Литмир - Электронная Библиотека

Иными словами, давать следует такую нагрузку, которую организм способен не только выдержать, но и усвоить. А посему легкая зарядка с утра, в течение дня неспешная ходьба по покоям (не только спальне), вечером очередная зарядка и обязательное разминание мышц.

И пусть поначалу на меня смотрели круглыми глазами, не понимая, чего такое странное требует делать герцогиня со своим телом, но вскоре привыкли. А уж Люси можно было назвать мастерицей в этом вопросе. Ее внешность была обманчива. Тонкий, гибкий стан и, казалось бы, хрупкие руки, но за ними угадывалась сила.

Да и как иначе? Если ребенок с детства привык к тяжелому ручному труду? Поноси-ка воду из колодца! А коров доить? За утро так набегаешься, что ног под собой не чуешь. А впереди еще целый день труда, только успевай веником шустрым летать.

Поэтому я понимала, что работа в замке для многих деревенских кажется раем. Здесь они хотя бы могли поспать подольше.

Но вернемся к текущим проблемам. Понятно, что у меня воз и маленькая тележка тех самых проблем, но есть и насущные. Именование наследника, которое пройдет в главном храме герцогства.

По мне так можно было обойтись замковой часовней, пригласить сюда жреца и жрицу (в этом мире церковная власть имела именно такой вид – в храмах соседствовали и жрецы, и жрицы, а чаще всего главные жрец и жрица являлись супругами) и именовать Его сиятельство. Но нет, традиция!

Ребенка везут в главный храм, к которому собирается народ, где и происходит обряд именования, а позже дитя показывают людям.

Сначала этот момент меня напрягал. Показывать ребенка каждому желающему? Бред какой! Потом я поскребла память Стейзи и выдохнула, потому что показывать будут единожды – герцог, он же отец, после именования должен будет выйти на крыльцо храма и поднять дитя над своей головой. На этом все.

– Ваша светлость, швеи ожидают разрешения войти, – обратилась ко мне одна из служанок. – Велите впускать?

А то как же, велю, конечно. Мне их помощь нужна.

Это по своим покоям я могу ходить в домашнем платье, которое на мне болтается. А вот в поездке должна выглядеть соответственно статусу. И вот с этим была беда…

Все, что имелось в гардеробе у Стейзи, не подходило категорически. Оно с меня сползало. Даже чулки, которым полагалось нежно обнимать ножку, пузырились на манер паруса. Залетай, ветерок! Здесь есть, где разгуляться!

Поэтому требовалось ушить платья. В идеале – несколько, но главным на повестке было одно – парадно-выходное. Пошить новое швеи точно не успеют. Да и у герцога я выклянчила только переделку. Чтоб ему пусто было, тому герцогу. Кто так с законной супругой обращается?

В гостиную вошли три швеи. Две из них в летах, одна молоденькая. Ей-то и выпала честь тащить все швейные принадлежности. Такое впечатление, что в замке слуг не хватает.

Я вздохнула и натянула на лицо благожелательное выражение. Не слуг мало, а слишком жадна одна рыжая гадина.

На софе позади меня были разложены три туалета. Эти платья я с помощью служанок отобрала после того, как мы перетрясли весь гардероб. Негусто, конечно… Но для подобного торжественного события очень яркие цвета не подходили, в идеале требовалось надеть одежду в родовых цветах герцога: темно-синем (я, бледная поганка, используя только этот цвет, буду выглядеть умертвием), белом и темно-оранжевом.

По преданию эти цвета олицетворяли благословленное дождем небо, богатую урожайность земель и чистоту душ, живущих на этих землях.

К сожалению, мы не смогли найти платье, которое сочетало бы в себе все три цвета. Но было одно, которое подходило практически идеально при условии, что швеи таки найдут оранжевую ткань для вставок на грудь и по подолу. Само платье было белым, но с крупным узором синего цвета по всей юбке и рукавам. Поэтому оранжевый не только хорошо вписался бы, но и оживил наряд.

Пока я размышляла, троица низко склонилась и застыла, ожидая моих распоряжений.

– Поднимитесь.

Я рассматривала женщин и очень надеялась, что руки у них растут из нужного места. Была мыслишка, что Сарвенда захочет и тут напакостить.

