A little more and I would have lost my temper.* – Еще бы немного, и я бы сорвался.

Thomas, make us something simple for dinner!* – Томас, приготовь нам что-нибудь простое на ужин!

Ну, что ж….. Я не мастер красивых речей, поэтому скажу кратко.

Это трындец товарищи.

Ну и запарилась я со всем этим. Фух!

Но, к счастью, мы это сделали. Правда, часть небольшая….надеюсь вы мне это простите.

====== Глава 6. Часть 15. Тайное становится явным. ======

- О Боже мой! Росси, ты серьезно?! – воскликнула Стейси, сжимая в руках стакан с лимонадом.

Еще утром Россия написала ей о срочной встрече, желая немного поговорить, поделиться переживаниями и, возможно, попрощаться. И та не могла ей отказать.

Они решили встретиться в кафе “Fantastic” в одном из известных торговых центров Вашингтона. Мягкая мебель, пол устлан разноцветными коврами, в центре зала установлен небольшой функциональный камин, который не только являлся местным декором, но и согревал посетителей заведения в холодное время года, создавая атмосферу домашнего уюта.

- Да. Хотя, мне бы хотелось, чтобы все это было лишь глупой шуткой. – Печально ответила ей русская, помешивая ложечкой уже остывший латте.

- Божечки. А Мурика? Он, как отреагировал?

- Пытается все поговорить с отцом, но тот даже дверь ему не открывает. Он вообще никому не открывает, кроме меня.

США сам теряет терпение от упрямости СССР. Один не желает никого видеть, кроме дочери, а другой бессмысленно мечется из комнаты в комнату. Она сама пыталась уговорить отца, но он лишь выставлял ее за дверь, не давая и слова вставить.

- Надеюсь, вы сможете достучаться до Союза. Я, когда один раз увидела его по телевизору, так испугалась. Совсем недобрый мужчина. Такой сердитый и страшный.

- На самом деле он не такой. – Улыбнулась девушке россиянка. – Папа очень добрый и честный. Единственный минусы, это его упрямость и недоверие окружающим.

- Так получается, вы пытаетесь вернуть доверие Союза?

- Ключевое слово пытаемся. Отцу трудно прощать людей после войны. Я уже не верю в чудо.

- Действительно трудная задача…. – пробормотала шатенка, ворочая трубочку в руках. – Но мне кажется, все обойдется. Муричка не позволит тебе уехать.

- Знаю, он мне говорит об этом чуть ли не каждый час.

- У-у. Как это мило. – Засияла та. – Как, кстати, поживают ваши отношения?

- Все, как и было. Ничего не поменялось. – Отвела взгляд Россия, оставив ложку в покое.

- Подожди. То есть, после того неудачного случая вы так и не….

- Стейси. – Покраснела русская, оглядываясь по сторонам. – Не здесь же говорить об этом.

- Росси, ты меня просто поражаешь. – Устало выдохнула девушка, скрестив руки на груди. – Чего ты вот тормозишь? Тебе страшно? Или боишься боли?

- И боли, и самого процесса. Стейси, пойми. США – человек с опытом. А я? Я вообще ничего об этом не знаю. Лежишь пластом и ждешь покорно этой…..состыковки.

Как же громко засмеялась шатенка от ее слов. Неловкость россиянки нарастала с каждой секундой.

- Божечки, Росси, ты прелесть. Состыковка…. Даже я бы до такого не додумалась.

- Ну, уж извините.

- Рос, не обижайся. Просто ты на работе и по телевизору такая вся грозная, а как только разговор заходит о сексе, сразу краснеешь, как помидорка. Сама невинность.

- Ничего не могу с собой поделать.

- Росси, я считаю, что ты зря волнуешься. Мурика будет стараться изо всех сил, чтобы тебе было как можно приятнее.

- Стейси, давай не будем об этом.

- Ну, уж нет! – строго посмотрела на подругу та. – Рос, хватит избегать очевидного. Тебе ведь в тот раз не было страшно или неприятно? Нет? Ну вот! Так что тебе мешает попробовать еще раз?! Боль? Она у всех была. У кого-то сильная, у кого-то словно укус комара. Кровь? Так это тоже. У кого-то много, а кто-то даже и не заметил. Не надо трястись, как кленовый лист на ветру, думая об этих мелочах. Боишься неопытности? Так почитай немного в интернете. Он сейчас всем доступен. Тем более для США это не важно. Если он тебя любит, то все нюансы для него ничего не значат. Будь смелее. Сама же этого хочешь, но страх тебе не дает двигаться. Ты же Российская Федерация, а не девочка подросток.

