Хрюкозоиду, однако, больше нравились зеленые мячики. Увидев такой, он осторожно подкрадывался к нему, ощупывал хоботом со всех сторон и, придя к выводу, что мячик, пожалуй, можно и съесть, усаживался рядом. Свернув хобот колечком, он вытягивал тонкие ветвистые щупальца, обхватывал ими вожделенный мячик затем, аккуратно сорвав, подносил к глазам и долго рассматривал. После чего быстро-быстро разрывал мячик на мелкие кусочки и запихивал в рот, блаженно подчмокивая и прихрюкивая. При этом он становился ну совершенно похож на любительницу абсента с картины Пикассо. Зрелище непередаваемое!
Однако Камбру и глюку Хамфри было не до того. Уставившись на хрюкозоида невидящими глазами, они держали военный совет.
– Его надо накрыть сверху, – шипел Камбр. – Сверху удобнее всего. Там рядом как раз банановый дуб. Ты на него…
– Не пойдет. Я на банановый дуб не полезу.
– Предпочитаешь тигрошник?
– На тигрошник сам лазай, а я об его шипы обкалываться не желаю. Костюмчик только вчера купил…
– А похоже – сто лет назад… Не хочешь лезть, тогда сам предлагай!
– Тише ты! Орешь, как больной чвакл…
– Сам ты…
– Тсс… Давай сетку натянем у него перед носом. Шуганем, он побежит, запутается в сетке, и все, он наш!
– Не пойму, кого ты считаешь идиотом, его или себя?
– ??! Ну знаешь!
Тут хрюкозоид внезапно прекратил есть, недовольно хрюкнул и, поднявшись на свои коротенькие ножки, направился прямо к нашим героям. Видимо, их шипение привлекло-таки его внимание.
– Ой! Смотри, он идет к нам!..
– Спокойно, спокойно…
– Интересно, Хэм, что ты такое знаешь о хрюкозоидах, чтобы меня успокаивать?
– Честно говоря, ничего не знаю, но, похоже, он травоядный.
– Утешил!.. Бронтокрякл тоже травоядный. Что-то не много охотников с ним встречаться.
– Скажешь тоже, бронтокрякл…
– Ох, что-то мне его взгляд не нравится. Может, дернем отсюда, а? Пока не поздно?
– Подумаешь, взгляд… Клинк Донел говорил, что они не агрессивные. А кому об этом знать, как не Клинку. Он же в зоопарке главный специалист по хрюкозоидам. Да посмотри, он же чуть больше Треплова дога… Ты лучше давай сюда сетку. Счас мы его, мигом…
– Ага, мигом, – ворчал Камбр, доставая сеть из рюкзака, – это он нас мигом… Нашел, кому верить, Клинку… специалист тоже. А чего тогда этот хрюкозоид от него сбежал? Клинк! Он тебе наговорит, а ты потом отдувайся… Треплова-то зверюга, как на задние лапы встанет, так с меня ростом, а я, между прочим, не карлик… Сам же говоришь, что этот повыше будет… и потолще, между прочим…
Глюк Хамфри, не обращая внимания на Камброво ворчание, пристраивался в кустах дикой балины с сетью наготове. Хрюкозоид медленно приближался, шерсть на загривке его потемнела, хобот нервно сворачивался и разворачивался, большие мягкие, вислые уши встали торчком и подрагивали от напряжения. И тут… Ну надо же такому случиться… На сей раз крупно не повезло глюку Хамфри. В то время как он живописной статуей застыл в кустах, выжидая, пока хрюкозоид подойдет поближе, мимо по своим змеиным делам ползла куда-то заразочка – местная симпатичная змейка, зеленая такая в синюю крапинку – вполне мирное и совершенно не ядовитое создание, но с громадным шипом на хвосте. Не знаю, для чего заразочке этот шип, возможно, чтобы любопытные дуркане не хватали ее за хвост почем зря. Насколько известно силизендской науке, заразочки всех видов шипом во время охоты или в качестве защиты не пользуются. Но тут, то ли осердясь, а может быть, в ней проснулось дремлющее до того змеиное чувство юмора, как бы там ни было, но, проползая мимо откляченного зада глюка Хамфри, заразочка, не задумываясь, воткнула в него свой шип. Глюк Хамфри, забыв от боли обо всем на свете, подскочил из кустов чуть ли не на полметра. Хрюкозоид от неожиданности и страха тоже подпрыгнул, потом плюхнулся на коротенькие ножки, мгновенно развернулся и, дико визжа, понесся через всю поляну, только мячики брызнули.
