Дриус лишь усмехнулся в ответ.
– Нет в этом смысла, да и некуда мне идти. Да и чего еще дряхлому старику желать, как ни тихой и спокойной жизни?
– Но у вас же есть лошади! – не унималась я. – Вы могли бы уехать. У меня в городке домик остался пустовать. Если хотите, можете там поселиться. О вас там позаботятся!
Он поднял на меня глаза и улыбнулся:
– Я не ошибся, говоря, что у тебя душа добрая и светлая. Не многим даже целителям это дано. А лошади… так кобыла очень стара, а у жеребца повреждено колено. На них, как ты понимаешь, не уедешь.
Я посмотрела в сторону лошадей. Они мирно паслись, отгоняя хвостом назойливых мух. Я решительно направилась к ним. Первым делом направилась к кобыле. Расцветка у нее была необычная, серая, как туча, с черными пятнышками отливая масленым блеском. Черная грива мягко ложилась на шею животного. Мутные глаза смотрели на меня с тоской и болью. Я осторожно погладила ее по шее и прислушалась. А ведь кобыла была не стара. У нее в области головы было небольшое затемнение, поэтому она ослепла. Лошадь нервно дернулась и фыркнула.
– Не бойся, я хочу тебе помочь, – поглаживая морду, причитала я. – Как зовут ее? – спросила я у старца.
– Селла, – ответил Дриус.
Животное уткнулось своей мордой в мое плечо и замерло. Будто полностью мне доверяя. Я прикоснулась ко лбу лошади и замерла. Кончики пальцев коснулось ощутимое покалывание. Так давно не пользовалась магией, главное – не переборщить. Я чувствовала, как магия стремиться по венам животного и тут же обнаруживает поврежденную область. Это повреждение появилось не так давно, поэтому легко поддается лечению. Стараясь не повредить другие органы, я аккуратно ее «выжигаю», при этом отдавая организму живительную энергию. Ну, вот и все! Прошлась магией по всему организму лошади и, не обнаружив больше повреждений, я открыла глаза. Лошадь подняла голову и посмотрела на меня, в глазах засияла жизнь и радость. Туман с глаз полностью ушел. Я попыталась взмахнуть рукой и лошадь шарахнулась, давая понять, что она прозрела.
– Все, моя хорошая, ты здорова, – кобыла в ответ лишь заржала и стремительно отскочила от меня. Поднимая клубы пыли, она бегала по кругу, при этом взбрыкивая задними ногами.
Мы со старцем Дриус весело смеялись и махали ей руками.
– Ты вернула ей жизнь! Селлу у меня оставили путники, не видя смысла тянуть ее в дальнюю дорогу. Оставили так сказать век свой доживать. А оно вона как! – смеясь, сказал Дриус.
Когда все чуть успокоились, я подошла жеребцу. Это был племенной жеребец. Шкура – цвета воронова крыла, когда-то переливалась на солнце, а теперь была исполосована большими рубцами и шрамами. Грива развевалась на ветру языками темного пламени. Фиолетовые глаза ярко сверкали и с надеждой смотрели на меня. Да-а-а, не часто таких скакунов увидишь.
– Дриус, – обратилась я к старцу, – откуда у вас такой красавец?
– А он сам ко мне пришел, точнее «прихромал» около полугода назад. Он был весь побитый и исполосованный, будто его методично избивали и издевались над ним. Я как смог, ему помог. Где травками примочки прикладывал, где магией прижигал, он все терпел – не обижался. Так и остался. Правда, колено я ему вылечить не смог, может, что еще у него повреждено? Мне – то не ведомо. Не та магия.
– А зовут как его?
– Я назвал его Ворон.
Я подошла поближе и протянула руку, как бы знакомясь.
– Привет, красавец. Позволь мне тебе помочь? Сделаю все возможное, чтобы ты опять резвился на лугу и радовался жизни.
Жеребец недовольно прижал уши к голове, но уходить не собирался. От него исходила внутренняя мощь и сила. Он не привык отступать и бояться, но при этом был осторожен. Ведь кто-то его методично унижал и подавлял.
Немного осмелев, я коснулась его шеи. Под ладонью чувствовалась бархатная шкура животного, но рубцы и шрамы придавали ей рыхлость и бугристость.
– Кто ж тебя так?.. Я помогу, доверься мне, – поглаживая его, причитала я.
