Литмир - Электронная Библиотека

Алексей Свадковский

Изнанка миров

Сияние перехода на время ослепило глаза, толчок силы швыряет тело вперед, и из губ вырвался невольный стон боли, когда из-под пальцев, зажимавших рану, выплеснулась тугая струя крови, окрасившая серую поверхность камня алым. Мужчина болезненно скривился при виде неё, он слишком многих лишил жизни на своем пути, чтобы теперь надеяться выжить, такие раны не лечат, заклятья и эликсиры оказались бессильны, ультимативное оружие не оставляет шанса для тех кто попал под их удар, сверкающую золотом пластину нагрудного панциря разрывала безобразная сквозная дыра, оставшаяся после удара копья Этналока, хранителя Цитадели Печали.

Им удалось, их рейд сумел прорваться сквозь безжизненные земли, прорубить путь сквозь толы врагов и взять штурмом Цитадель, только вот за победу пришлось слишком дорого заплатить. Все его друзья погибли, часть при прорыве к Цитадели,большинство во время штурма, последних забрала схватка с хранителем, но они сумели сделать главное – захватить сердце строения и убить хранителя. Цитадель пала. Теперь их народ сможет получить доступ к новым территориям и ресурсам, потеснив другие цивилизации, а полученные за победу очки влияния позволят начать новый технологический рывок…

Печалило лишь одно, дело – так до конца и не было завершено, и все усилия и жертвы могут оказаться напрасны…. Устало присев, он откинулся назад, опершись об каменную стену. Доспех, надежно защищавший его тело, уже включил режим маскировки и адаптации, и сверкающая золотом алая сталь превратилась в невзрачные лохмотья. В прочем эту перемену никто и не заметил в крохотном каменном закутке он был один.

Жалко умирать под небом чужого мира. Раненный воин устало смотрел вверх, на голубую синь, по которой бежали белоснежные облака, с тоской вспоминая привычную зелень родного неба и звезды, сверкающие даже днем. Пусть так, он ни о чем не жалел, жизнь прожита не зря, и оглядываясь назад он не стал бы ничего менять, перед глазами мелькали лица друзей с которыми он уходил в свой последний рейд скоро я уже встречусь с вами, семья ее он так и не успел создать, ни жены ни детей все откладывал на потом, а жаль сейчас было бы кому передать свое наследство, он уже чувствовал, как его покидают остатки силы. Свинцовая тяжесть опускается на глаза, и скоро он нырнет в безмятежный сон, из которого нет возврата.

Но он еще не готов, не всё сделано до конца, преодолевая боль и усталость он сделал несколько манипуляция рукой, и Эмерос соскальзывает в руку, принимая облик невзрачной серой коробки с забавными крохотными кнопками и небольшим экраном по центру.

«Какое убожество», – невольно про себя подумал странник, что ж, возможно, его невольный дар поможет жителям этого мира сделать шаг вперед по лестнице развития, повинуясь его мысленным командам, Эмерос ожил. Дисплей ярко засветился, в нем оставалась уже мало силы. Вся она была растрачена в предыдущих боях, а остатки сожрал момент перехода, но даже крох оставшихся в нем хватило, чтобы выполнить последнюю волю владельца.

Прилив сил следует команда и остатки энергии ключа преобразовались в энергию для его владельца связав их невидимой пуповиной силы. Разум очистился от сна и боли, команды следовали одна за одной. Наконец, замерцала командная строка с просьбой подтверждения, пальцы заскорузлые от крови нажали ее, а следом с трудом вытолкнул последнее слово – пожелание достойному.

Вот теперь окончательно все, он сделал все что мог чтобы усилия их рейда не пропали по напрасну последним усилием он отшвырнул от себя Эмерос подальше, Завещание создано в него он вложил все то что им было приобретено и собрано за годы Игры его главное сокровище Журавлиный Дом наполненный книгами знаний и обучающими свитками, в его хранилищах лежали артефакты и трофеи из сотен битв, тренировочный зал, комната медитации, мастерская. Ему потребовалась много лет что бы это создать и он не хотел, чтобы всё это рассеялась в никуда Системой, или было разворовано другими игроками когда придет время, пусть это найдет достойный, хотя путь к его наследию окажется непрост.