Это все мелко, конечно, недостойно, но кто знает, насколько она умеет анализировать ситуацию и просчитывать шаги? Является просто завистливой ревнивой дурой или умной стервой? Это тоже очень важный аспект для моей последующей борьбы.

Одно дело – в стенах замка гнобить законную супругу, и совсем другое – выставлять подобное на люди. Особенно в такой торжественный момент, как именование наследника герцогства.

Но как показало последующее взаимодействие со швеями, Сарвенда все же была не так глупа. Далеко не глупа. Да, свое влияние на всех в замке она оказывала, однако при этом хорошо понимала, где гадить не стоит.

С меня сняли мерки, просмотрели отобранные мной туалеты и заверили, что успеют их переделать, а чуть позже обязательно возьмутся за остальные. И если мне будет угодно, пошьют что-то новое.

Естественно, будет.

Я расспросила их о штате швей в замке и выяснила следующее: их светлостей обшивала одна группа, состоящая из четырех мастериц и семи помощниц. Причем у них было разделение труда: кто-то шикарно вышивал и в основном занимался вышивкой, кто-то – кройкой и шитьем.

А чернь и слуг, стоящих в более высоком положении, обшивала другая группа, в которой было всего две мастерицы и три помощницы. И да, не всегда эта самая одежда для слуг выдавалась бесплатно. У кого-то оплату за нее из жалованья вычитали. Крохоборы!

В-принципе, это было логично: разный уровень объема работ, запросов, а также труда и материалов. Не каждому доверишь кромсать дорогую ткань, да и золотую и серебряную нить не каждому поручишь.

Однако, учитывая, что слуг-то поболе будет, разумнее было бы увеличить штат второй группы, раз уж имелось такое разделение. Вообще, шикарно устроились…

Мне не только подобрали оранжевую ткань для выходного платья. Помощница раза три бегала, принося то, что требовалось швеям, и в выборе я принимала непосредственное участие. Мы успели наметить необходимое количество нового белья, домашних и прогулочных платьев. В общих чертах. Позже я намеревалась сделать более подробный заказ.

Уже завтра швеи обещали принести наряд на первую примерку.

Однако перевести дух после их ухода я не успела, потому что прибежала Люси, отправленная мной за полдником, и объявила, что ко мне направляется Его светлость.

Вот, к слову, еще один плюс. Раньше мне никто и ничего не докладывал. Ну идет Его светлость к жене, ну так будет ей сюрприз. Это последние две недели я загодя знала, когда именно герцог появится в моих покоях.

Вздохнула и мысленно досчитала до десяти. Я должна была выглядеть спокойно, с какими бы вестями этот гад ни пожаловал. Для его ежедневных проверок сына было еще рано, он приходил всегда перед ужином, а значит, его или возмутили мои траты, или случилось что-то такое, что требовало моего вовлечения.

К тому моменту, когда ко мне ворвался взволнованный ураган (а такое не сыграешь!), какими бы там ни были вести – они шибко ударили по нервной системе моего недомуженька.

Платок шейный сбился, он явно теребил его от волнения, лицо раскраснелось, а глаза и вовсе огнем полыхали.

Что там такое ему прислали? То, что дело не в домашних дрязгах, было ясно однозначно.

– Все – вон!!

Да что ж так кричать?! Тут, конечно, звукоизоляция неплохая, но за стенкой, между прочим, ребенок спит! С ним, конечно, Интена осталась, но мало радости успокаивать заведенного наследника, которого разбудили не вовремя.

– Люси, иди в спальню, – приказала я раньше, чем все служанки успели разбежаться.

Пусть, в случае чего, помогает няньке. Ту же пеленку подать.

– Это ты! – рыкнул Его светлость, когда мы остались одни. – Твои происки!

И в меня полетел белоснежный лист, сильно смятый. Что, впрочем, не помешало мне его поднять, расправить, а затем и вчитаться в написанное.

Поначалу я продиралась сквозь буквы с трудом. Шло небольшое наложение. То я лишь различала буквы, которые хоть и были узнаваемыми, но в слова не складывались, то вдруг понимала этот алфавит и улавливала смысл написанного.

8
{"b":"800544","o":1}