- А ты в гостинице живешь?

- Угу.

Марина продолжает есть виноград, и мне с рук есть уже не предлагает. Зато подхватывает новый разговор:

- Знаешь, как называется?

Чувствую, что за этим скрывается шутка и подыгрываю:

- Как?

- «Хотел».

Обе смеемся, хотя юмор опять с подтекстом. По-моему, пора закругляться и по домам. Хлопнув в ладоши, сажусь прямо, демонстрируя готовность подняться:

- Ну, что? По кофейку и такси вызываем, да?

Выжидающе смотрю на Градову, но та не меняет расслабленную позу:

- Слушай, может, у тебя кофе попьем?

Та-а-ак… Отвожу глаза в сторону и зависаю, не зная, как реагировать. Марина объясняет:

- А то здесь такой поганый делают, а в гостинице он растворимый.

Она смотри на меня, а я все не могу решиться и молчу. Хотя ее слова звучат вполне логично и не выглядят сомнительными. Неуверенно мямлю:

- А-а-а… Ну-у… Я не знаю… В принципе …

- Нет, если не хочешь, так сразу и скажи, перебьюсь.

Марина отворачивается, нисколько не пытаясь давить, и я соглашаюсь:

- Нет, нет… Не вопрос… Давай заскочим.

Градова внимательно смотрит на меня:

- Точно не в напряг?

Похоже, я себе все навыдумывала. А если и нет, то прикинусь дурой – кофе это кофе, без всяких намеков.

- Конечно, я даже могу капучино сделать. Поехали!

Марина с улыбкой поворачивается в сторону зала и машет рукой официантке:

- Девушка, счет, пожалуйста.

Я тоже хватаюсь за сумку в порыве внести свою финансовую лепту.

- Да.

Достаю кошелек, но моя визави с улыбкой меня останавливает:

- Расслабься, с тебя кофе.

Остается неопределенно хмыкнуть и согласиться.

- Хэ…

Настаивать «каждый за себя» просто глупо, не место и не время.

***

Пробок на улицах уже нет, и мы относительно быстро добираемся до моего дома. В теплой темной машине, тем более после вина, глаза сами собой слипаются, так что желание попить кофе и взбодриться только усиливается. Поднявшись на этаж, открываю дверь и пропускаю Марину внутрь:

- Ну, проходи.

В прихожей горит свет – значит, дома кто-то есть, не спит, и вдвоем коротать вечер не придется. Правда никто и не встречает... Усиленно таращу глаза, закинув голову вверх:

- Фу-у-ух Что-то меня разморило.

Мы двигаемся по прихожей к кухне и я, заботливо наморщив лоб, заглядываю в лицо довольно улыбающейся Градовой:

- Тебе кофе крепкий сделать?

- Да и без сахара.

- Не боишься на ночь?

Мы останавливаемся на углу кухни, и я пытаюсь стащить с себя куртку.

- Ну, сколько выпью.

Кивнув, складываю куртку на ближайший стул возле кухонной стойки:

- Сейчас.

Со стороны Светкиной комнаты раздается громкий зевок и ее заспанный голос:

- Добрый вечер.

От неожиданности вздрагиваю , и мы смотрим на приближающуюся Дорохину. Градова странно глазеет на нее и мне эта реакция понятна - вместо Петровича Дорохин а. С ее татуировками, в борцовке и трениках, с бутылкой в руках она шокирует любого постороннего гостя. Растерянно пытаюсь изобразить радость. Светлана кивает:

- Ага.

- Кстати, познакомьтесь - это Света моя подруга. Очень близкая моя подруга.

Дорохина индифферентно прикладывается к бутылке, хлебая прямо из горлышка.

- А это Марина, она у нас…

Переглядываемся с Градовой— мы же здесь как подруги, а не как проверяющий и проверяемый. Обеими руками тычу то в одну, то в другую:

- В общем, это Света, это Марина.

И напряженно хихикаю. Но Дорохина вполне серьезна:

- Очень приятно.

Чего не скажешь о Марине с ее замороженной улыбкой:

- Взаимно.

Что-то мне неуютно от этой встречи. Перевожу взгляд с одной на другую и пытаюсь сохранить подобие радости на физиономии. Светка кивает в сторону кухни:

- Я тут оставила тебе суши, там, в холодильнике. Ты ешь, если хочешь, да?

Неопределенно киваю, моей гостье достаточно и кофе. Дорохина, махнув рукой, плетется назад к себе в комнату:

- Ну, я пошла.

