Малышка гуляла по парку, где Папочка следил за ней через камеры когда-то в прошлом. Ей почему-то было здесь спокойнее. Людей не так много, можно посидеть, спокойно поразмышлять над чем-то. Катя достала из рюкзака за спиной альбом и карандаши разных мягкостей, принявшись делать зарисовки окружающего мира. Из-за плохого зрения, конечно, было трудновато… Но к счастью, малышка уже записалась к врачу и скоро ей можно будет носить очки.
Заполнив несколько листов рисунками неба, деревьев, скамеек… Даже несколько людей получилось нарисовать, проходящих мимо. Малышке понравилось, и она пообещала себе ходить почаще на пленер, может быть, даже с красками. Живописью она никогда не занималась, и жаль, что скоро снова наступит зима. На улице было трудно находиться слишком долго: замерзали руки и всё тело, особенно если сидишь и рисуешь.
Катя встала с лавки, забрав с собой все свои вещи, и купив себе кофе в кафе, отправилась домой. Хотелось уже заняться новым хобби: плетением из бисера. Малышка так же плела фенечки, даже сделала одну для Александра, чёрно-серую, а себе голубо-синюю. Катя надеялась, что он примет её подарок, и носила их обе на двух руках: на левой — для Александра, а на правой свою.
Катя многое делала для Александра… Покупала ему небольшие подарки, что-то делала своими руками… Хранила она это всё в коробочке. Малышка надеялась, что он не заберёт её слишком внезапно, что та даже не успеет сходить за коробкой. Но носить это всё с собой… Ну нафиг.
Хоть Папочка и не пишет ей, Катя всё равно любила его и училась готовить, чтобы порадовать в будущем. Малышка научилась делать сложные торты, всякие кексы, но скорее для себя, ведь Папочка не очень любит сладкое. Так что ей пришлось искать рецепты всяких интересных блюд, и думала, как ещё можно улучшить его любимую яичницу с беконом и овощами. Отдавала она всё приготовленное родителям, потому-что сама не любила яичницу и некоторые овощи, которые использовала. Отзывы, конечно же, всегда были положительные, в основном от матери, а отец критиковал и давал советы, но малышка не особо их слушала, как и его.
Вечером, когда Катя прилегла, ей пришло очередное сообщение с фейка Ярослава. Он опять просил прощения и умолял убрать чс. Катя злобно выдохнула, удалив диалог и даже не прочитав сообщение.
— Какой он жалкий, боже… — Катя закрыла сообщения, наверное, впервые в жизни. Теперь ей могли писать только два человека, которые находились у неё в друзьях. Вспомнив, что она давно с ними не общалась, малышка сжала зубы от обиды. Два человека, важные для неё… И не пишут больше.
— Может, они думают, что я всё ещё не в сети? — такой вариант она допускала, и сделав два сообщения этим людям, Катя ждала ответа. Ей, правда, не очень хотелось общаться с кем-то, но у неё больше не осталось друзей, лишь забытые и мёртвые беседы, где никто не пишет.
Ответ последовал нескоро: лишь через пару часов, и Катя удивилась, увидев странную реакцию «бывшей» подруги. Она, как ни в чём не бывало, поприветствовала и всё. Больше ни слова… Ясно. Второй друг тоже ответил, ночью, но с ним дела были получше: он интересовался, как дела и куда пропадала. Катя вспомнила, что он не в её городе и не знает о похищении. Да и она с ним не общалась уже очень давно, не посвящая его в свои дела. Сейчас-же малышка рассказала ему всё, в том числе и о симпатии к похитителю. Ему она могла доверять, написать, хоть сам он не считал их друзьями.
Ну, один союзник у неё был, и то хорошо. Он не сразу поверил в историю Кати, да и углубляться не стал. Ему хватало своих забот, как она видела, и навязываться не хотела. Малышка отложила телефон, вскоре уснув, раздумывая над будущей работой, на которую устроилась. Катя записалась в какую-то забегаловку, делать кофе и брать заказы у посетителей. Для начала довольно здорово, и ей полезно. Родители посчитали это хорошим делом, ведь на людях девчонку не смогут похитить… А их, блин, волновало лишь это. Ни слова про зарплату или сам комфорт для Кати, а лишь похищение. Малышка каждый раз закатывала глаза, когда слышала это от них, но вскоре они перестали. До работы оставались лишь выходные, и скоро у малышки будет первый опыт и зарплата!
