Калека, прежде чем стать тем, кто ты есть сейчас, ты совершил преступление в Арреке?
Казалось, Роэн получил удар прямо в сердце, его будто молния поразила. Мгновенно побледнев, он взглянул на Брэнделя, будто перед ним стоял сам дьявол:
Н-нет.
-,. и имя того благородного семейства,.
Остановись! – калека завопил во всю мочь. Казалось, он задыхался, словно тонул, махая руками в испуге.
Я понял, Брэндель. Пожалуйста, не продолжай. Да ты дьявол, чудовище, я же ничего тебе не сделал!
Брэндель едва ухмыльнулся. Тридцать лет назад в Арреке Роен убил целое дворянское семейство, после чего сбежал в Бруглас и сменил имя. В игре этот побочный квест был весьма известен, и в конце Роэна повесили за это преступление... Тот был не совсем виноват – те дворяне тоже повели себя скверно,
Брэндель все же решил напомнить Роэну о его прошлом, чтобы заставить того к ним присоединиться. Поступок Роэна в Ауине был сродни государственной измене, и даже лорд Тирст был не в состоянии защитить того в этом деле.
Этой тайны должно хватить, чтобы контролировать калеку, но кроме кнута надо предложить и пряник, успокоить его
Что ж, хорошо. Не бойся, калека, я не буду использовать этот инцидент для шантажа. Я знаю, что именно произошло, и ты не виноват. Однако, мне нужно себя обезопасить. Я, по крайней мере, могу обещать, что Тирст тебя не побеспокоит. Предлагая сделку, и ни я, ни Тирст не будут тебя склонять на свою сторону.
Роен с сомнением посмотрел на Брэнделя.
Не веришь мне? Бумага, которую я передал Тирсту, все решит.
Что именно там написано? – вклинился любопытный Батум.
Есть у меня маленькая привычка. Подозреваю, что Тирст со своей логикой заподозрит некий ход соперника – потер лоб Брэндель.
Когда Брэндель передал лидеру шайки свиток, он сделал это определенным образом: его жест напоминал кое-кого по имени Горлица, мастера-мечника, одного из основных членов - Древа пастухов -, главного политического противника Гринуара. По слухам тот даже ухаживал за невестой Тирста. Отличный козел отпущения, и Брэндель посчитал, что Тирсту придется здорово поломать голову в поиске выхода из такой ситуации.
Том 2 Глава 43
Седьмой месяц. Воздух Бругласа был изнуряюще зноен, люди даже двигались неохотно.
Но в тихом омуте,. Поведение любого представителя знати в первой половине этого месяца можно было предсказать. Становилось все более и более очевидно, что война заканчивается, и желавшие нажиться на ее последствиях старались из последних сил.
Горожане часто видели всадников-гонцов, прибывавших один за другим, и не понимавшие ситуации считали, что война разгорается еще сильнее, а на самом деле, через этих гонцов шли мирные переговоры с крепостью Зимней Розы.
Простой народ чувствовал себя неуверенно, как и дворяне.
К Брэнделю же это не имело никакого отношения: три дня они следовал по собственному графику. Среди прочего он получил пропуск Рыцаря-первопроходца с печатью, дававшие право поиска новых земель. Этот
документ подтверждал верность и обязательства рыцаря по отношению к королю.
Раньше этот тонкий кусок пергамента был ценнее золота, но с закатом Ауина рыцари стали обретать собственную силу, а искатели приключений и вовсе начали творить беззаконие, так что никто не проявлял
особого интереса к расширению границ королевства, а титул Рыцаря-первопроходца постепенно перестал что-либо значить. Некоторое время спустя после смерти первого короля Ауина знать начала выставлять этот титул на торги, превратив его в ничего не значащий кусок пергамента.
Брэндель повел себя как в игре: приказал Батуму купить жене какого-то случайного чинуши красивое платье, взамен получив титул Рыцаря-первопроходца, и придержал его на несколько дней.
Наконец Роэн принес хорошие новости: стала известна дата долгожданного подпольного аукциона в Бругласе: десятого числа. Должны были выставить много нелегального товара, планировалась и торговля людьми. Участники собирались самые разные, от наемников и авантюристов до незаконных торговцев и даже городских законодателей.