Слова девушки имели долю правды. Может действительно Россия слишком драматизирует?

- Девушки, позволите одному красивому парню к вам присоединиться?

Давно она не слышала этот голос. Знакомый широкоплечий парень, радостно улыбаясь, подмигнул своей возлюбленной, заставляя ту подняться с места.

- Маки! – воскликнула Стейси, обнимая темноволосого. – Ты же сказал, что сегодня занят.

- Да вот накрылся мой поход в бильярдную из-за одного придурка. Он не догадался, что надо заказывать бронь. Так что я оказался сегодня абсолютно свободным.

- Теперь уже нет. – Улыбнулась ему шатенка. – Я тебя только что забронировала.

- Как жизнь Россия? – обратил он свое внимание на русскую.

- Не спрашивай. – Отмахнулась от его слов та. – Стейси, мне уже пора. Еще много чего надо сделать, а времени совсем нет.

- Хорошо, Росси. Удачи тебе с Мурикой!

Возможно, это был их последний разговор. Она никогда не думала, что ей придется прощаться с друзьями, которые впервые появились у нее за всю эту жизнь. Сердце болезненно сжалось. Но нельзя вешать нос. Есть еще два дня. Россиянка и Штаты готовы бороться за свое счастье. И Союз не сможет их разлучить.

Стук вилок и ножей слышен в тишине, воцарившей в столовой. Никто не говорит и не смеется. Даже шептаться страшно. Да, что уж это. Лишний вздох, уже повод ощутить на себе холодный взгляд коммуниста. Во второй раз они ужинают в подобной атмосфере. Девушка молча накалывает вилкой кусочек мяса и, стараясь не слушать тяжелое дыхание отца, через силу кладет его в рот.

Но больше всего тяжело американцу. Даже сидя за одним столом, он вел немую войну с мужчиной, который до сих пор не хочет слушать их оправдания. Глядя друг другу в глаза, они мысленно уничтожали своего противника, желали ему исчезнуть из этого мира. А, когда СССР, громко стукнув вилкой по тарелке, заканчивал трапезу и выходил из комнаты, возвращалось долгожданное облегчение.

- God. I’ll turn gray soon.* – Хватался за голову парень, напрочь забывая о еде.

- Прости. – Тихо ответила Россия, отодвигая от себя тарелку.

- Милая, за что же это? Перестань. – Улыбнулся ей тот, присаживаясь рядом.

Союз, в его присутствии, не позволял США приближаться к русской. Охранял, как пес.

- Папа совсем не хочет идти нам на уступки.

- Рос, успокойся. Все наладится.

- Что-то мне это не кажется. – Буркнула та, когда он коснулся ее руки.

- Россия. В последнее время у тебя совсем нет настроения и боевого духа. Где моя невероятная девушка? Куда ты ее дела?

- Задушила эмоциями. – Собрала россиянка грязную посуду со стола.

Раскрытие их тайны сильно повлияло на нее. Она почти не улыбается, всегда сидит в своей комнате или уходит к знакомым ради одного – попрощаться. Штаты уже не знал, как поднять ей настроение, как вернуть прежнюю боевую девушку.

- США, можно тебя попросить об одной вещи? – посмотрела она на него, вытирая руки чистым полотенцем.

- И, что же это, если не секрет? – удивился американец, засунув руки в карманы штанов. – Если это что-то очень неприличное….

- Нарисуй меня. – Перебила его та, нервно накручивая на палец локон волос.

- Нарисовать? Типа портрет?

- Да.

Сколько же ей понадобилось времени и сил, чтобы попросить парня о чем-то. Не привыкшая к такому рода просьбам, Россия чувствовала, как щеки все сильнее пылают, а стыд все больше возрастает в глубине ее души.

- Неважно. Забудь об этой просьбе. Глупость сказала….

- Тебе на бумаге или на компьютере?

Не отказал ей в маленьком капризе. Бабочки запорхали в животе и невиданная легкость окутала все тело. Как же она счастлива.

- Я даже не знаю.

- Значит, на бумаге. Я, конечно, не художник, но попытаюсь тебя изобразить.