-Кто?! - каркнул Гвийон.
— Это он… Наш возница!
При этих словах Кибаль взвизгнула. Телери вжалась в угол, а Глери потянулся к ручке двери. Даже много повидавший за свои годы Гвийон, с хриплым карканьем принялся хлопать крыльями.
Внезапную суету прекратила высшая.
-Гм… -сказала она. -Дервинг не может быть им. Это - Иезиил, отец Агномана. Я знаю его семьдесят лет. И зря вы думаете, что я не сумею отличить внука.
Харвиг побагровел. Девочки облегчённо перевели дух, Бергер скрылся, а Глери отпустил ручку двери.
-Проклятие, Хар-рвиг! - смущённо пробормотал ворон. - Ты всех напугал.
Карета между тем замедлила ход и вскоре вовсе остановилась.
-Анкирох! - донёсся голос Иезиила.
========== Кружева Анкироха. Глава5. Дервинг ==========
Пендраган, который провёл весь день во дворце, бросился к высшей, едва они оказались в Переднем зале.
-Увы, — предупредила его вопрос Айфе, -Дервинга не нашли.
Смотритель дворца застыл.
— Это прискорбно. Но у меня ещё одна скверная весть.
-Ещё?!
-Да… Тонх пропал.
Айфе с облегчением выдохнула:
-Больше не пугай меня, Пендраган… Я подумала, что случилось что-то ужасное.
-А это, по-твоему, не ужасно?! — возвысил голос старик. — Подарок Бездны исчез!
-Успокойся. Когда ты это заметил?
-Недавно.
-Ну хорошо. Что-то подсказывает мне, что цветок, Дервинг и Тонх — звенья одной цепи. Пройдём в зал Сокровищ.
Смотритель и высшая скрылись в Небесном Свете. Гвийон слетел с плеча Харвига и устремился за ними.
-Я должен это увидеть! — прокаркал он.
Дети посмотрели ему вслед. С площади послышался стук колёс: начали возвращаться участники поисков.
-Что будем делать? -спросил друзей Харвиг.
-Скоро ужин. — ответил Глери. -Нужно отнести Бергера.
-Я тоже пойду переодеться. — сказала Кибаль.
Телери согласно кивнула.
-Ладно. -сказал Харвиг. -Встретимся позже.
Они разошлись по своим покоям. Харвиг отворил ключом дверь. На полу у порога лежал мятый и замызганный чем-то лист плотной бумаги.
Вначале Харвиг подумал, что это проделки ворона. Тот, невзирая на клятвенные обещания, уже дважды принимался за старое. То потрошил тюфяки, то раскачивался вниз головой на светиле. И бумага могла оказаться страницей какой-нибудь ценной книги, к примеру из Деревянного кабинета.
Харвиг осторожно взял её в руки. Это было послание!
Он подошёл к столу, чтобы лучше рассмотреть неровные строки. Вот что там было написано:
«Харвих! Нужна помош. Дела сериозна. Лесница сомов в полунош. Заклунаю, приди адин. Ни говари никому».
Ниже стояла подпись «Дервих».
Харвиг понятия не имел о грамотности юного анха, но столько ошибок сбивало с толку. Было ещё кое-что… Он послюнявил палец и потёр буквы. Затем понюхал. Сомнений не оставалось. Записка была написана кровью!
Всё это не укладывалось в голове.
Он в растерянности сел на тюфяк. Стоило бы немедленно отнести это высшей. Но… Дервинг просил молчать. Если поставить в известность Айфе, он может снова исчезнуть. Значит, нельзя говорить о послании ни друзьям, ни даже Гвийону.
С другой стороны, было немного жутко. Он ещё раз пробежал глазами каракули. Не верилось, что это написал анх. Казалось, что Дервинг и впрямь превратился в некое чудище.
Харвиг утёр потный лоб. И почему это Дервинг решил обратиться к нему, а не к своим бывшим дружкам, Рогубу и Хокри?!
В дверь постучали. Прежде чем отворить, он поспешно спрятал бумагу за пазуху. Это был Глери.
-Ну что, пойдём?
Харвиг кивнул. Они направились в Трапезный зал. Девочек ещё не было. Они пришли позже. Оказалось, Телери и Кибаль вновь заходили к Пушинке. Та, вместе с матерью по-прежнему хоронилась в корзине.
-Айфе сказала, что они обе здоровы. — сказала Кибаль. -Но их что-то тревожит.
-К слову сказать, — перебил Глери, — остальные манхуры тоже подавлены.
И в правду, обычно назойливая и вездесущая стая собралась в кучу у стола анхов. Харвиг припомнил, что уже наблюдал нечто похожее, когда во дворце объявились крысы.