Телефон в его руке засветился красным остатки энергии полностью израсходованы, но странник уже этого не увидел веки незаметно опустились на глаза, остатки заемной силы покинули тело, он постепенно заснул привалившись к стене мокрой от его крови, еще несколько секунд израненное тело боролось за жизнь но постепенно его дыхание стихло.

Через несколько часов тело неизвестного мужчины обнаружили случайные пьянчужки, завернувшие в подворотню, чтобы выпить дешевого пойла, купленного в ближайшем магазине, затем появилась полиция, скорая. Началась суета: вспышки камер, носилки с белой простыней, укрывшей собой тело нечастного бомжа, погибшего, видимо, в пьяной драке.

Труп отвезли в морг, а полиция завела дело, которое без всякого энтузиазма пыталась расследовать пару недель, но так и не добилась успехов. Оно со временем стало похоронена в архиве, как и тело несчастного в безыменной могиле, личность его не смогли установить. А серая коробочка телефона, незамеченная всеми, так и осталась лежать на камнях мостовой, ожидая своего часа.

…………………………………………………………

Спустя 8 лет

Я бежал сквозь дворы, не разбирая дороги лишь слыша за спиной топот чужих ног и крики догоняющих: «Стой, гад, хуже будет!» В боку начала колоть, воздуха не хватала, но в стороне я увидел проход, в который не раздумывая нырнул. Упершись почти с разбега в кирпичную стену с облезлой штукатуркой слишком высокую, чтобы через нее перелезть, дергаюсь назад в надежде выскочить из тупика, но там уже показались преследователи, запыхавшиеся и разгоряченные. Они перегородили проход, довольно ухмыляясь.

– Ну что, гад, отбегался? – растолкав своих дружков, вперед вышел Олег, в отличие от своих дружков и меня, он даже не запыхался.

Занятия боксом не прошли даром, да и в спортивном зале он оставался всегда одним из лучших, легко выполняя нормативы, подтягиваясь и даже крутя солнышко под восхищенные охи девчонок.

– Ну и зачем бежал, дурачок? – он старается говорить почти ласково, неторопливо, как кот, идя вперед. Заставляя меня пятиться назад, внутри все сжалось. В голове лихорадочно крутились мысли в попытках найти спасение, и, не находя его позади. Взрослые здесь не появляются, а впереди лишь перегораживают проход дружки Олега, ухмыляясь в ожидании расправы. Кто-то из них даже достал камеру, снимая все происходящее на телефон.

Я чувствую спиной стену, а Олег, подойдя ко мне ближе, улыбаясь, громко произнес: «Ты же сам виноват, ну зачем нарушать правило. Крысы, вроде тебя, должны их соблюдать. Какой у нас сегодня день?»

«Тишины», – выдохнул обреченно я. Каждый день для меня Олег с дружками выдумывал новые правила на день и за несоблюдение их несильно избивали после школы , чтобы особо не оставлять синяков, как то незаметно это превратилась в любимую игру нашего класса и долгих обсуждений, чтобы выдумать на завтра для меня следующее условие.

Сегодня у меня проходил день Тишины: запрет разговаривать с кем то. Даже одно слово, услышанное кем-то, означала в конце дня очередные побои, получаемые в окружении толпы одноклассников.

«Меня вызвали к доске», – обреченно прошептал я, понимая, что этого не изменить. Страх душил изнутри, лишая сил и заставляя сжиматься в комок.

«Я бы это простил, ведь у сегодня у тебя день рождения, если я правильно помню», – Олег, почти склонившись, шептал на ухо. – «Но ты произнес еще одно слово, и этого я простить не могу. Помнишь какое?»

Я промолчал, хотя в голове сразу всплыла картинка с событиями утра, когда я сидел за своей партой на перемене, угрюма смотря в окно и считая минуты до начала урока. Когда ко мне подошла Света, самая красивая девочка нашего класса и неожиданно заговорила со мной, я растеряно смотрел на нее и хлопал глазами, а она улыбалась, что-то весело щебеча, от растерянности я даже не разобрал, что она говорила, а затем она неожиданно протянула мне шоколадку в ярко-красной обертке, и я услышал задорное «С Днем Рожденья». И у меня вырвалось невольное «Спасибо». Но как он узнал? Мы же вдвоём находились в классе.

1
{"b":"792142","o":1}