Литмир - Электронная Библиотека

Андрей Андрианов

Не отступать и не сдаваться

Все события и персонажи вымышлены.

Любое совпадение с реальными событиями

и людьми случайно.

Пролог

Кровь! Море крови. Я прыгаю в это море, чтобы спасти самых дорогих мне людей – маму и папу, которые тонут, и все реже появляются на поверхности. Но, чем ближе я к ним подплываю, тем дальше они оказываются от меня.

Меня охватывает бессильная ярость, от моей детской беспомощности. Вокруг слышны крики о помощи рев и плач, а также редкие звуки затихающего боя.

Я открываю глаза. И ужас, сон не исчезает, слышны крики о помощи, редкий звон мечей. Я в испуге вскакиваю, не в силах кричать и звать родителей. Босиком по каменным плитам, нашего родового замка, бегу в спальню родителей.

А там – море крови. Родители, охрана, слуги – все убиты. Родителям не дали шанса – зарубили прямо в постели.

Вся спальня залита кровью.

В стороне стоят и ухмыляются, с окровавленными мечами, воины моего дяди – сэра Румбольфа.

Кровь ручьями стекает по клинкам и долам их мечей.

А ведь только вчера, он приехал к нам в гости, чтобы просить отца о приюте, пока в его замке Визбор идут строительные работы.

А в нашем замке Эйрбурге, место много и папа не задумываясь разрешил. Младший брат, имел полуразрушенный замок, доставшийся ему при дележе наследства.

Я видел, как зло и хищно блеснули дядины глаза, но подумать, что-то плохое о нем, у меня и повода не было, да и кто бы мне, вчера поверил.

Мне, только недавно исполнилось пять лет. Я читал и писал, уже без ошибок. Каждое утро, с наставником, махал маленьким деревянным мечом.

Изучал удары и защиту. Даже среди сверстников, был чемпионом по драке на кулачках и борьбе.

«В нашем роду слабых мужчин нет». – всегда внушал мне отец, а мама его поддерживала.

Мой отец – маркиз или маркграф Мир де Гор, глава Эйрбургской марки (марка – пограничная область), как-то сказал мне:

– Сынок, ты мой старший сын и при моей жизни – граф Айр де Гор, а когда меня не станет унаследуешь мой титул и станешь маркизом Айром де Гор. Должен быть примером для всех, твоя честь – это, как твое знамя. Будет заляпано грязными пятнами, и никто за тобой не пойдет и уважать тебя не будут.

Вот, как у твоего дяди виконта Румбольфа, все заляпано грязными поступками и делами, теперь только я, как старший брат, могу его приветить и подать ему руку.

У меня чистая и честная репутация, а значит – все мне доверяют и все меня уважают. Сейчас в нашем государстве Эдейре, нет ни войн, ни эпидемий, а случись не дай бог война, мой друзья пришлют мне военную или финансовую помощь, впрочем, как и я им.

А я смотрел сейчас на трупы родителей воинов и слуг, и понял, что надеяться можно, только на себя и быть внимательным к окружающим, даже если они – твои родные братья.

Пока я находился в прострации со своими мыслями, один из друзей моего дяди, показав на меня рукой сказал:

– Ты посмотри, милорд Румбольф, а этот сопляк, как-то умудрился выжить, вроде бы всех детей порезали, что с ним делать-то – убить?

Услышав, что моих сестер зарезали, в моей груди вскипела ярость, и я тихо двинулся к кровати родителей, у отца, под подушкой всегда был стилет.

Как говорил отец: «Мужчина всегда должен быть готов к бою, даже в постели». Видно он его не успел достать.

– Ну, так что делать с пацаном? – не унимался воин Румбольфа.

– Принеси его мне, мы его продадим в рабство. Аристократы – дорого стоят на рынке. Зачем терять золотые. – сказал мой дядя.

Я только успел достать стилет и сунуть его в левый рукав ночной рубашки, как меня схватили сильные руки, оторвали от пола и понесли к ненавистному дяде.

Когда воин поднес меня к моему родственнику, я незаметно вынул стилет и, что есть силы, воткнул его воину в горло по самую рукоять, и тут же выдернул, полоснул, развернувшись, вернее хотел полоснуть по горлу – дядю, понимая, что за это – в живых меня не оставят.