-А что с Тонхом? Айфе не нашла его? — спросил он.
-Нет… Но она позвала Каюла.
-Ну, уж он то отыщет пропажу в два счёта!
-Я бы не была так уверена. -Кибаль нехотя принялась за еду. -Соэмы хорошо чувствуют перемены между мирами. Но в самих Землях они не так чутки.
Остаток вечера Харвиг провёл в покоях. Вернувшийся из зала Сокровищ ворон без умолку тарахтел:
— Это надо было увидеть, Хар-рвиг! — восторгался он, взгромоздившись на изголовье кровати… — Р-рубины с куриное яйцо, р-редчайшие дымчатые алмазы! О-оо, как же я забыл про сапфиры! А вот скажи, ты когда-нибудь видел чёрный топаз? Поверь, я разбир-раюсь в камнях…
Харвиг кивал, но почти не слушал. Все его мысли занимала предстоящая встреча. Тревога переполняла его. Как, прочесав всё вокруг, они могли не заметить Дервинга? Как он сумел тайно пронести записку сюда, в покои, под самым носом у Пендрагана? Почему писал кровью? И чья это кровь?!
Он представлял себе анха невидимым чудищем. Оно таилось в ночи, ожидая, когда Харвиг придёт на встречу…
-…пойми, все они должны были быть в каждом мире. Ан нет! Золото, серебро в чеканных монетах… Везде одинаково, монетка к монетке. Но камней нет! Я спросил Айфе. Она подтвердила: всё это добывалось в новое время. Оказывается, она разделяет мою страсть к самоцветам…
С Небесного Света донеслись звуки трубы. До полуночи оставался час. Харвиг перевернул на прикроватном столе сосуд с мелким белым песком, — дар Агномана.
-…ну хор-рошо, допустим, — рокотал ворон, — но янтарь! Ведь это смола с козявками. Я про него только слышал. Он встречается исключительно здесь. Ты понимаешь, что за один кусок янтаря я мог бы купить половину Граттаха? Гр-ром Ваала!
Харвиг прикрыл глаза. Наверное, нужно взять нож. И дураку ясно, что Дервинг хочет его убить. А что поделаешь? Не пойти нельзя. Только так можно узнать, что произошло с внуком Айфе.
Ворон наконец утомился. Не вызвав в Харвиге ни изумления, ни восторга, он решил, что зря тратит на собеседника силы. В заключение Гвийон досадливо каркнул и замолчал. А вскоре и вовсе сунул голову под крыло.
Харвиг поглядел на часы. Пора.
Мальчик вышел в гостиную. На столе блестели сорванные со светила шары. Он взял пару и рассовал по карманам. Не нож, конечно, но вдруг сгодятся?
Дальше предстояло самое трудное. Последние дни все выходы из дворца охранялись. К счастью, это не коснулось Переднего зала, где двери на площадь были заперты на замок. Ключ хранился у Пендрагана. Харвиг беспрепятственно прокрался в Небесный Свет, и дальше, хоронясь от дударя на хорах, к лечебнице. За ним, в проходе стоял долговязый Фабий, — помощник Пендрагана из Прислужного крыла. Нужно было как-то изловчиться и прошмыгнуть мимо.
Харвиг спрятался за колонной. В это время дверь сокровищницы отворилась и из неё вышли Каюл и высшая.
-Тонх во дворце. — заверил соэм. -Точней не скажу.
-Завтра прикажу проверить покои.
-Уже сегодня. Я приду утром.
Каюл прошёл мимо, кивнул борку и скрылся в проходе. Харвиг услышал, как хлопнула дверь.
Айфе направилась к Переднему залу. Некоторое время до мальчика доносились её лёгкие уверенные шаги. Когда они стихли, Харвиг вынул из кармана тяжёлый шар. Он размахнулся и швырнул его на другой край Солнечного Света.
От внезапного грохота загудели стены.
-Дурак! — обругал сам себя Харвиг. — Нужно было потише…
Однако, его затея сработала. Фабий опрометью пробежал мимо и Харвиг проскользнул за его спиной к выходу.
Ночь встретила его ветром и мокрым снегом. Мальчик плотнее запахнул свой тулуп.
Мрачные мысли и подозрения, отступившие было, вновь начали тяготить его. Надо, надо было сказать Гвийону. Ворон мог бы незаметно слетать, посмотреть.
Харвиг шагал через бор, вспоминая, как несколько дней назад он с друзьями, так же, среди ночи, направлялся в оранжерею. Теперь дверь туда была плотно закрыта. Чудесное древо безвозвратно погублено, а цветок с неведомым желанием исчез в Бездне.
