Только теперь, при взгляде на расписание сеансов, Элль начала понимать – то, что она по ошибке приняла за ночной клуб, на самом деле просто игорный дом.

Ушедший охранник вернулся, спустившись по массивной лестнице, и кивнул:

- Пусть проходит, босс её ждёт.

Амали неуверенно двинулась к лестнице, не переставая озираться. Вокруг всё действительно походило на театр – на стенах висели стилизованные маски Комедии и Трагедии, входы в коридоры закрывали настоящие кулисы.

На втором этаже всё было куда скромнее – на полу потёртая красная дорожка, растения в кадках, на стенах всё те же афиши. Охранник указал ей на коридор, состоящий из нескольких совершенно одинаковых дверей, и сказал:

- Тебе в пятую.

Амали кивнула и прошла вперёд, остановившись у двери с номером «5». Подумав, стоит ли стучаться, она решила, что нет, раз уж её всё равно ждут, и просто толкнула створку.

Сказать, что она мгновенно пожалела о своём решении не стучать, значило сильно преуменьшить.

В кабинете было двое – мужчина в кожаной куртке стоял к Элль спиной, склонившись к шее молодой женщины. Что он делает, было и дураку понятно. В конце концов, это вампирский клуб в вампирском квартале. Куда сильнее Амали поразила сама женщина. Одетая в красное вечернее платье, она стояла, не двигаясь; взгляд сильно подведённых глаз был устремлён прямо на Элль, но отчего-то сразу становилось ясно: она ничего вокруг не замечает. Расслабленное и одновременно с этим совершенно отсутствующее выражение лица ясно давало понять – с её разумом что-то сильно не в порядке.

Амали смотрела на всё это, приоткрыв рот. Не будь рядом с этой женщиной вампира, можно было бы подумать, что она только что основательно закинулась наркотой.

Вампир оторвался от женщины с шумным выдохом и обернулся к Элль так резко, что та отшатнулась.

Мужчине было на вид около тридцати – светло-русые волосы в неряшливой стрижке, необычайно светлая кожа и красный блеск в глазах, особенно заметный в полутьме кабинета.

Вампир отошёл от женщины, оставив ту полусидеть на столе, и неожиданно свистнул. Мимо Амали в дверной проём почти тут же протиснулся охранник.

- Убери её, - небрежно бросил хозяин кабинета, и охранник подошёл к женщине в красном платье, поднял на руки и вышел, едва не задев Амали.

- Могла бы и постучать, - сделал замечание вампир и улыбнулся, - хотя ладно. Проходи и закрой за собой дверь.

Элль сглотнула, уже совсем не уверенная в том, что хочет работать в этом месте и вообще иметь дело с вампирами хоть когда-либо ещё.

Однако отступать было поздно; к тому же, широкого спектра возможностей заработать как-то по-другому ей никто не предлагал.

Она прошла в кабинет, прикрыв дверь, и остановилась на пороге.

- Это ты по поводу работы, да? – вампир подошёл к Амали, так что она едва удержалась, чтобы не отшатнуться; однако он просто прошёл мимо и щёлкнул выключателем, зажигая люстру под потолком.

- Дай угадаю, - вампир остановился напротив Элль, и она ясно увидела в его ухе три золотых колечка, - какая-нибудь N35?

- N19, - уточнила Амали.

- Ну да, по тебе видно, - мужчина отступил на шаг и так же бесцеремонно, как и охранники, начал её разглядывать.

- Может, вам лупу дать? – не выдержав, огрызнулась Элль, и мужчина рассмеялся.

- Александр, - всё ещё улыбаясь, он протянул руку, и Амали с некоторой заминкой протянула свою.

- Амали, - сказала Элль; в голове мгновенно вспыхнула мысль, что не стоило называть своё настоящее имя, и она молча выругалась.

- Кто тебя надоумил сюда придти, Амали? – Хейден отошёл к столу и жестом предложил ей присесть на одно из двух стоявших у стены кресел.

- Один частный детектив. Сказал, вам нужны… ну… девственницы.

Александр задумчиво кивнул и улыбнулся.

- Ну что ж, один частный детектив был прав. Ты в курсе, что должна будешь делать?

- Ну… давать кровь.

- В общем, да. Пару раз в неделю у нас специальная игра, для тех, кто любит экзотику.

- И во что играют?

- В карты. Чаще всего покер, иногда блэкджек. От тебя требуется хорошо выглядеть, не говорить лишнего и, собственно, главное.

