Они забрели метров на сто в сторону от тропинки, но ни следа Вадима не обнаружили. Тем временем погода стремительно портилась, небо затянуло, поднялся сильный холодный ветер.
- Мамочка, мне страшно, - Маша прижалась к ноге матери. Обеспокоенная Женя погладила дочь по голове.
- Не пугайся, сейчас мы его найдем. Ва-а-адим! Куда ты делся?! Это не смешно!
И тут хлынул дождь. Казалось, вот-вот начнется настоящий буран.
- Да куда же ты делся! - крикнула Женя, на этот раз не сумев скрыть охвативший еёе страх.
Муж не отозвался.
- Мамочка, папа заблудился? - промямлил напуганный Толяша. Женя не ответила на его вопрос. Женщина была напугана - она с детьми в чаще леса, дождь хлещет потоком, а муж куда-то пропал.
- Смотрите-смотрите! - Маша ткнула пальцем в сторону закружившейся смерчем мокрой листвы. Началась настоящая буря, а откуда-то со стороны стали доноситься шумные нечеловечески весёлые голоса. А может это были завывания ветра? Толяша заплакал, прижав к себе сына, Женя поняла, что мальчик насквозь промок. Пощупав его крошечную ладонь, обнаружила, что он страшно замёрз.
- Вадим, ну где же ты? - чуть не плача позвала она мужа. Но даже если он был неподалеку, из-за поднявшегося ветра не услышал бы её. Зато она слушала безумный смех, стук бокалов, какофонию звуков, которая чем-то напоминала свадебный марш. Трясясь от холода и страха, Женя подхватила детей и бросилась искать тропинку.
Мотаясь из стороны в сторону, она поняла, что не может найти дорожку, по которой они сюда пришли, охваченная ужасом побежала наугад, споткнулась о ветку, уронила ребят и сама стукнулась, но не обратила внимания на боль, схватила детей за руки и, заливаясь слезами, продолжила идти вперёд. Спустя полчаса она окончательно выбилась из сил и решила, что не выйдет к поселку и умрёт в этом проклятом лесу вместе со своими детьми. Припав боком к дереву, Женя прижала к себе детей и остановилась, готовая принять любую участь.
<p>
...</p>
Не знаю, почему я согласился ехать с Яковлевыми на выходные в лес. По правде сказать, мне порядком надоело грубое отношение Саши, профессор же изначально меня скорее пугал и я неоднократно планировал порвать с ним всякие связи. Но когда Станислав Николаевич позвонил и пригласил провести выходные с ним и с Сашей, я согласился без раздумья. Видимо, знал себя хуже, чем мне казалось. Нет, конечно, я пытался найти оправдание в том, что не хотел подтягивать свои знания и готовиться к вступительным экзаменам, до которых оставалось больше полугодия, да вот только это самообман. Целый месяц профессор не вспоминал обо мне, а я постоянно думал о приключениях, в которые попадал после знакомства с ним. Тень, растворившаяся посреди коридора женского общежития, ночёвка в деревенской бане и беспятые следы, поездка в дом мертвеца, да даже история со старым цыганом, к которой Яковлевы имели лишь опосредованное отношение, ассоциировалась с ними. Похоже, я всерьез привязался к этой семье.
Что касается мамы, то она была несказанно рада, что я бросил работу на стройке и снова начал общаться с профессором.
- Чем получать копейки поговори с умным человеком. Может с его племянницей что получится, - сказала она, когда узнала о моих планах на выходные.
- Мама...
- А что такого? Немного старше тебя, зато образованная, опять же, при машине, тебе могут помочь.
Я только отмахнулся. Она приятно улыбнулась.
- А почему ты думаешь, он тебе постоянно названивает? Не иначе ты этой Саше понравился, просто она стесняется в этом признаться и попросила дядю помочь.
- Ну да, ну да. Вариант, что профессор разглядел в твоем сыне талант, ты даже не рассматриваешь? - полушутливо спросил я.
- Да какой там талант, двоечник, - захохотала мама. Меня это немного задело. - Ты знакомство поддерживай обязательно - поступить в том году будет легче.
Я кивнул, а про себя подумал, что если бы она знала, чем я занимаюсь с профессором и Сашей, то наверно дверь на ключ закрыла и из дома не выпустила бы. Так или иначе, но днём в пятницу профессор с Сашей забрали меня прямо из дому. Станислав Николаевич хитро улыбался, а Саша была веселее, чем обычно и со мной общалась довольно приветливо. Я даже насторожился и стал перебирать вариант, чего эти двое удумали.
- Ты когда-нибудь ходил с ночевкой в поход, Славик? - спросил профессор.
- Нет.
- Оно и видно, тёплых вещей с собой не взял. Конец ноября как-никак. Погода может испортиться в любой момент. Ну да ладно, не переживай, если что мою куртку или Сашкину накинешь.
Я кивнул в знак согласия и сел сзади. Жигуленок тронулся, и мы отправились в путь. По дороге дядя с племянницей много шутили, я тоже разговорился, и стало по-настоящему весело. Заодно профессор рассказал, почему они затеяли эту поездку:
- У нас традиция такая, каждый ноябрь вне зависимости от погоды провести пару ночей в палатке, на природе. Даже если на улице снег и слякоть. На худой конец ночуем у кого-нибудь в близлежащем поселке. Люди там приветливые, всегда помогают.
- А с чем связана эта традиция?
- С моим Днем рождения. Пятьдесят девять лет исполняется.
- А что же вы не сказали, - я несколько растерялся. - Я бы приготовил вам хоть какой-то подарок.
Яковлев только отмахнулся.
- Брось, Слава. Ты мне нравишься, и хоть ты и считаешь меня сумасшедшим, я всё равно отношусь к тебе, как к младшему товарищу и мне просто приятно провести время в твоей компании и компании племянницы.
Я зарделся и растерялся. И подумать не мог, что он так хорошо ко мне относится.