Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Антология мировой философии. Древний Восток

© Харвест, 2001

* * *

Часть I. Древнеегипетская цивилизация

Философская мысль у древних народов, в том числе и у египтян, восходит к мифологическим истокам и оперирует мифологическими представлениями о месте человека в мире. Восхваление Божественной справедливости как основы земных порядков содержится в целом ряде древнеегипетских источников, в частности в «Поучении Птахотепа» и «Книге мертвых». В последней можно увидеть, как в сознании древних египтян личность человека обретает ответственность перед самим собой.

В дидактическом «Поучении Птахотепа» (эпоха Среднего царства), содержащем изречения «житейской мудрости», подчеркивается естественное равенство всех свободных и обосновывается необходимость добродетельного и справедливого поведения; в «Прославлении писцов» утверждается, что произведения письменности увековечивают их авторов.

Из долины Нила дошла до нас древнейшая религиозно-философская поэзия. О сложных представлениях о жизни и смерти свидетельствует «Песнь из дома усопшего царя Антефа, начертанная перед певцов с арфой» (эпоха Среднего царства), автор которой проявляет скептицизм, недостаток благочестия, призывая «праздновать прекрасный день», не думая о смертном часе. В другом тексте – «Похвала смерти» – лишь меланхолически констатируется неотвратимость вечности. О тенденции к монотеизму в древнеегипетской цивилизации говорит знаменитый «Гимн Атону» (XV в. до н. э.), возможно сочиненный самим фараоном-реформатором Эхнатоном, в котором прославляется лучезарная ипостась Бога, дарящего радость всему живому.

Отрывок из «Поучений Птахотепа» и «Похвала смерти» предлагаются в переводе В. Потаповой; «Песнь из дома усопшего царя Антефа, начертанная перед певцом с арфой» и «Прославление писцов» – в переводе А. Ахматовой по книге: Лирика Древнего Египта. M., 1965. Остальные тексты даются в переводе М. Коростовцева по книге: Поэзия и проза Древнего Востока. M., 1973.

Из [ «Поучений Птахотепа»]

1

Ученостью зря не кичись!

Не считай, что один ты всеведущ!

Не только у мудрых —

И неискушенных совета ищи.

Искусство не знает предела.

Разве может художник достигнуть вершин мастерства?

Как изумруд скрыто под спудом разумное слово.

Находишь его между тем у рабыни, что мелет зерно.

2

Если дружбой дорожишь

Ты в дому, куда вступаешь

Как почтенный гость иль брат, —

Обходи с опаской женщин!

Не к добру сближенье с ними,

Раскусить их мудрено.

Тьмы людей пренебрегли

Ради них своею пользой.

Женских тел фаянс прохладный ослепляет, обольщает,

Чтобы тотчас превратиться в пламенеющий сардоникс.

Обладанье ими – краткий сон.

Постиженье их – подобно смерти!

3

Если ты склонен к добру, заведи себе дом.

Как подобает, его госпожу возлюби.

Чрево ее насыщай, одевай ее тело,

Кожу ее умащай благовонным бальзамом,

Сердце ее услаждай, поколе ты жив!

Она – превосходная пашня для своего господина.

«Песнь из дома усопшего царя Антефа, начертанная перед певцом с арфой»

Процветает он, этот добрый властитель,

Прекрасный конец настиг его.

Одни поколения проходят, а другие продолжают существовать

Со времен предков.

Боги, бывшие некогда,

Покоятся в своих пирамидах.

Благородные и славные люди

Тоже погребены в своих пирамидах.

Они строили дома —

Не сохранилось даже место, где они стояли,

Смотри, что случилось с ними.

Я слышал слова Имхотепа и Джедефхора,

Слова, которые все повторяют.

А что с их гробницами?

Стены обрушились,

Не сохранилось даже место, где они стояли,

Словно никогда их и не было.

Никто еще не приходил оттуда,

Чтоб рассказать, что там,

Чтоб поведать, чего им нужно,

И наши сердца успокоить,

Пока мы сами не достигнем места,

Куда они удалились.

А потому утешь свое сердце,

Пусть твое сердце забудет

О приготовленьях к твоему просветленью.

Следуй желаньям сердца,

Пока ты существуешь.

Надуши свою голову миррой,

Облачись в лучшие ткани.

Умасти себя чудеснейшими благовоньями

Из жертв богов.

Умножай свое богатство.

Не давай обессилеть сердцу.

Следуй своим желаньям и себе на благо.

Свершай дела свои на земле

По веленью своего сердца,

Пока к тебе не придет тот день оплакиванья.

Утомленный сердцем не слышит их криков и воплей;

Причитания никого не спасают от могилы.

А потому празднуй прекрасный день

И не изнуряй себя.

Видишь, никто не взял с собой своего достоянья.

Видишь, никто из ушедших не вернулся обратно.

[ «Похвала смерти»]

Благолюбивые духи, Гелиополя девять богов!

Услышьте похвальное слово «Отцу божества».

Был он саном возвышен и безупречен душой.

В городе Вечности он сопричислен к бессмертным богам.

Вы печетесь о судьбах

Посетителей этой гробницы.

Мне песни известны, что издревле взывают со стен усыпальниц,

Бытие восхваляя земное обители вечной в ущерб.

Зачем они сводят на нет славу загробного мира, —

Страны справедливой, блаженной, где страху нет места,

Обители упокоенья, чьим жильцам омерзительны распри,

Где нечего ближних бояться, ибо нету вражды в этом крае?

Наши предки покоятся там со времен мирозданья.

Из тех, что родятся на свет во множестве неисчислимом,

Не осядет в Египте никто:

В городе Вечности всем поголовно приют уготован.

Разве долго продлится пора гостеванья земного?

Время, как сон, промелькнет,

И «добро пожаловать!» – скажут

В полях Заката пришельцу.

[ «Прославление писцов»]

Мудрые писцы

Времен преемников самих богов,

Предрекавшие будущее,

Их имена сохранятся навеки.

Они ушли, завершив свое время,

Позабыты все их близкие.

Они не строили себе пирамид из меди

И надгробий из бронзы.

Не оставили после себя наследников,

Детей, сохранивших их имена.

Но они оставили свое наследство в писаниях,

В поучениях, сделанных ими.

Писания становились их жрецами,

А палетка для письма – их сыном,

Их пирамиды – книги поучений,

Их дитя – тростниковое перо,

Их супруга – поверхность камня,

И большие и малые —

Все их дети,

Потому что писец – их глава.

Построены были двери и дома, но они разрушились,

Жрецы заупокойных служб исчезли,

Их памятники покрылись грязью,

Гробницы их забыты.

1
{"b":"806311","o":1}