Представляете, картинка получилась? Камбр стоит столбом, хлопая глазами, глюк Хамфри, рыча и страшно ругаясь, прыгает в кустах балины, держась за зад и пытаясь выпутаться из сети, в которой безнадежно запутался, хрюкозоид, визжа уже на ультразвуке и, похоже, ничего не соображая от страха, мчится прямо на высоченную, как скала, стеклянную березу…
«Ой, что сейчас будет, – подумал Камбр и даже глаза зажмурил в ожидании страшного удара. Но ничего не произошло. Хрюкозоид вовсе и не собирался раскраивать себе череп о стеклянную березу. Подбежав к ней, он в один миг взобрался по совершенно гладкому стволу почти на самую верхушку и только после этого успокоился и перестал визжать. Сразу стало тихо, даже как-то тревожно. Самаритянки и плюшки, напуганные диким визгом и воплями, примолкли, и только серебристые листья стеклянной березы (осень все-таки) нежно позванивали на ветру. Камбр, увидев, куда забрался хрюкозоид, от изумления так и сел. Ну и ну! Такой фокус еще никому не удавался.
Глюк Хамфри, выпутавшись, наконец, из сети, тоже подбежал к березе. Конечно, никто еще не встречал корявых стеклянных берез, но, может, эта – исключение? Он внимательно осмотрел ствол и даже ощупал его, не доверяя глазам. Нет, самая обыкновенная стеклянная береза с абсолютно гладким стволом без каких-либо повреждений. Нечего было и думать залезть на дерево, однако хрюкозоид сидел на самой верхней ветке и, помахивая хоботом, ехидно посматривал вниз.
– Ну и что будем делать? – спросил Камбр, подходя к березе и разглядывая хрюкозоида, устраивающегося в ветвях поуютнее. – Да, кстати, как там наши соперники?
– У нас еще часа два в запасе, – глюк Хамфри уныло ковырял несуществующую трещинку в стволе.
– Н-да… Положение…
– Кто ж знал, что он лазает по деревьям.
– По стеклянным березам, – мрачно поправил Камбр.
– По стеклянным березам, – совсем упавшим голосом прогудел глюк Хамфри и тяжело вздохнул, потирая зад. – Еще эта заразочка…
– Н-да… – Камбр совсем загрустил, но тут его осенило. – А может, его подманить? У меня еще рулетики остались…
Глюк Хамфри решил, что идея не плоха, во всяком случае, попробовать стоит. И следующие полчаса друзья прыгали вокруг березы, похрюкивая и взвизгивая, что, по-видимому, должно было означать «Мы с тобой одной крови…», вопя: «Дингл, Дингл – кушать» и размахивая кусочками рулета. Оба совершенно взмокли, но единственное, чего добились, – хрюкозоид с верхних веток березы перебрался на самые нижние и с интересом разглядывал странных вопящих и пляшущих под деревом двуногих. Пару раз он ловил хоботом рулетики, которые бросал ему Камбр, и, надо сказать, отнесся к ним благосклонно. Покинуть дерево, однако, категорически отказался.
Наконец Камбр, совсем выбившийся из сил и к тому же мокрый как мышь, достал из кармана свой белый в зеленый горошек платок, встряхнул его и хотел уже вытереть пот со лба, да так и замер. Хрюкозоид, издавая нежные воркующие звуки, поспешно спускался с березы.
– Хэм! Он спускается, – придушенным шепотом воскликнул Камбр.
– Что? Боже мой! Что ты сделал?
– Ничего… Платок достал.
– Платок? Дай сюда…
Хрюкозоид тем временем благополучно спустился на землю и, умильно поглядывая на платок, терся о ногу Камбра.
Глюк Хамфри, отобрав платок, отошел шагов на десять и, махнув платком, позвал:
– Дингл, Дингл – сюда.
Дингл послушно подбежал к нему, повиливая хвостиком.
– Сидеть, Дингл.
Хрюкозоид сел, не спуская глаз с платка. Глюк Хамфри медленно перевел взгляд с хрюкозоида на платок, потом на Камбра, потом снова на хрюкозоида. Наконец дар речи вернулся к нему.
– Ты глянь, Камбр! Он же ручной…
– Ага, ручной. Что бы мы делали без этого платочка…
Глюк Хамфри только пожал плечами.
– Как бы там ни было, а денежки, считай, у нас в кармане.
– Погоди, не радуйся. Его еще в зоопарк надо доставить.
– А, ерунда, – беззаботно махнул рукой Глюк Хамфри, – давай веревку.
Некоторое время они возились с веревкой, пристраивая ее на шею Дингла или, вернее, то место, где эта шея могла бы быть. Хрюкозоид при этом мирно пасся, не обращая никакого внимания ни на охотников, ни на их ухищрения. В конце концов, веревку все же надели, оба наших героя вцепились в нее, глюк Хамфри взмахнул платком и скомандовал: