Габби закивала головой, парень же внезапно шлёпнул девочку по заду, настолько сильно, что у нее едва не посыпались искры из глаз. Габби вскрикнула от болезненных неприятных ощущений. На что Том засмеялся лающим безумным смехом. Он в последний раз на нее посмотрел и, засунув руки в карманы брюк, вальяжной походкой двинулся по коридору, к обшарпанной двери, ведущей в холл, возле которой, скрестив руки на груди, его ждал длинноволосый мальчишка, не сводивший с них подозрительного взгляда.

– Чтоб ты сдох, скотина! – не сдержавшись, выругалась Габби, посылая убийственный взгляд в спину Тома.

Сейчас она с уверенностью могла заявить, что он был самым отвратительным и неприятным человеком из всех, кого она встречала за свою недолгую жизнь, и потому с нетерпением ждала, когда с ним разберется Тео. А Джейн, не удержавшись, фыркнула и на вопросительный взгляд Габби просто пожала плечами, сдерживая улыбку. Всё-таки, её очень сильно забавляло то, как Нэнси ругается. И, кажется, она знала, от кого эта девочка всему могла набраться.

– Нэнси!

Не успели подруги отойти от столовой, как на них, тяжело дыша из-за долгого бега, налетели двое раскрасневшихся мальчишек. Габби радостно улыбнулась, узнав в них Оливера и Ника, но сразу сникла, когда поняла, что Тео с ним не было. «Ну а на что ты надеялась? – укорила она себя.

– Зачем он к тебе подходил? О чём вы разговаривали? – быстро затараторил Оливер, он потянулся к Габби, мягкой теплой ладонью, приподнял ее голову за подбородок, придирчиво осматривая на наличие ран и синяков. – Он ведь тебя не ударил? Точно?  Только не вздумай нам врать!

– Мы с ним разберемся! – громко добавил Ник, сурово нахмурил брови, сжал ладони в кулаки и демонстративно ударил ими воздух. Вероятно, со стороны он хотел казаться храбрым защитником, но его пухлые щеки, взъерошенные волосы и добрые голубые глаза вызвали у Габби неожиданный приступ умиления.

Оливер и Ник наперебой продолжали заваливать девочку кучей вопросов, не все из которых, она даже сумела расслышать, просто переводила растерянный взгляд с одного мальчика на другого, сумев при этом  заметить, что Джейн они как-то показательно игнорировали, будто бы даже не видели ее, в то время как она отступила чуть в сторону и, скрестив руки на груди, исподлобья их рассматривала.

Габби начала догадываться, что если она не возьмет дело в свои руки, мальчики так и будут беспокойно тараторить и заверять ее о том,  что разберутся с Томом, а она  ничего толком не узнает про то, в каком сейчас состоянии ее старший брат, и можно ли ей его увидеть.

– Тихо! – воскликнула она, приложив палец к губам.

Оливер с Ником резко замолчали и оторопело уставились на Габби.

– У нас есть план.

Пару минут Ник с Оливером просто непонимающе на нее смотрели, затем удивленно переглянулись, и Ник, неловко почесав затылок, совершенно не знал, что на это ответить. Оливер нашелся первым, он недоверчиво сощурился, недовольно взглянул на Джейн, словно это она была во всем виновата, и подозрительным тоном спросил:

– Какой план?

– Сначала расскажите, как там Генри? Вчера к нам прибежал один мальчишка… – Габби на мгновение замялась, снова вспомнила его неприятное лицо. То, как он карикатурно изображал Тео и мерзко хихикал, на ее глазах навернулись непрошеные слезы,       – Все, что он рассказал, правда?

Ник молчал. Оливер тоже. Они понуро опустили головы, стараясь на нее смотреть, и этим подтверждали все ее опасения. Габби всхлипнула. Она чувствовала, как по щекам катились горячие слезы, которые она была не в силах остановить. Сердце гулко стучало и болезненно сжималось в груди, а на тело нахлынула невыносимая усталость. Ей было так сильно обидно за Тео. Чем он это заслужил? Что сделал такого, из-за чего его безжалостно били три идиота, и после обкорнали его волосы?  Габби снова всхлипнула. Из-за слез лица друзей казались ей размытыми пятнами, в носу забилось, и было трудно дышать. Она ощущала себя настоящей слюнтяйкой, но ничего с этим поделать не могла.