Но дядя, был слишком осторожным и опытным, а еще жадным, он отклонился в сторону, и я лишь полоснул по его щеке, разваливая ее, до коренных зубов.

– Ах ты паршивец, заорал дядя и стукнул меня чем-то по голове.

Вспышка боли и я провалился в темноту.

Глава 1

Когда открыл, глаза меня стошнило. Хорошо, что рядом никто не лежал. Я и еще три десятка рабов находились в трюме корабля. Как и кто меня купил, а также, куда мы плывем я не знал.

Когда на море было относительно спокойно, волны хлюпали по обшивке с той стороны, убаюкивая, а когда налетал шторм, то желательно находится, возле ближайшего шпангоута или закрепленные ящики в трюме, за который вцепившись пережидали, взбунтовавшуюся стихию.

Кормили отвратительно. Тухлая рыба, иногда с червяками. Но мне, было не до еды, на голове у меня была большая шишка и ссадина, которая кровоточила и кажется стала нарывать. Из двадцати рабов, раненный был я один.

Ко мне подошел старик с длинной, но жидкой бородкой. Звали его Тимей. Мы познакомились. Тимей осмотрел мою голову и горестно покачал головой.

– Плохая рана. Может начаться горячка, тогда все. Выкинут за борт и прощай. Но я попробую тебе помочь. У себя на родине я был лекарем и у меня была жена и дети. Мы не были богаты, но на хлеб, всегда хватало. Дочери, готовились выйти замуж, когда кто-то занес чуму. За два дня деревня вымерла. Я выжил один.

Я долго скитался, пока однажды разбойники на дороге не скрутили меня, для продажи в рабство. Вот теперь я здесь. – сказал Тимей.

– А кто нас купил и куда мы плывем? – спросил я.

– Купил нас перекупщик. Который продаст нас, когда мы доплывем до Тальеры, это на юге, с другой стороны Игристого моря. Игристым его назвали, потому что здесь не сильные, но частые шторма. А плыть нам, еще десять дней. Так что, лежи спокойно, а я посмотрю твою рану и попробую тебя спасти.

Когда Тимей лечил, я чувствовал, как в меня вливается, какая-то приятная энергия, которая растекалась по всему моему телу.

Тимей рассказывал:

– У меня Айр, дед был лекарь, прадед – лекарь и отец, тоже был лекарем. Мы все – видящие целители, таких теперь мало. Видящие – это те, которые могут видеть энергию, которой лечат. Еще, все лечение зависит от концентрации внимания.

Вот тебе Айр, сколько сейчас лет? – спросил Тимей.

– Мне – пять. Я умею писать и считать. Еще меня наставник, учил сражать на деревянных мечах и драться на кулачках. – пытался похвалиться я.

Тимей только улыбнулся.

– Когда мне исполнилось пять лет, отец сажал меня к себе на колени и заставлял глубоко и ровно дышать и по долгу смотреть на свою ладонь, тренируя мою концентрацию мысли. У меня, долго ничего не получалось, я ерзал на коленях отца, концентрация слетала и приходилось все начинать сначала

. Очень утомительное, но и очень необходимое занятие. Вот пока ты больной, лежи и пытайся выкинуть все мысли из головы, сконцентрировав все свое внимание на своей ладони или другой части тела. – сказал Тимей.

Первые пару дней, я смотрел, но в голову лезли всякие мысли, отвлекая меня. Тогда, как говорил Тимей, я стал стараться ровно и глубоко дышать, смотря на свою ногу.

Это занятие быстро утомляло. Я смотрел на свой большой палец на ноге и следил за дыханием. Мысли в голову стали лезть реже. Потом, я увидел, что моя нога как будто стала лохматой и покрытой цветной шерстью.

Ну вот, что-то с глазами. Надо утром Тимея спросить. Он, наверное, разозлиться. Голова еще до конца не вылечена, а у меня еще проблема с глазами образовалась. И главное, когда просто глядишь – ноги, как ноги, а внимательно вглядишься, становятся лохматыми с цветным мехом. Я осмотрел внимательно себя и тихо охнул.

Да я же весь лохматый, может – это зараза какая.

Я лежал и трясся, как осиновый лист. Вот выкинут завтра меня в море, за мою лохматость и кто отомстит дяде?

1
{"b":"790830","o":1}