— При особо важном значении происходящего?

— Видимо, так. Ведь я, сам того не сознавая, хотел увидеть лешего, искал его появления, ждал, не верил, посмеивался, но искал. А пройди я равнодушно мимо, что б я увидел? Обманчивую гладь трясины да замшелые валуны.

— Но почему ничего не видит лесничий? Его же не упрекнешь в равнодушии.

— Должно быть, человек не может воспринять блуждающую информацию о самом себе. Ни в одной сказке, ни в одном поверье не говорится о том, что герой узнал сам себя в образе лешего или водяного.

— Но почему лешии и водяные появляются в глухих местах вроде Черной топи?

— Возможно, там выше уровень информации да и окружающая среда влияет на чувствительность.

— Я в этих вопросах плаваю, но, кажется, где-то читал, что информация обратно пропорциональна энтропии. А уровень энтропии везде одинаков.

Журналист задумался.

— Я тоже не специалист-физик. Но тоже что-то и где-то читал. Ведь помимо теории информации существует и теория вероятности. Она предполагает наличие флуктуаций — минимально вероятных отклонений от наиболее вероятного состояния. Да и вообще, что мы знаем о нестабильной блуждающей информации, не заключенной в казематы книгохранилищ, музеев и фильмотек? Одни считают ее сгустком энергетических полей, другие предполагают, что шаровая молния — это плазма, несущая информацию. Все это даже не гипотезы, а эмбрионы гипотез, догадки, предположения. Но разве не из предположений возникают теории?

— Похоже, что так, — вздохнул секретарь, — я ведь и сам предполагал нечто подобное. Только вы сформулировали это понятнее и точнее.

— Физтех помог, — сказал он, — три года отбарабанил, прежде чем перейти в МГУ. В нашей профессии нынче без точных наук не обойтись.

А минуту спустя они уже яростно спорили о преимуществах гуманитарного и технического образования.

Об авторах

Абрамов Александр Иванович — член Союза писателей СССР. Родился в 1900 году в Москве. Окончил литературный институт имени В. Я. Брюсова, институт иностранных языков. Печататься начал еще в 20-х годах и как журналист, театральный критик, и как автор повестей и рассказов. В конце пятидесятых — начале шестидесятых годов выходят его повести «Я ищу Китеж-град», «Прошу встать!», «Когда скорый опаздывает». В жанре научной фантастики выступает с 1966 года вместе с С. А. Абрамовым.

Абрамов Сергей Александрович, инженер, родился в 1942 году в Москве. Окончил Московский автодорожный институт. С 1961 года выступает в периодической печати с репортажами, очерками, критическими статьями. Вместе со своим отцом А. И. Абрамовым является автором сборника научно-фантастических рассказов «Тень императора» (1967 г.), романов «Всадники ниоткуда» (1968 г.), «Рай без памяти» (1967 г.), «Джинн из лазури» (1970 г.).

Сейчас авторы работают над романом о проблемах разумной жизни в космосе. В нашем сборнике выступают впервые.

Александр Колпаков

ТАМ, ЗА МОРЕМ МРАКА

Историко-географическая фантазия

Рис. А. Шикина

1

Это было за пятьсот лет до Колумба.

…Асмунд, прозванный Рыжим ярлом^[26], успел схватиться рукой за выступ рифа, прежде чем ударил вал прибоя. Переждав, пока схлынет вода, он подтянулся повыше и распластался на рифе — неподвижный, вконец обессиленный. Не мог даже поднять руку, чтобы откинуть назад слипшиеся волосы, нависавшие над глазами. Проплыть четыре мили по бурному морю это было слишком даже для викинга.

Сколько так пролежал, Асмунд не помнил. Наконец он приподнял голову, сел и принялся шарить в расселинах рифа… Жадно проглотил какого-то моллюска. Он не ел с тех пор, как пошли ко дну останки «Морского дракона». Последней пищей ярла был Ролло — берсерк. Оба голодали, и Ролло умер во сне: ярл не хотел убивать, но выхода не было.