Ворон чуть расслабился и прикрыл глаза. Кончики моих пальцев снова захватило легкое покалывание. Магия устремилась по жилам и венам животного. Внутренних повреждений у него было много. Но первым делом я занялась коленом. Связки – порваны, в коленном суставе накопилась жидкость и большой отек не давали нормально работать ноге. Во-первых, я убрала отек и жидкость. Затем взялась за связки. Эта процедура не из приятных, но предварительно обезболив я аккуратно связку за связкой начала их сращивать. Ворон мужественно терпел. Когда с коленом было закончено, я занялась устранением повреждений внутренних органов. Повреждены были почки и легкие. Магия стремилась поскорее все залечить. Дав ей волю, я почувствовала, как напитывается каждый орган жизненной энергией. Все. Мы справились! Очнувшись, я увидела счастливые глаза Ворона. Он тряхнул головой и повернулся ко мне боком, демонстрируя свою шкуру. Она переливалась на солнце, а рубцов и шрамов словно и не было. Он встал на дыбы, показывая, свое здоровой колено. И так же как и Селла, поднимая клубы пыли, он бегал по кругу, при этом взбрыкивая задними ногами.
– Ох, ты ж моя девочка! Чтобы мы без тебя делали? – кинулся обнимать меня Дриус. Я от смущения не знала, куда себя деть.
– Да, что вы. Это же моя работа, – пыталась оправдываться я. Но меня никто не слушал, казалось, даже птицы стали громче петь свои терли.
Когда все вокруг немного угомонились, старец сказал:
– Пошли в дом, ты устала с дороги, да еще и лечение. Пойдем, пойдем, – дергая меня за рукав, он повел к своему дому. Следом, дурачась и играя, шли Ворон и Селла.
* * *
За окном спустилась ночь. Тихо поют песню сверчки и цикады. По ночному ковру жемчугом рассыпаны звезды, а большая белая луна мягко роняла свой свет в окно. Домик Дриуса был небольшим, но уютным. В нем две комнаты, не считая при входе маленького коридорчика, в котором размещены какие-то предметы домашней утвари. Из коридора попадаешь в небольшую комнату, обустроенную под кухню. В ней возле небольшого окна стоит стол с лавками. В углу расположена печь с томящимся на огне котелком. Запах оттуда шел чудесный, сразу заурчало в животе и потекли слюнки. В соседней комнате стояли две кровати и комод. В обоих комнатах – деревянные полы были застелены циновкой, на окнах весели серые занавески. Столь не богатая обстановка ни чуточки не портила уют.
– Во дворе у меня стоит купальня. Вода там теплая постоянно. Как поешь, сходишь обмоешься с дороги, – сказал старец причмокивая похлебкой.
– Спасибо, – улыбнулась я и не произвольно зевнула, – Простите.
– За что? За усталость никогда не извиняйся. Ты лучше ешь и ложись отдыхать.
– Я хотела бы еще и вас осмотреть, подлечить, – сказала я, отодвигая пустую тарелку.
– Глупости, я здоров. Не выдумывай.
– Но …
– Так ты поела? Марш купаться и спать. Неугомонная девчонка. Все вопросы завтра. Ишь, что удумала. Ей говорят «отдохни», а она «подлечить». Завтра поговорим, все завтра.
Я встала, помогла помыть посуду и убрать со стола. Взяла сменную одежду и вышла на порог. Ночь была прохладная и тихая. Луна освещала весь двор. Я смело отправилась в купальню. Это было не большое помещение. В углу помещения бил теплый источник. Поодаль стояли лавки с тазами и мыльными принадлежностями. Пол был устлан деревянными досками. В помещении было тепло и пахло травами. Я разделась и пошла купаться. Пробыла я в купальне не долго. Когда помылась, я постирала свою одежду и выйдя во двор вывешала ее.
Потихоньку зашла в дом, чтобы не разбудить Дриуса, но он не спал. А сидел за столом и что-то писал.
– Помылась? Ложись на кровать, что слева от комода. А мне нужно кое-какие дела уладить. Не бойся, ни кто сюда не войдет, я магическую защиту поставлю. Спи, – поднимаясь из-за стола сказал старец.
– А вы спать не будете? – спросила я.
– Буду. Но мне много не надо. Я зайду ближе к рассвету. Все – я ушел, – Дриус развернулся и пошел во двор.