И все-таки было что-то в этом кудрявом настораживающее Тома, заставлявшее его бояться. Он вспомнил его дикий громкий смех и вздрогнул, потому что вместо Чудилы вдруг увидел отца: его бешеные карие глаза, громкий смех и окровавленные руки.

Он видел свою сестру, как жизнь медленно покидала ее хрупкое тело, а глаза стекленели. Как она пыталась что-то сказать Тому, шевелила обветренными губами. Наверное, хотела, чтобы он бежал, а тот, оцепенев, сидел в углу их маленькой комнатки и глотал слезы, смотря на лужу крови под ее животом.

Ему было так страшно.

Он просыпался с криком, когда ему снилась Беверли, тянула к нему свои мертвые руки и звала с собой. Убегал из дома, когда отец был не в духе и днями не возвращался, опасаясь, что тот распорет ему брюхо, так же как сестре, когда она посмела ему воспротивится.

Том тяжело вздохнул, провел руками по лицу. Все это осталось в далеком прошлом. Отца теперь уже давно не было, и он сам владел своею судьбой, сам принимал решения и заставлял других бояться, и этот новенький не будет исключением. Он был сильным, и ни отец, ни кто-либо другой не посмеют его тронуть.

В голову Тома вдруг пришла одна мысль. Он склонился над пацаном, уверенный, что тот его прекрасно слышит и зашептал, словно давал предупреждение:

– У тебе прелестная сестренка, чудила.

Затем медленно поднялся и вышел, аккуратно замыкая за собою дверь.

Глава 8

Было одиннадцать часов вечера, когда это случилось. Щуплый невысокий мальчишка, воровато оглядываясь, тихонько приоткрыл дубовую дверь комнаты девочек, и на цыпочках пробрался внутрь.

Габби об этом знала, потому что, не в силах заснуть, она свернулась в комочек под колючим одеялом и, не моргая, глядела как, висевшие на стене, старенькие круглые часы монотонно тикали.

Ей было страшно и неуютно, и очень сильно хотелось домой в объятия к папе, в свою просторную комнату с окном, выходящим на небольшой садик. Ей хотелось, чтобы все случившееся оказалось просто страшным сном.

Когда в их комнату пробрался этот тощий мальчишка, девочка сразу же почувствовала неприятное волнение. Что-то подсказывало ей – Тео попал в беду. Она ведь не была глупой. Может быть, еще не все понимала в силу своего возраста, но глупой вовсе не была, и на прогулке, когда Тео представил ей своих новых друзей, Габби сразу же догадалась – они что-то от нее скрывали.

На мальчишку сразу же возбужденно накинулись Крис и Роза с кучей своих подружек с расспросами. Габби ровно села, выпрямив спину, сложила руки на коленях и, все так же смотря на часы, прислушалась к их разговору. Она похолодела от ужаса, когда поняла, что они действительно обсуждали ее брата.

– Сначала Том дал ему под дых, затем вроде нос сломал, – громко тараторил мальчишка, размахивая руками. Лицо его сияло от восторга. – Два других придурка, Ник и Оливер, пытались ему помочь. Но толстяка запихнули в шкаф, а тот, который на девчонку похож, так дергался без своего ингалятора!

Мальчик изобразил странные подергивания, смешно выпучил глаза и несколько девочек, смотря на него, хихикнули.

– Мы со смеху покатывались, думали помрет. А под конец этому Генри вообще остригли все волосы и запихнули в кладовку.

Он вдруг замолчал. Габби хоть и сидела к ним спиной, могла на все что угодно поспорить, что на их лицах застыло торжество. «Гадины! Какие же они гадины!» —подумала девочка, быстро заморгала, сдерживая слезы, и сжала маленькие ладони в кулаки. Страх и волнение охватили ее с головы до ног. Она чувствовала, как к ней подступил приступ тошноты, а во рту образовался неприятный желчный привкус. Тео избили! Какие-то мальчишки во главе с неким Томом избили ее брата!

«Пожалуйста, – мысленно взмолилась Габби, – пусть они сделали это не сильно! Пусть он будет в порядке!». Девочка на мгновение зажмурилась, и новая тревожная мысль проникла в ее голову: «А вдруг он сейчас умрет? Так же как папа… Оставит ее одинокой… Нет! Он ведь поклялся ей, а значит свою клятву, во чтобы то ни стало, сдержит».

