====== Глава 42 ======
Зелёночка тут же бросилась к Пилюлькину, сняла с его носа треснувшее пенсне и принялась осматривать лежавшего без сознания доктора.
Знайка с укоризной повернулся к Незнайке: — Видишь, что творит твоя Колючка! — Да почему это она — моя? — возмутился Незнайка. — А потому что ты её жалеешь! — И ничего я не жалею! И правда, надо гнать её из города! Знайка одобрительно кивнул головой и посмотрел на Пилюлькина. Затем произнёс: — А кто же поможет Пилюлькину? У нас же другого доктора в городе нет. Это было на самом деле так. В Цветочном городе коротышки редко болели и обходились всего одним доктором на город. К тому же, если раньше Пилюлькин один лечил всех и сам изготавливал лекарства, то теперь у него были помощники: медсестра Зелёночка, аптекарь Ноготок и несколько нянечек в больнице. Зелёночка резко повернулась к Знайке: — А я разве не могу помочь Пилюлькину? — с обидой проговорила она. — Я, между прочим, тоже разбираюсь в медицине! Или ты думаешь, я не справлюсь потому, что я — малышка? — Да, но я думал, что здесь нужен доктор, а не медсестра. — Я сейчас доктор! — сердито ответила Зелёночка. — И я знаю, что надо делать! Она ставила примочки на лоб Пилюлькина, подносила к его носу нашатырный спирт, но он никак не приходил в сознание. — Вот бы сюда Медуницу! — сказал Незнайка. — Она-то помогла бы. — Ты ещё будешь рассуждать! — Зелёночка явно нервничала. — Я мог бы слетать за ней в Зелёный город на аэроплане. — Ещё чего! — глаза медсестры гневно сверкнули. — Я запрещаю. Тебя положили в больницу — вот и лежи! А Пилюлькину я помогу сама, без этой вашей Медуницы! Но Пилюлькину никак не помогали ни нашатырный спирт, ни примочки, ни лекарства, какие Зелёночка вводила ему через шприц. Знайка, Незнайка и Воробушкин не сводили с больного глаз. Лицо доктора, всё ещё лежавшего без сознания, становилось всё бледнее. Незнайка поднялся с койки. — Ну, вот что, Зелёночка, отдай-ка мне мою одежду, я полечу в Зелёный город за Медуницей! — Не отдам! — раздражённо крикнула медсестра. — И не смей со мной спорить! Я теперь доктор и я сама справлюсь! — и выбежала из палаты. Незнайка вышел следом за ней, но она как сквозь землю провалилась. Он зашагал по коридору, приблизился к выходу из больницы, решив идти домой прямо в трусах, а там переодеться и двинуться к ангару с аэропланом. Однако, на пороге он застыл, как вкопанный. Неподалёку от больницы находилась библиотека и Лимончик мог бы увидеть его в окно. Перед Незнайкой появилось видение: карикатура на него, как он бежит по улице в одних трусах и ядовитые стишки под ней. Однако, выхода не было. Он тяжело вздохнул и, преступив порог, спустился вниз по ступеням. Он старался красться вдоль забора, возле которого росли листья подорожника, он перебегал от листа к листу, прячась за них. Но потом всё равно пришлось перейти на открытое пространство, чтобы перейти дорогу. Улица, как назло, была многолюдной и коротышки удивлённо поворачивали головы в сторону Незнайки, кто-то смеялся и указывал на него пальцем. Ему пришлось прибавить шагу. Наконец, он добрался до своего домика. — Готовьте машину! — крикнул он Винтику и Шпунтику, врываясь в прихожую. — Повезёте меня к ангару. Придётся лететь в Зелёный город за Медуницей. Пилюлькину-то совсем плохо! Надо его спасти во что бы то ни стало!
====== Глава 43 ======
Незнайка наспех оделся и вместе с Винтиком и Шпунтиком выбежал из дома. Все трое заскочили в автомобиль и со скоростью ветра понеслись к ангару.
