Катя ждала его возвращение на утро, но он не приходил. Если трахнул, то накормил-бы… Она продолжала злиться на него. За всё, что он с ней сделал. И, кажется, сделает, ведь дверь подвала скрипнула ближе к вечеру.
Катя надеялась, что он будет нормальным, как раньше, но глубоко ошиблась. Его вид снова был суровым, злым и недовольным. И как иначе: без еды. Малышка провела его взглядом, когда тот подошёл к рабочему столу и копался в своих вещах. Напряжённая тишина следовала около нескольких минут, пока Катя не решилась подать голос. Ей было слишком любопытно узнать о произошедшем ночью
— Ты напился? — малышка сказала тихо и неуверенно, боясь его гнева, но Александр молча смотрел в стол, раздумывая над ответом.
Вопрос девчонки слегка застал его врасплох: откуда она знает? Он не помнил, что было между походом в бар и тем, как он проснулся у себя в квартире.
— Откуда знаешь? — он даже не смотрел на неё, не выдавая удивления в голосе. А Катя в непонятках нахмурилась.
— Ты ко мне ночью пришёл… — она удивилась, что у неё прорезался голос и она связала больше, чем два слова за последний месяц. Успех?
— И что? — мужчину начинала злить эта великая тайна. Пьяный и пьяный, что за доёбы? Гневно глянув на малышку, заинтересованный взгляд карих глаз приковал его.
— Ты был странным. — она сдвинула брови, крестом поджимая ноги. Хотя-бы поговорить можно, уже приятно. Но небольшая тревога от этого диалога заставляла её интуицию трепетать от страха.
Александр подошёл к краю кровати. Он не понимал, что хотела сказать девчонка, и желал заткнуть её, если прямо не выдаст свои намерения
— Как все пьяные. Что ты хочешь сказать? — он повысил голос на вопросе и Катя вздрогнула. Дар речи на секунду пропал, и не услышав ответа, мужчина с закатанными глазами вернулся к столу. Кате было стыдно, что она не может сказать прямо о его словах и поведении… Его, наверное, это разозлит.
Но она осмелилась, через пару минут, переведя дыхание
— Ты говорил, что любишь меня… и целовал в губы… — она смущённо опустила глаза, вспоминая эти моменты. Он давно так не делал, очень. Малышка соскучилась по этому. Ей так хотелось всё вернуть…
Александр внезапно ударил инструменты об стол и они зазвенели. Девчонка в страхе дёрнулась, отползая к стене. Интуиция её не подвела: он был в бешенстве.
Мужчина схватил банку с тараканом и открыл её, махнув злобно рукой в сторону девчонки. Большой таракан вылетел из неё прямо в её ноги, ударившись о бёдра. Катя закричала в ужасе, смотря как это чудовище бегает по кровати вокруг её ног. Малышка ощущала его прикосновения к своей коже и хотела сбежать с кровати, но мужчина ловко перевернул её и кинул животом на одеяло. Таракан залез куда-то под кровать, а девчонка в слезах сжалась в комок. Мужчина навис над ней, грубо сжимая её волосы и шипя в ухо
— Я не люблю тебя, и точно не стал бы целовать тебя в губы. Могла придумать что получше, шлюха — он дёрнул её голову, отпуская её волосы. Александр несколько минут возился с тараканом, ловя его и засовывая обратно в банку. На фоне скулил жалкий ребенок, и мужчина уже начинал жалеть о своём выборе. Веронику он и то терпел, а эту сучку уже не мог. Хотелось просто задушить, избить и бросить на улицу, как собаку.
Впрочем, все эти спонтанные желания были лишь из-за его злости. Он вряд-ли сделал бы это в обычном, спокойном состоянии. Катя это раньше понимала, но с каждым его агрессивным выпадом это понимание постепенно улетучивалось.
Однако она точно не придумала всё то, что было ночью. И по какой-то причине, это сильно выбесило Александра. Малышка подумает об этом, когда успокоится и чёртов придурок покинет подвал.
Александр слушал музыку, расслабленно лежа на диване в своей комнате. Он стал слишком часто проводить время с наушниками в ушах, но в напряженных ситуациях это расслабляло даже лучше душа или секса.