Габби едва заметно задрожала, сама того не заметив. Крис и Роза, и этот уродский мальчишка продолжали весело обсуждать ее брата и драку, но она не могла до конца разобрать их слов.  Липкий страх сковывал ее, она чувствовала невероятную обиду за Тео и ненависть к мальчишкам, напавшим на него. Хотела вскочить, найти их и непременно с ними разобраться, хоть и не представляла, как это сделать.

Габби, полностью погрузившаяся в свои тревожные мысли, вдруг почувствовала, что ее кровать прогнулась под чьим-то телом. Девочка чуть повернула голову и встретилась глазами с Джейн. Та не произнесла ни слова, но в ее серо-голубых глазах застыла обеспокоенность и искреннее сочувствие. Джейн осторожно потянулась к Габби, взяла ее ладонь в свою теплую, слегка мозолистую руку, и аккуратно ее сжала, словно бы говоря:       «Все будет хорошо».

– Вот ублюдки, – тихо сказала ей Габби, так что расслышала только она. А затем решила спросить то, что волновало ее сейчас больше всего. – Кто такой Том?

Лицо Джейн как-то разом побледнело, отчего веснушки сильнее стали выделяться на белой, словно мел, коже. В глазах мелькнула чистая неприкрытая ненависть.

– Один урод, который возомнил себя тут главным, и мучает кого ему заблагорассудится, – ответила она мрачным тоном. Выпустила ладонь Габби из своей руки и, потянувшись, нервным движением пригладила длинные волнистые огненно-рыжие волосы.

Габби, нахмурившись, кивнула. Сама того не желая, она представила, как этот Том (в воображении Габби он предстал титаном под два метра ростом с яростными глазами) со всей силы избивает Тео и громко дьявольски смеется, словно какой-нибудь злодей из книжек, что она читала. А Тео не может даже защититься толком, сжимается в комочек и терпит на себе все его болезненные удары. В глазах Габби предательски защипало. Только бы не заплакать. Только бы не разреветься как напуганная трусливая малолетка.

– А этот? – спросила Габби Джейн. Она сильнее сжала ладони в кулаки и ойкнула, когда почувствовала, как с болью ногти впиваются в кожу.

Джейн с тревогой на нее посмотрела, снова взяла ее руку в свою, нежным жестком, очень напоминающим материнский, разжала ее кулак и погладила большим пальцем тыльную сторону ладони, словно успокаивая.

– Это шестерка Тома, один из его верных псов.

Мальчишка, Крис и Роза продолжали смеяться над Тео, иногда посматривали на Габби и скалились в неприятных улыбках, в то время как остальные девочки, видимо удовлетворив свое любопытство, вернулись к своим кроватям, и сейчас неодобрительно на них косились, но не решались что-то сказать вслух.

Габби уже поняла, что Крис и Роза считали себя главными среди девчонок, ходили, задрав к верху носы, и обсуждали всех и каждого, не скрывая этого, а другие почему-то их слушались и старались им не перечить. Габби же они напоминали двух скользких наглых змеюк, которых непременно хотелось как-нибудь проучить.

– Эй! – крикнул вдруг мальчишка, внимательно посмотрев на Габби. – Ты же сестра этого Чудилы!

Девочка проигнорировала его. Она и Джейн переглянулись, и обе приняли единодушное решение не обращать внимания на этого мелкого придурка. Он наверняка решил поиздеваться над Габби вдоволь, как-нибудь оскорбить Тео или, смакуя, уже перед ней изобразить как его избили, в надежде довести девочку до слез. Не дождется. Габби будет храброй. Такой же, как ее старший брат.

Мальчишка хмыкнул и недовольно сощурился, сверля спину Габби пристальным взглядом.

– Повернись, когда с тобой разговаривают, – громко произнес он.

– Она просто такая же идиотка, как её братец, – вставила свои две копейки Крис. Она скрестила руки на груди и, наклонив голову, смотрела высокомерно на Габби. А ее подруга Роза согласно кивала головой, отчего ее темные волосы, собранные в высокий хвост, покачивались из стороны в сторону.

Остальные девочки беспокойно зашевелились, зашептались, поглядывая по очереди то на Габби, то на мальчишку, словно предчувствовали назревающий конфликт. Девочка глубоко вздохнула. Она не будет обращать на него внимания. Не будет.