- А что главное?

- Быть девственницей, - Александр улыбнулся и открыл ящик стола, достав какой-то пузырёк.

Амали с любопытством посмотрела на колбочку, полную светло-зелёной жидкости.

- Это что?

- Видела ту девочку в красном платье?

- Девочку? Ей лет тридцать, - фыркнула Элль.

- Тридцать пять, кажется. Для меня и твоя бабушка – девочка. Не отвлекайся. Как она тебе?

- Ну… как будто обдолбанная, - честно сказала Элль.

- При укусе у вампира в слюне выделяется фермент, в народе его называют «яд вампира». Он имеет сильный наркотический эффект и, когда попадает в кровь жертвы, она перестаёт сопротивляться и начинает чувствовать эйфорию. При передозировке тело немеет, начинаются судороги, потом отказывают внутренние органы.

Амали сглотнула ком в горле.

- Передозировка нечасто случается, но опасность яда в том, что к нему мгновенно привыкаешь, как к сильнейшему наркотику. Он вызывает необратимую зависимость.

- Не обижайтесь, но мне пока рано, - пробормотала Элль и уже встала, чтобы уйти, как её догнал раздражённый голос:

- Стой. Если бы от яда не было противоядия, стал бы я тебе об этом говорить?

Амали передёрнула плечами, признавая его правоту, и снова присела.

- Здесь – нейтрализатор для яда вампира. Этого достаточно на одну ночь – тебя могут кусать двадцать вампиров с заката и до рассвета, и привыкания не случится.

Элль нервно сжала пальцы, пытаясь отогнать возникшую в голове картинку.

- Но это устраняет и остальные эффекты яда. Изначально вампиры – хищники, они загоняют жертву и выпивают кровь. Страх отравляет кровь, а фермент на клыках успокаивает жертву. Ты же будешь чувствовать и страх, и боль. Выпей, и начнём.

- Что начнём?

- Я должен попробовать, - как нечто, само собой разумеющееся, пояснил Александр, - ты симпатичная, это плюс. Несовершеннолетняя – это минус. Если твоя кровь мне понравится, и ты действительно невинна, я тебя беру… Вот ещё что. Не сопротивляйся и не пытайся вырваться, ладно? Иначе сработает инстинкт, и я могу причинить тебе боль.

Амали вздохнула и молча взяла из рук Хейдена пузырёк с противоядием. На вкус оно было горьким, отдающим мятой и оставляющим в горле мерзкий осадок.

- Дай руку, - Александр обошёл стол и, приблизившись, взял её левую кисть и поднёс к губам. В первый момент Элль даже не сообразила, зачем, пока не услышала резкий хруст, словно кто-то вонзил зубы в неспелое яблоко.

Потом пришла боль. Яркая, словно вспышка, мгновенная и столь сильная, что Амали на миг потеряла ориентацию в пространстве. Хейден с силой дёрнул её, заставляя подняться с кресла, и с явной неохотой оторвался от запястья, но не отпустил, по-прежнему прижимая к губам.

- Ты не представляешь, насколько ты вкусная, - шепнул он и нарочито медленно облизнул губы, - никогда не пробовал крови некромантов.

- Я не некромант, - возразила Амали, - вы закончили? Отпустите.

- Закончил? – вампир мягко рассмеялся и резким рывком притянул её к себе, - ну что ты.

Помня о его словах, сопротивляться Амали не стала, позволив ему повернуть себя спиной и отбросить волосы с шеи.

- В следующий раз духами не пользуйся, - с долей недовольства приказал Хейден и, не дожидаясь ответа, легонько прикусил кожу. Элль прерывисто вздохнула, стараясь думать о чём-то отвлечённом. Но тут острые клыки сжались, глубже погружаясь в кожу, и Амали, не сдержавшись, тихонько взвизгнула. Боль стихла так же неожиданно, как и появилась – вместо неё пришло странное, всё нарастающее чувство безмятежной лёгкости. Мысли путались, а чуть ниже живота появилось дискомфортное ощущение, похожее на лёгкую щекотку.

- Приятно, правда? – чуть слышно шепнул Хейден и опустил руку, до этого сжимающую её талию, чуть ниже, на линию джинсов. Амали поймала себя на том, что почти видит, как стискивает его руку обеими своими и опускает себе между ног, проводя по внутренней стороне бедра.