Все началось в тот день, когда злой бог Локи внушил ярлу мысль присоединиться к конунгу Эстольду. Асмунд был вольным викингом, пенителем открытого моря. Его быстроходные драккары плыли вдоль побережья Валланда, высматривая поживу, а франки на берегу в страхе прислушивались к мерному звону бронзовых дисков: кормчие задавали ритм гребли сидевшим на веслах викингам. Конунг встретился у южной оконечности Острова саксов. «Идем со мной в Средиземное море, — сказал Эстольд. — Там богатые города».

Асмунд дал уговорить себя.

Хотя у конунга было шесть драккаров, первыми ворвались на стены италийского города викинги Асмунда. Они успели перебить почти всех защитников, проникли в улицы и до подхода отрядов Эстольда разграбили собор и дома богатых горожан. Асмунд был опытным военачальником.

Пришло время делить добычу, и Асмунд взбунтовался. Конунг потребовал три четверти, и это было по обычаю: ведь каждый викинг должен получить свое, а их у Эстольда втрое больше. Но кто завоевал город? Асмунд упирался, но сила была не на его стороне. Ничего не оставалось, как сняться ночью с якоря и бесшумно отплыть к Гибралтару, тем более что самая ценная добыча находилась на его драккарах. На рассвете конунг обнаружил бегство и пустился вдогонку.

Если бы не штиль у берегов Лузитании!.. Потеряв в абордажной схватке драккар, Асмунд успел перескочить на другой, но, отрезанный от берега, вынужден был повернуть на запад, в Море Мрака. Вскоре опустился вечерний туман, а погоня продолжалась. Пронзительные удары дисков, усиливающие темп гребли, слились в сплошной звон. Гребцы ярла начали уставать, и сменить их было некем — не то что у конунга.

Его спасла буря, внезапно налетевшая с северо-запада.

…Корабль Асмунда уносило куда-то в темноту. Буря разыгралась в полную силу. Когда сквозь тяжелые, низкие тучи пробился серый рассвет, Асмунд скрепя сердце облегчил перегруженный драккар, выбросив за борт половину добычи. Но через день пришлось выкинуть и все остальное. Ураган разбил мачту, порвал парус и такелаж, расщепил руль. Корпус судна был еще крепок, а ветер, волны, течения продолжали гнать его все дальше в открытое море. Наконец выглянуло солнце, цвет моря изменился, оно стало лазурным, вода — теплой. Асмунд огляделся и понял: «Морской дракон» далеко от знакомых берегов. Почти все викинги погибли в схватке с Эстольдом или были ранены обломками весел. «Это Фатум накрыл нас своим ледяным крылом, — подумал ярл. — Перед ним, говорят скальды, бессильны даже боги. Но я буду бороться». Он надеялся, что рана или поздно разбитое судно прибьет к какой-нибудь земле. Шли дни и недели, а драккар все плыл и плыл, подгоняемый неведомыми течениями. Казалось, Море Мрака не кончится никогда. Неужели правы скальды? Огромный океан, учили они, достигая края мира, изливается в бездонную яму — Уугарду. Там злой Локи вместе с волком Фафниром ждет назначенного часа, когда победит Вотана. В этой последней битве при Рагнаради падут все боги и все герои.

Асмунд не очень-то верил скальдам. С помощью берсерка Ролло он собрал на корме остатки продовольствия и запасы воды. Уцелевшие викинги возмутились, но никто не захотел вступить в единоборство с ярлом. Постепенно викинги съели свою обувь, кожаные части снаряжения. Временами они приближались к корме и злобно выли, требуя воды. Асмунд молчал: к чему пустые слова? Вскоре викинги ослабели и не могли даже встать. Тогда Ролло помог им быстро и легко умереть. Они остались вдвоем.

А течения все тащили корабль — туда, где каждый вечер заходило солнце. Асмунд по привычке отмечал дни. Когда их набралось больше полутораста, кончились пища и вода. Наступила очередь Ролло…

Асмунд пил дождевую воду, а когда не было дождей, выжимал сок морских рыб. Его могучий организм начал сдавать. Ярл с тоской вглядывался в горизонт, ждал — не покажется ли край земли, спуск в Утгарду. Пусть его швырнет в черную яму. Но он еще успеет схватить за горло злого Локи. А потом придет отдых.