Его мысли были заняты словами девчонки. «Целовал в губы» — эти слова вызывали у него сильное отвращение, и он просто не мог поверить, что такое было. Да и не верил. Хотя, стоп…
Мужчина открыл глаза, смотря на ноутбук с открытым рабочим столом.
— … — он медленно поднялся с дивана, направляясь к стулу. Александр слегка заволновался от мысли проверить камеры. Сев за стул, мужчина выдернул наушники из ушей и отложил телефон, нервно открывая папку с видео. Прежде чем открыть файл, он немного колебался, потирая лицо ладонью. Сейчас он боялся, что её слова внезапно окажутся правдой.
Александр даже не думал ранее, что она окажется права: на видео он действительно пришёл в подвал, завалился на малышку и домогался до неё. Длилось это примерно пятнадцать минут, и он отчётливо видел, как целует её в губы и входит. Ком в горле встал остро, заставляя его закрыть веки. Александр хлопнул крышкой ноутбука и ухватился за лоб, пробыв в таком положении около пяти секунд.
С глубоким вздохом он опустил руки и глубоко задумался, смотря в окно. Он пытался разобраться, почему сделал это, но ни одна логичная мысль не приходила в его голову. Правда, где-то в глубине души он понимал, что он сказал ей правду, а его поцелуи были тому доказательством.
Эти чувства он отчаянно подавил, отказывая себе в них. Он не мог больше показывать ей свою любовь, которую она не оценила. Просто «изменила», в его же доме и подвале. В их кровати. Александра безумно злило, что это произошло, что он это допустил. Малышка принадлежала только ему, и никто, блядь, не имеет права её трогать. А поплатиться за это кроме неё, больше некому. И мужчине было глубоко плевать, хотела она этого, или её заставили. Она ответит за это. Уже ответила…
Несмотря на свою злость, мужчина чувствовал некоторое сожаление. Минимум из-за того, что оказался не прав насчёт его пьяных похождений. Срывать на ней злость он явно не должен был, ровно как и за «измену», но у него, видимо, другое мнение.
Александр пришёл к малышке ночью, пока она спала, чтобы проведать. Когда он подошёл к кровати, включая свет лампы, ему первым делом бросился в глаза таракан, сидящий в банке. Он не бегал, а едва двигал своими усиками и лапкой. Присмотревшись, к лёгкому удивлению мужчина увидел, что одна из его лап была повреждена.
— Бедняжка. — он хищно ухмыльнулся. Он не знал, самка это или самец, да с виду разницы, вроде, никакой. Ну, или он о ней просто не знал.
Александр взял банку в руки, мучая насекомое пока изо всех сил дёргал её в разные стороны в ладони. Его забавляла эта херня, и даже не думал, что причинять насекомым боль будет так же приятно, как человеку. Отложив банку на стол, он на время позабыл о таракане, оглядев вещи девчонки. Он взял её портфель, одиноко лежащий около дивана. Мужчина давно туда не заглядывал, и когда увидел, что там, хмыкнул.
В портфеле были сладости, которые малышка прятала от Папочки. Он запретил ей много есть, но видимо, кое-что она украла. Александр слабо улыбнулся, вспоминая это. Увидев какие-то тетрадки из школы, Александр покопался ещё и достал дневник для заметок. Малышка попросила купить его полгода назад, но так и не сказала, зачем. Александру было всё равно, а сейчас, усевшись на диван, к удивлению обнаружил, что это её личный дневник.
Страниц было исписано очень много, а первая дата была вообще в феврале. С глубоким вздохом мужчина принялся читать, не собираясь надолго задерживаться. Так, полистает пару страниц и всё.
Но дневник довольно сильно затянул его: малышка описывала свои чувства, прошлую жизнь и людей из них. Больше всего, конечно, она писала о «Папочке», и о том, как сильно любит и скучает в его отсутствие. Даже были коротенькие зарисовки его лица, что немного смутило его (вообще не похож). Александр и не знал, что малышка писала втайне от него личный дневник. Пролистав к концу, последняя дата была совсем недавно, буквально около недели назад:
— «Он снова заставил меня сделать это… Я так заебалась уже, капец. И он заебал, хочу, чтобы он нахуй сдох или съебался. Чтобы просто исчез из моей жизни, разбился в машине» — после этих слов у мужчины кольнуло в сердце, и он почувствовал злость. Следующие строчки были написаны с отступлением от последних