Неделю спустя
Всё бывает в первый раз. А первая неделя работы — особенная. Малышка думала, что всё будет складно, удачно, но не тут то было. За неделю девчонка изрядно вымоталась, пока принимала заказы и делала кофе посетителям. Постоянно надо было улыбаться, от чего уже мышцы трещали по швам, и малышка чувствовала себя Джокером…
Коллектив тоже был напряженный: все требовали от девчонки маневра, скорости и организованности. Никто не брал в счёт то, что это её первая работа и она тут новенькая. Лишь одна девушка, которая провела ей экскурсию, отнеслась с пониманием. И в случае непоняток Катя обращалась именно к ней.
Несмотря на все неудачи и промахи, Кате понравилось. Было приятно заняться чем-то, кроме дрочки в подвале или мытья посуды… Которую, к слову, тоже надо было мыть на работе. Платили малышке раз в неделю, что радовало, да и чаевые от посетителей тоже пригодились. Катя была счастлива, когда получила на руки свои первые деньги. Она решила отложить их в ящик, пока не накопит на новую одежду и прочие вещи. Было приятно держать в руках свои, собственноручно заработанные деньги. Совсем не то ощущение, чем когда тебе дают на день рождение или праздники…
Со всей этой работой и привыканием к ней, малышка вовсе и забыла об Александре. Что странно, Ярослав тоже не писал. В последний раз он обещал навестить, разобраться «по-серьезному», но его как след простыл. Малышке было всё равно — ей даже лучше. Не хватало ещё, чтобы он в кафе заглянул… Будет ужасно.
Мысли о Папочке со временем развеялись, и малышке даже стало спокойнее жить. Не было какой-то постоянной тревоги, волнения… Ничего не боишься. Катя в очередной раз убедилась, что без него ей будет лучше, однако в душе всё равно царапалась зависимость и «любовь» к этому человеку… Малышка злилась, понимая, что он придёт за ней. Испортит в очередной раз её новую «жизнь», которую она только начала строить… Зачем он советовал это, если всё равно придёт и всё пойдёт по очередному кругу мучений? Только, когда?.. этот вопрос мучил Катю каждую ночь, от чего она часто не могла уснуть. Может, завтра? Или через год? Вовсе не придёт? Или он обманул её, чтобы избавиться? От этой мысли Кате становилось плохо, а в глазах появлялся туман. Эта версия была правдива, особенно если учесть его игноры…
— Может, это и к лучшему… — малышка сразу успокоила себя тем, что ей нравится ощущение лёгкости и спокойствия, когда его нет рядом. Ей хотелось сохранить это чувство, и если мужчина так и не придёт — это значит, что теперь всё правда будет хорошо.
Бордовое кресло, стоящее посреди комнаты за столом, отражающее свет ламп, слегка скрипело под весом мужчины. Мягкая обивка была удобна, почему он и выбрал его. Мужчине, Боссу, требовался стул, который подчёркивал его статус в этом мрачном месте. Таком же мрачном, как он сам, как и люди здесь. И дела, которые здесь творятся.
За последний месяц трупов значительно прибавилось — Александр постарался. И выбирать приходилось из своих же, ведь среди них есть крыса. Какая-то крыса, которая тайком сдавала все разговоры и дела другим, тем, с кем мужчина враждует. Эта война, кажется, никогда не закончится. Как минимум, пока главный Александр. Он жестокий, жаждет власти и крови. Было множественное количество предлогов для перемирия между конкуренцией, но это не интересно для него. Что и было серьёзной ошибкой, что и говорила свита. Все говорили Александру, что пора-бы прекратить, что среди них нет крысы и проливать кровь бессмысленно… Но он просто не желал слушать. Он чувствовал, что что-то не так. Кто-то явно лишний.
Кресло снова скрипнуло: на этот раз мужчина поднялся. Выглядел он значительно лучше, чем в прошлый раз. Чистый, ухоженный… Приятно пахнущий. Он снова пришёл в себя, и сказать «спасибо» надо Денису: парочка встрясок хорошо взбодрила Александра, хоть у него до сих пор не прошла рана на скуле. Рейчел о ней позаботилась, обработав (Александр удивился, что она ещё и чуток медик). В последнее время она часто кружила около него, ощущая всем телом, насколько Александр меняется с каждым полугодием… Раньше он не был настолько сконцентрированным на деле. И на ней.