Вдруг Джейн подошла к девочке. Не говоря ни слова, она крепко обняла дрожащую Габби, бережно прижимая к себе, и успокаивающим жестом нежно погладила ее по волосам. Габби уткнулась головой в плечо подруги, на одно короткое мгновение зажмурила глаза, призывая себя немедленно успокоиться. Она была очень благодарна Джейн за ту дружескую поддержку, которую та ей давала. В ее теплых объятиях девочка чувствовала, как постепенно приходит в норму.

– Спасибо, – тихонько прошептала Габби, и Джейн тепло ей улыбнулась.

Девочки отстранились друг от друга, одновременно поглядели на Ника и Оливера. Габби отметила, что они оба несколько враждебно смотрели на Джейн пристальными взглядами, словно в эту минуту она вдруг нанесла им личное оскорбление одним своим присутствием. Джейн тоже это заметила, немного побледнела, но не растерялась, гордо вскинула голову, и твердым голосом произнесла:

– Между прочим, мы с Нэнси побили того тупого мальчишку.

В наивных огромных глазах Ника мелькнуло уважение, он робко улыбнулся девочкам, но быстро принял свой смешной суровый вид, когда Оливер ударил его острым локтем в бок и качнул головой, как бы предупреждая, что делать этого не стоит. Сам Оливер скрестил руки на груди и продолжал холодно посматривать на Джейн, ни капельки не впечатленный ее фразой. Подумаешь! Он миллионы раз попадал в драки и кого-то бил. Еще чаще выходило, что это его били, а он отбивался, но не суть. А вот эта Джейн… То, что про нее говорили…

– Оливер, – нетерпеливо позвала его Габби, прерывая поток мрачных размышлений мальчика, заглядывая ему в лицо, своими большим темными влажными глазами, которым просто невозможно было сопротивляться, – вы же нашли Генри? Где он? Как себя чувствует? Рассказывайте!

Мальчишки, переглянулись, затем в полном молчании отвели Габби и следующую за ней по пятам, к их неудовольствию, Джейн подальше от дверей столовой, чтобы лишние уши не могли подслушать. Они завели девочек в пустой кабинет, заваленный сломанными стульями, столами и прочим хламом, которым давно никто не использовался. Все четверо уселись на грязный пол, не боясь измазаться, и Оливер, взяв на себя роль главного рассказчика, невидящим взглядом уставился перед собой, и ровным голосом начал говорить.

Он рассказывал, как их с Ником сильно избили, из-за чего он на несколько часов потерял сознание. Как затем, когда он пришел в себя, они нашли Генри в кладовке и тот бредил, не приходя в себя. Как отвели его к Уэнди, и доктор Стэнфорд вправил ему сломанный нос, а после они всю ночь сидели у его кровати.

Рассказ его вышел долгим и очень тяжелым. Габби, слушая мальчика, словно на себе переживала все те моменты, которые им довелось испытать. В глазах ее щипало, но слез больше не было. Она чувствовала огромный прилив симпатии к Нику и Оливеру, которые хоть и казались беззащитными, но не побоялись, встали на сторону ее брата, помогая ему, были с ним в ту трудную минуту, когда она не смогла.

«А главное, у Тео сейчас все хорошо, – подумала девочка, чувствуя немного облегчения. –  Ему помог доктор, он в порядке, и совсем скоро, когда он узнает их с Джейн план, он разберется с этим гадом Томом!».

– Генри сказал нам подойти к комнате Уэнди после занятий, – словно со стороны раздался голос Ника. – И тебе тоже, Нэнси. Там мы всё обсудим.

– Мы подойдём, – кивнула головой молчавшая все это время Джейн. Она сидела, поджав колени к груди и положив на них голову. Ее глаза были полны сочувствия и понимания, направленного на мальчишек.

Оливер кинул на нее неприязненный испепеляющий взгляд.

– По-моему, тебя никто не приглашал!

В ту же минуту в комнате наступила абсолютная тишина. Ник и Габби уставились на Оливера во все глаза, а Джейн смутилась, покраснела от обиды, и опустила голову, стараясь ни на кого не смотреть.

– Что ж… – тихо произнесла она, не договаривая, поднялась на ноги, отряхивая подол платья от прилипшего к нему мусора и пыли.  Затем послала Габби слабую улыбку, и заправив растрепанные волосы за уши, развернулась к выходу.