Спустя совсем короткий отрезок времени Незнайка уже летел над лесами и полями в направлении к Зелёному городу. Небо темнело, в Зелёном городе Незнайка оказался только к вечеру и посадил аэроплан прямо на улице, неподалёку возле домика при больнице, в котором жила Медуница. Выбравшись из аэроплана, он побежал к домику доктора-малышки и забарабанил кулаками в дверь. Медуница открыла дверь и удивлённо посмотрела на него поверх очков: — Незнайка?! Вам плохо? На лице Незнайки ещё не зажили синяки вокруг глаз. — Нет, со мной-то всё в порядке… Медуничка, милая, хорошая, летим! — тяжело дыша, проговорил Незнайка. — Она его уделала!.. Он в себя прийти не может никак!.. Пенсне так и треснуло!.. А Зелёночка только примочки и умеет ставить, да нашатырь под нос совать… Летим со мной, Медуничка, пожалуйста, летим скорее! — Незнайка схватил малышку за руку и потянул на крыльцо. — Да куда вы меня тащите, Незнайка? — растеряно проговорила Медуница. — Пожалуйста, объясните внятно, я же ни слова не поняла! — Я же говорю: Зелёночка-то она только медсестра, а нам доктор нужен!.. Она ему — примочки, а они не того… Вот он и лежит, а она мне ещё одежду не хотела отдавать, я еле сбежал! — Незнайка продолжал тянуть Медуницу к аэроплану. — Что медсестра, тут доктор нужен, это даже я понимаю!.. — Доктор? А что же ваш Пилюлькин? Что, его методы лечения не помогают? — Конечно, не помогают! Какие уж тут методы, если он сам без сознания после того, как Колючка его отделала! Она злая, эта Колючка, настоящий чёрт! — Пилюлькин без сознания? — воскликнула Медуница. — Что же вы мне сразу не сказали, Незнайка! — строго и с укоризной добавила она и вместе с Незнайкой побежала к аэроплану. Когда они прибыли в Цветочный город, наступила глубокая ночь. Винтик и Шпунтик на своём автомобиле ждали Незнайку и Медуницу возле ангара. Всё происходило стремительно, без слов, все понимали, как надо теперь спешить. Зелёночка никак не могла помочь Пилюлькину и всерьёз испугалась, что взяла на себя слишком много и из-за этого он может умереть. Поэтому когда в больнице появилась Медуница, она без всяких споров уступила ей право действовать, а сама осталась неподалёку от неё, готова выполнять всё, что ей велят. Незнайка же поспешил из больницы наружу, чтобы подышать свежим воздухом. — Вот теперь Пилюлькин будет жить! — произнёс он, усаживаясь на скамеечку, на которой сидели Винтик и Шпунтик, ожидавшие, вдруг ещё понадобится их помощь. — Ты думаешь, теперь всё будет хорошо? — спросил Винтик. — Конечно! — даже удивился вопросу Незнайка. — Неужели ты думаешь, что может быть плохо? — И верно! — подхватил Шпунтик. — Плохо ведь не может быть никак! То есть, может, но ведь не настолько же, чтобы было совсем уж плохо. Все трое помолчали несколько минут. — Раньше, когда я был очень глупым, — снова произнёс Незнайка, — я думал, что Пилюлькин вредный. Мажет всех йодом, поит касторкой. А он на самом деле хороший. Он мне жизнь спас на Луне, помните? Вот и я его теперь спасать буду, что бы ни случилось. — Да мы все друг друга будем спасать! — добавил Винтик. — Неужели мы когда-нибудь кого-нибудь оставляли в беде? — В беде оставить друзей — последнее дело! — добавил Шпунтик. — Даже такого, как наш Ворчун! — хихикнул Незнайка. Все трое коротышек поднялись со скамейки, положили друг другу руки на плечи и обнялись, улыбаясь. Теперь уже никто не сомневался, что беды не случится.
====== Глава 44 ======
Винтик и Шпунтик задремали на скамейке, положив друг другу на плечи головы, а Незнайку не брал никакой сон. Он не мог усидеть на месте и начал думать обо всём подряд: о Колючке, о своей мечте стать режиссёром, о лошадях, о агорафобии Воробушкина и фантазировать о том, как её можно было бы вылечить волшебной водой, настоянной на огурцах и полыни, растущей в Синих горах, которые Незнайка сам и придумал.
На рассвете Медуница привела в сознание Пилюлькина и когда Незнайка заглянул в палату, чтобы узнать, как обстоят дела, два врача уже вели между собой беседу. Пилюлькин пожимал Медунице руку: — Благодарю вас, коллега! Теперь я всё же соглашусь с вами, что ваш метод лечения больных не хуже моего. — Рада, что вы согласны со мной! Но вам придётся повременить с вашим методом. Учтите, что я не разрешу вам вставать с постели, по крайней мере, ближайших несколько дней и сама займусь вашим здоровьем. — Как?! Вы хотите сказать, что теперь я — больной и вы будете меня лечить?! — Да, вы ещё очень слабы! И, пожалуйста, не перечьте мне! Вы должны меня слушаться! Пилюлькин и Медуница принялись спорить, как когда-то и Незнайка с облегчением понял, что опасность жизни доктора Цветочного города осталась позади. Он уже собирался идти домой, как увидал ковыляющего на костылях по больничному коридору Знайку. — Аааа, Незнайка, — проговорил он. — Ну, вот что. Эту Колючку нужно выдворить из города сегодня. Прямо сегодня, слышишь? В общем так. Собери других малышей, идите к ней домой и скажите, чтоб она немедленно убиралась! Если она не захочет, возьмите под руки и выведете из города на дорогу. Пусть уходит! Ты меня понял? — Так точно! — Незнайка вытянулся в струнку и взял под козырёк. — Ступай, выполняй! — Слушаюсь! — Незнайка повернулся кругом на каблуках и замаршировал по коридору. В нём снова проснулся артист, исполняющий роль генерала. Гордо, по-петушиному выпятив грудь, высоко закидывая ноги, он вышел на крыльцо больницы и увидав уже пробудившихся Винтика, Шпунтика, Торопыжку, Пульку и Ворчуна, произнёс: — Внимание! Получено задание выпроводить из нашего города злую ведьму Колючку! Задание сложное, но мы обязаны справиться. Знайка назначил меня командиром отряда. Так что — стрррройся! — скомандовал он. Его военное настроение передалось остальным коротышкам и они тут же построились в ряд. — Только, братцы, надо дружно взяться! — заговорил было Торопыжка, но Незнайка рявкнул на него: — Ррррразговорчики в строю! Отряд, на прааа-во! За командиром — шагом марррш! Коротышки зашагали гуськом по направлению к улице Фиалок. К тому времени Колючка жила в заброшенном домике уже не одна — несколько малышек стали её лучшими подругами и жили теперь с ней под одной крышей. Это были малышки, которые не очень ладили со своими бывшими соседками, а Колючка им нравилась, потому что обещала научить их драться лучше любого малыша. Одной из них была малышка Крапивка, заносчивая и грубая, всегда стремившаяся сказать что-нибудь неприятное всем, кто с ней заговаривал. Другую звали Искорка, потому что она была очень вспыльчивая и обижалась не только по пустякам, но и когда ей только казалось, что её хотят обидеть и этим своим характером доставляла немало хлопот не только себе, но и окружающим. Третья носила имя Верёвочка, она была весьма бесцеремонна и назойлива. Она постоянно навязывалась кому-то в компанию, но с ней было скучно, потому что она любила много ныть и жаловаться на жизнь, а если её пытались утешить или приободрить, она докучала ещё сильнее. Четвёртую звали Прищепка, эта малышка обожала придираться ко всем и ко всему, приставая с замечаниями и поучениями. Пятая была очень маленькая и худенькая, постоянно чего-то боявшаяся, даже собственной тени — её звали Букашка. Эту Букашку Незнайка и его друзья застали у крыльца дома Крапивы, подметающей крылечко.