Со вздохом киваю:

- Давай.

Тряхнув головой, зову Марину на кухню:

- Проходи.

Но та неожиданно меняет свои планы:

- Ты знаешь, давай лучше в следующий раз.

Почему? Светка ушла, если смущала, можно посидеть, еще потрепать. Или уже ночь и я долго копаюсь? Удивленно вздернув брови, извиняюсь:

- Да нет, я сейчас быстро, это пять минут.

У Марины благодушная улыбка уже давно исчезла с лица, и настроение явно ухудшилось.

- Ну, ты наверно права, все-таки, поздно для кофе.

Она разворачивается и идет к выходу, ну, а я плетусь следом. Даже не знаю, к лучшему вся эта ситуация или к худшему.

- Ну… В принципе, как хочешь.

У дверей Марина останавливается:

- Ну, в любом случае, спасибо. За приглашение.

Она уже опять улыбается. Я лишь пожимаю плечом - в принципе, она сама напросилась, я специально не приглашала и вовсе не настаивала. Но в ресторане и с танго мне понравились.

-Да не за что, тебе спасибо. Вечер был просто...

Поджав губы, закатываю глаза к потолку и, поднимаю руки, складывая пальцы в две большие буквы «О». И действительно ОК! Невольно цокаю языком и губами:

- На пятерочку!

Марина сразу добреет и снова улыбается:

- Ты так считаешь?

- Конечно!

Мечтательно смотрю в полумрак, вспоминая нас обеих на танцполе. Было круто!

- Танго под вино, это…

Перевожу восхищенный взгляд на Марину:

- Это что-то!

- Спасибо, мне очень приятно. Ну, до завтра?

– До завтра.

Градова вдруг тянется меня поцеловать и, кажется, в губы. В последний момент подставляю щеку, растерянно смеясь и тут же, ускользнув, тянусь открыть дверь. Смущенно тру пальцами лоб. Мне только розовой любви с кризис - менеджером не хватает для полного армагеддона.

- Хэ!

Марина делает шаг наружу:

- Цветных снов.

- Да меня и черно – белые устроят.

- И то, правда. Ну, пока.

- Пока.

Закрыв дверь, делаю глубокий выдох:

- Фу-у-у-х.

Дорохина тут же высовывается из своей комнаты, совсем уже не заспанная, а даже наоборот - бодро шлепает ко мне, помахивая полупустой бутылкой. Чего она с ней носится-то? Сушняк, что ли? Может, чего с Петровичем отмечали? Светка интересуется:

- Ну, как прошел вечер?

Это она про Марину? Идем навстречу друг другу и сворачиваем в гостиную. Сунув руки в карманы, направляюсь к дивану и усаживаюсь на его боковой модуль.

- Да нормально….

Новые впечатления и эмоции рвутся наружу:

- Свет!

- А?

- Прикинь, я танго танцевала.

Дорохина плюхается на диван, откручивая пробку на бутылке.

- Танго? Где это?

Это ж столько впечатлений, которые хочется выплеснуть, что глаза сами загораются от возбуждения.

- Где?! В кабаке!

- А-а-а… Ну, поздравляю.

Дорохина тычет большим пальцем себе за спину, в сторону прихожей:

- А это кто, такая?

Наверно, это главный вопрос, из-за которого она и вылезла из своей берлоги.

- Градова, кризис - менеджер, проверяет нашу фирму.

- А ну, да. Так ты с ней, теперь что ли, по кабакам ходишь?

Пытаюсь оправдаться:

- Ну, а что мне было делать, если она меня пригласила?

Дорохина присасывается к горлышку бутылки:

- М-м-м.

Переложив всю вину на Марину, уже не сдерживаю эмоций - воспоминания о необычном ресторане заставляют восхищенно повести головой из стороны в сторону:

- Свет, кабак прикольный. Одни женщины!

Дорохина недоуменно зависает:

- Подожди, как это одни женщины? А с кем же ты танго танцевала?

Пожимаю плечами:

- С кем? С ней!

Светуня таращит глаза:

- С ней? Так она что, лесбиянка?

Врать желания нет и я отвожу глаза:

- Ну-у-у… Есть ощущение.

- То-то, я думаю, она на меня так посмотрела.

А у них, значит переглядки были? С любопытством пытаюсь заглянуть Дорохиной в лицо:

- Как, так?

- Как так… Как жаба на муху!