Несмотря ни на что, он отказывался видеть, как его сестра умирает от рук его учителя.

Брендель позволил Харузу схватить себя за левую руку.

Он чувствовал тревогу в сердце маленького принца, и эта тревога казалась заразительной, так что его рука, державшая меч, наполнилась потом, пропитавшим серую волчью кожу на рукояти посоха земли.

Это был сон виконта Колделла, как и тот вечный сон, о котором говорили ведьмы. Только обладатель сновидения мог решить, когда этот затянувшийся сон начнется или закончится. Но, к сожалению, Виконт Колделл давно потерял себя. Его мир существовал только в этом раздробленном мире тумана. Чтобы разбудить его, они должны были заставить его восстановить память, от которой он постоянно убегал.

Единственный способ избежать этого-проснуться. Но владелец сна потерял себя, и его мир существовал только в этом фрагментированном мире тумана. Единственный способ разбудить его-заставить заново открыть себя.

Должен ли он закончить незавершенную миссию?

Голос в его голове, казалось, кричал ему, чтобы он вытащил меч. За время долгого ожидания сожаление виконта Коделла превратилось в чудовище, наполненное гневом, сожалением, ревностью и другими негативными эмоциями. Он ревел в сердце Бренделя, как упырь.

Убей ее! -

Убейте их! -

Никаких сожалений! -

Никаких колебаний! -

А-а-а! -

Брендель положил руку на рукоять меча, снял его и снова надел. Он знал, что это лабиринт сна, и бледный призрак во сне был достаточно умен, чтобы воспользоваться желаниями человека. Если он будет колебаться, то навечно окажется в ловушке этого туманного сна.

А как насчет противоположного?

Брендель остался неподвижен.

Принцесса Грифина перед ним могла быть иллюзией, но эмоции в его сердце были реальны. Если он обнажит свой меч против нее здесь, это будет сродни обнажению меча против чего-то, что он всегда защищал. —

Потерявшись во сне, можно запутать и разбить чье-то сердце.

Не ходи туда, Бессидайн! - Принцесса Грпихина увидела ее сестра - схватила Брендель и поспешила вперед, чтобы оттащить ее назад. Как только она сделала шаг назад вместе с Харузом, два рыцаря тут же окружили их, защищая.

Кронпринцесса подняла голову и холодно посмотрела на Бренделя. Ты искренне поклялся, что оставишь все позади. Ты должен знать, что сделал твой дядя. Я даже не прошу, чтобы ты стал его врагом, просто защищай Бессидину как ее жениха — но ты меня основательно разочаровал. -

Она вынула письмо и продолжила тем же холодным голосом : Ваши истинные намерения были раскрыты – -

Сестра, все совсем не так. - Гаруз хотел объяснить, но проглотил слова под холодным взглядом бренделя. Маленький принц до сих пор не понял, что в этом сне они были Колделлом и Бессидайном.

И не Брендель и не Гаруз.

Как только кронпринцесса закончила свои слова, Брендель внезапно услышал громкий звук, донесшийся сверху дворца. Почти сразу после этого большой зал начал трястись. Покрытые рельефом стены и фальшивые колонны дорического ордера затряслись, как будто дворец пережил страшное землетрясение.

Дворяне в Большом зале потеряли равновесие, и раздались крики. Сцена тут же превратилась в хаос. Толпа жалась друг к другу, пытаясь вырваться из различных выходов. Звуки опрокидываемых столов и стульев и разбивающихся арочных окон наполнили большой зал.

Но тихий уголок в Большом зале резко контрастировал с хаосом. Брендель, Гаруз, Ее Королевское Высочество и рыцари, казалось, не обращали внимания на трясущуюся землю.

Брендель посмотрел на дворян, выбрасывавшихся из разбитого окна. Он знал, что это было не землетрясение, которое испытал Колделл, а смятение в его сердце. Его страх, вероятно, возник из-за письма в руках принцессы грифины. Виконт Колделл, должно быть, прошел через нечто подобное, и это произвело на него впечатление.

Слова принцессы пронзили его сердце, как острый клинок.

Брендель молчал. Голос в его голове действительно начал визжать, Поторопись, поторопись и убей всех! -

Но Брендель держался за рукоять и не обращал на него никакого внимания.