Несомненно, будут и дворяне.
Контролировавшие рынок люди наверняка принадлежали к местным подпольным группировкам, но многим было известно, что в их сборищах участвуют и дворяне, так что все мудро полагали, что такое порядок вещей
надо поддерживать как гарант общественной стабильности.
Аукцион обычно проходил на рынке Марии, на улице Худ или в восточном районе Пастушьего рынка. В этих районах было полно народа, что
хорощо для прикрытия. В определенные дни самые внимательные обнаружили бы наплыв незнакомых лиц, общавшихся только друг с другом, на другой день уже исчезавших.
На рынках имелись и мини-аукционы, служившие прикрытием, тогда как по-настоящему стоившие внимания точки возводили только временно, а сразу же после – разбирали.
Казалось, появление таких конструкций финансировалось рядовыми купцами, но по-настоящему изучив вопрос, можно было понять, что средства
поступают из местного дворянского парламента.
Когда Батум помог Брэнделю сойти с повозки, солнце в Бругласе уже
садилось, и свет его последних лучей создавал иллюзию пожара, охватившего все вокруг. В этом свете Сиэль в одеянии рыцаря гордо выпятил грудь, дополняя впечатление от Брэнделя-горного рыцаря из Карсука.
За Брэнделем шли Амандина и Ромайнэ, выступавшие в ролях младшей сестры и невесты.
Амандина тайком отдернула руку Брэнделя, когда тот помог ей выйти
из кареты. Она была одета в черную вуаль и черное вечернее платье в цвет, а взгляд, которым она окинула мини-аукцион, остался равнодушным.
Она разительно отличалась от той девушки, что Брэндель встретил ранее, совершенно слабой и мягкой, в обветшалом особняке: сейчас перед ним была сама холодность и неумолимость, отталкивавшая всех, кто пытался
к ней приблизиться. Окажись разведчики Тирста поблизости – даже они не смогли бы узнать ее.
Исчезновения Амандины из дома, никто не заметил в течение нескольких дней. Обычно пропажами людей занимается городская стража, но ее случай расследовала кавалерия, устроив масштабный розыск. В восточном
районе Бругласа ее разыскивали три средних размера взвода, почти оповестили городской парламент.
Однако лорд Тирст не хотел, чтобы все проследили его связь с делом, так что связал исчезновение с предыдущим случаем, когда полгода назад был найден обезглавленный труп.
Благодаря этому сейчас Амандина смогла спокойно выйти на улицу.
Рядом с ней шла Ромайнэ, немного выше ростом. Торговка, нахмурившись, рассматривала ближайший ряд хрустальных шаров, словно исследователь, пытавшийся проанализировать, что они из себя представляют.
Ну таращись ты сколько влезет, но не надо же так явно это показывать,.
Брэндель был немного раздражен, уверенный, что Ромайнэ попытается привлечь внимание Амандины.
В последние дни девушки очень хорошо поладили, а Ромайнэ особенно
радовалась знаниям Амандины о внешнем мире, почерпнутым из книг. Такие знания были уж точно лучше, чем ее отсутствие опыта, заменяемое воображением.
А это что, Ама? – наконец, не выдержав, спросила Ромайнэ.
Амандина тоже засмотрелась на хрустальные шары. Владелец был в черных одеждах, которые явно принадлежали священнику.
Амандина перевела взгляд на Брэнделя, но тот, казалось, не реагировал, заставив ее на мгновение остановиться и нахмуриться.
Это Огненное Семя, – не отрывая глаз от Брэнделя, тихо произнесла Амандина.
Что такое Огненное Семя?
Святыня, которую люди используют для распространения цивилизации в пустошах. Не думала, что смогу увидеть нечто подобное на аукционе.
Не понимаю, – незатейливо ответила Ромайнэ.
Амандна вздохнула. За последние дни Брэндель ее не разочаровывал.
Она не думала, что он на самом деле окажется рыцарем, да еще и легендарным горным рыцарем, но помимо этого, тот вел себя вежливо, с достоинством и спокойствием справляясь с любыми ситуациями, что в ее воображении дополняло облик лорда-феодала.