объявления — «куплю новые диски солистов и групп». Предприниматель хорошо знал психологию меломанов: на такие объявления «клюют» не только те, кто продает пластинки, но и те, кто хочет их во что бы то ни стало заиметь.
Звонили довольно часто. Причем в основном «фанатики» из числа приехавших в столицу на поиски особо модных дисков. Константин Николаевич быстро, на высоком профессиональном уровне выполнял заказы. Надо заметить, Беляев далеко продвинулся вперед в своих занятиях: можно сказать, освоил новую профессию звукооператора (так ее называют в студиях звукозаписи)…
В самом начале своей подпольной деятельности Беляев еще продолжал работать в Институте стали и сплавов преподавателем английского языка. Но мало-помалу преподавательский труд становился для него всё более обременительным. Он бросил его и устроился работать в ресторан «Арагви». Вскоре и эта работа стала мешать. Уверовав в свою неуязвимость, в широту финансовых возможностей, уволился вовсе и стал жить на доходы, получаемые от запрещенного промысла…
Следователь Главного управления внутренних дел Москвы Владимир Сергеевич Жиганов разыскал бывших клиентов Беляева, которых набралось более сорока человек. С некоторыми клиентами Беляев имел долгосрочные связи. Например, житель Кургана Брюханов за два года знакомства с Беляевым купил у него 100 магнитофонных катушек, заплатив 1245 рублей. «Взнос» жителя города Певек А. Жолоб был около тысячи рублей, житель города Карши Штанденко получил записи с 92 дисков, за что заплатил Беляеву 595 рублей.
Так шаг за шагом, был установлен один из основных источников незаконных доходов Беляева. Косвенно об этом говорила и аппаратура, которой он располагал: она была оценена примерно в 20 тысяч рублей, что свидетельствовало о высоком жизненном уровне «безработного» Беляева.
В помощь начинающим любителям ловкий «просветитель» выдавал своеобразный каталог, из которого можно было узнать и об исполнителях мелодий. Так что у следователя оказался целый прейскурант с названиями музыкальных произведений, записанных на проданных катушках. (Заметим, неплохое начинание. Об этом давно бы следовало подумать и тем организациям, которые официально распространяют звукозаписи.)
Сдавал Беляев и сами пластинки напрокат. Этому, кстати, предшествовала тщательная (прямо скажем, тоже достойная подражания) проверка аппаратуры у того, кому предназначались пластинки. И если Беляев находил аппаратуру в плохом состоянии, то отвечал отказом. Получавшие же диски платили за эксплуатацию каждого по пять рублей. Держать диски сверх положенного не разрешалось. «Они отдавались в пользование, — рассказывала одна из свидетельниц, — с десяти часов вечера до десяти часов утра».
Финансовые расчеты иногородних клиентов осуществлялись по почте. Чаще всего кассеты и деньги вкладывались в книги. Да, книги приносились в жертву: в них вырезали место для тайника, куда упрятывали кассеты.
Одно время Беляев доверял получение бандеролей и денежных переводов своей знакомой «меломанке», говорил ей, что обменивается новинками. «Я помогала ему, пока не догадалась, что он просто-напросто продает магнитофонные катушки. Такой заработок показался мне сомнительным. Да и недостойным 50-летнего мужчины с высшим образованием». Пыталась устыдить, остановить. Наконец, разорвала всякие отношения. И сыну запретила поддерживать какие бы то ни было связи с Константином Николаевичем. Но Беляев не опомнился, только спешно переселился в другую квартиру. Логическим же завершением всей его карьеры стало «переселение» на скамью подсудимых. Суд приговорил Беляева к лишению свободы сроком на четыре года…
Если дельцы от музыки (а в последнее время их появилось немало), нарушая закон, тем не менее разворачивают свой подпольный «бизнес», то вывод из этого должны делать, конечно же, не только юристы. В беседе со мной ответственный работник Министерства бытового обслуживания населения РСФСР М. Шатский сказал, что сейчас в республике принимаются меры для более полного удовлетворения запросов любителей музыки. Министерство заботится о разнообразии репертуара, по его настоянию укреплены кадры работников студий звукозаписи…
Сегодня трудно сказать наверняка, что стало главным поводом для ареста популярного в кругах столичной богемы исполнителя «одесских штучек» Кости Беляева. Наверное, здесь сыграли роль многие факторы: и не по-советски вальяжный, почти буржуазный образ жизни шансонье, и заурядная обывательская зависть стукача, сдавшего его ОБХСС, и, безусловно, раздражение властей по поводу его песенок, вроде бы таких смешных и безобидных, но, с другой стороны, абсолютно не вписывающихся в «моральный кодекс строителя коммунизма».
Какова же судьба одного из самых ярких представителей советского андеграунда? Последнего из ныне здравствующих представителя запрещенной песни тех времен, когда для того, чтобы подсчитать всех его коллег по жанру, хватило бы пальцев одной руки! Не помню, кто написал: «все потерять и вновь начать с нуля», но это точно про героя данной главы. Он, словно Монте-Кристо, в один день лишился всего, чтобы через годы обрести еще больше. Вот только мстить Константин Николаевич автору доноса и прочим недругам не стал, не в его это правилах.