В этот самый момент снаружи дворца раздались крики ужаса. Он обернулся и увидел, что толпа, выбежавшая на улицу, теперь бежит обратно. Бесчисленное множество солдат, одетых в двухцветные красные и белые боевые мантии, появились перед Дворцом кинтен. Эти солдаты были одеты с головы до ног в доспехи, и даже их лица были скрыты под металлическим шлемом. Они держали в руках заточенные мечи и убивали всех, кто попадался им на глаза. В мгновение ока дворец Кинтен был затоплен рекой крови.

Как это могло случиться! - Маленький принц наблюдал за происходящим, стоя рядом с принцессой Грифиной. Он побледнел и инстинктивно вскрикнул, Кто они? -

Это Герцог аррек! - Принцесса Грифина слегка вздохнула. Она подняла голову и уставилась на Бренделя, как она приказала, Захватите виконта Колделла до прибытия герцога аррека! -

Как могли эти солдаты оказаться под командованием герцога аррека?

В предыдущем мире или в этом, армия дворян под командованием герцога аррека никогда не носила красно-белые боевые мантии. Кроме того, на памяти Бренделя такого никогда не случалось во время бала. Запах крови, который витал в воздухе вокруг него, казалось, стал реальным в этой сцене и стал более острым. Кроме того, запах чего-то горящего постепенно взял верх над его запахом.

Брендель поднял глаза и увидел, что пламя действительно пробивается сквозь потолок. Как будто в одно мгновение весь Большой зал превратился в море пламени.

Это была мечта виконта Колделла. Все, что произошло во сне, теперь воспроизводится во сне Бренделя и Гаруза из-за их усилий восстановить сон виконта.

Рядом с принцессой Грифиной на Бренделя бросились два рыцаря. Гаруз бросился вперед и попытался остановить одного из них, но платье на маленькой принцессе едва не сбило его с ног.

Брендель вытащил Харлана Гайю. Черный длинный меч вылетел из ножен, как вспышка черного света. Но он чувствовал, что меч был тяжелее, чем обычно, потому что здесь его силы составляли только 10% от того, что они были на самом деле. Возможно, он находился на верхнем серебряном уровне.

К счастью, Брендель ожидал этого. Способности во сне определялись владельцем сновидения, а это означало, что в настоящее время он представлял виконта Коделла. Однако верхний Серебряный уровень был практически бесполезен в то время, когда эльфы ветра вернулись к славе.

Два рыцаря, напавшие на него, были среднего золотого уровня. Неудивительно, что принцесса Грифина не потрудилась скрыть холодок в глазах. Независимо от эпохи, пропасть между пиковым серебром и средним золотом была непреодолима. Конечно, гении из гениев были исключением.

Брендель не был гением, но его мудрость и опыт исходили от миллионов людей. Например, его искусство владения мечом. Хотя он мог сражаться только с силой виконта Колделла, это не означало, что он потерял все преимущества.

Два рыцаря подошли ближе, и прежде чем они успели выхватить мечи, клинок Бренделя оказался рядом. Тяжелое черное лезвие рассекло воздух, и та сторона, которая отражала свет, сверкнула холодным светом. В одно мгновение он оказался в поле их зрения.

Оба рыцаря выглядели удивленными. Они даже не заметили, как Брендель выхватил меч. До второй священной войны Рыцари эльфов ветра придавали равное значение как атаке, так и обороне. Потому что большинство подчиненных Дракона тьмы были монстрами, созданными темной магией. Обмен их жизней на пушечное мясо явно не стоил того, кроме того, война даже не стала такой жестокой и жестокой, какой она станет в последующие годы.

Поэтому умение Бренделя владеть мечом казалось им безумием. Но этот сумасшедший парень явно лучше разбирался в искусстве владения мечом, чем они. Рыцари были вынуждены отступить на шаг, но Брендель уже ухватился за эту возможность.

Он последовал за ним вплотную и одним ударом поразил эльфийский меч одного из рыцарей. С ясным звенящим звуком верхняя половина меча разлетелась пополам, а затем вылетела и вонзилась в стол. Когда еще рыцарь видел такой жестокий ход? В своих тяжелых доспехах он продолжал отступать, но Брендель продолжал продвигаться вперед, пока другой рыцарь не воспользовался возможностью, чтобы ударить его мечом вперед.