десять Иллай его мучал, пока я разбиралась с последним магом. С горем пополам, но мы победили.

Эвер был рад даже больше, чем вымотанные до

нитки мы. Обнял каждого и, задержавшись на мне, сказал, что я его гордость. Вот

так. Я догадывалась, но услышать было приятно. При том, что он все еще думал, что мой прогресс во владении мечом — его заслуга. Потом глаза открылись.

«—А ты крут, Шерлок, — похвалил

парень, что пал от моего клинка.

—Да, я такой, — не стала

спорить я, рассмешив не только друзей, но и соперников.

—Идеальный. Только характер

подвел, — решил подколоть Эверфольд.

—Должно же быть во мне хоть

что-то не так, — пожала плечами, мол, в каждом домике свои гномики.

—Избыток вкуса убивает вкус, —

вошел в диалог с ноги Тюрон. С Шекспира. Элегантно, чуть ли не сигару

покуривая.

—Именно!»

Тюрон, чья команда выступала следующей,

незаметно шепнул мне на ухо, что будет ждать вечером на нашем месте. Надеялась, что он про горячий источник. И не ошиблась.

«Когда зажглись фонари, я скользнула с

основной дорожки на тропинку между деревьями и, пройдя привычным маршрутом, вышла на полянку. Никого. И опять этот злосчастный темный источник. Я и так

воды боюсь. Точнее, глубины. Точнее, того, что в ней может быть. Особенно

теперь, когда знаю чуть больше о возможных морских жителях.

Только хотела негодующе попинать ни в чем

неповинную ветку, как на глаза легли чужие руки. Даже подумать не успела, а уже

скользнула вниз и, развернувшись, встала в боевую стойку. Без меча выглядело

комично. Но еще комичнее была растерянность на лице Тюрона. С приподнятыми

руками и приоткрытым ртом, он смотрел на меня, как на чудо света.

—Ты меня напугал, — пояснила

свой рывок, распрямляясь и расслабляясь от его присутствия.

—Я на столько страшный? — Нет,

просто неожиданный. Как понос. Но приятный… Тогда не как понос.

—Нет, очень даже наоборот, —

воспримите это как комплимент, пожалуйста.

—Как приятно, — протянул

куда-то в темное небо мужчина и, сделав шаг назад, легко приобнял за плечи. —Ты сегодня хорошо постаралась.

Ага, несколько раз получила по лицу, по

голове, по ребрам, под коленку и даже по попе. Вот такая я молодец! Всем бы так

уметь. Ну, последнюю битву мы все равно выиграли. В итоге.

—Чуть не умерла, но сделала

это. Я же должна была защитить честь своего учителя! — Хлопнула преподавателя

по груди, отчего тот резко выдохнул, не ожидая такой подставы.

Перехватил мою руку и, нежно поцеловав

костяшки пальцев. Каждый раз от его подобных действий лицо покрывалось

багровыми пятнами, а потом и вовсе краснело целиком. Он считал это милым.

Поэтому и сейчас широко улыбнулся.

—Я хотел поздравить тебя с

удачной сдачей экзамена, — догадалась. Вздрогнула, когда на щеке осталось

ощущение легкого поцелуя. — Хотел подарить тебе кое-что. Еще у озера, но…

Отвлекся, — все стало понятно без слов, когда мужчина облизнулся и, смотря мне

прямо в глаза, провел большим пальцем по губам, будто стирая послевкусие того

самого поцелуя.

Я вспыхнула, вызвав тихий смех мужчины. Было

круто и… Очень приятно. Хоть это и был мой первый поцелуй, но он не получился

неловким, как это часто бывает. Нежный, легкий, чувственный. Медленный. Тюрон будто

учил меня, направлял, но при этом замечал любое мое желание взять управление на

себя. И поддавался. Так и живем.

—Издеваешься, — констатировала

я, недовольно глянув исподлобья на улыбающегося преподавателя.

—Ты очень мило злишься, — эта

фраза вообще имеет смысл?

Как можно мило злиться? Я чувствую себя

просто страшным монстром, когда крышечку срывает. Хотя, помнится, Тюрон даже

побледнел, когда застал меня в ярости. Не наигранной обиде, что я

демонстрировала, например, сейчас. Помнится, в тех самых редких случаях будто

даже небеса пугаются.

—Только рядом с тобой, —

вернула колкость я.

Осмелела, положила руки на грудь мужчине,

заглядывая ему в глаза. Хочу увидеть его без одежды. Ой, то есть. Не так! Хочу

увидеть его фигуру. Да блин! Мне просто интересно, как он выглядит без верха.

Ай, все равно пошло звучит. Все не так.

Осмелела еще. Одним осторожным движением

расстегнула верхнюю пуговку рубашки. Не заметил. Вторую. Шерлок не палится. На

третьей дрогнул. Хьюстон, нас раскрыли. Вдох у преподавателя вышел какой-то уж

слишком тяжелый. Сквозь зубы. Со свистом.

—Эл, мы сейчас отвлечемся снова

и подарок будет лежать до старости, — до нашей?

—Я только хотела посмотреть, —

смущенно призналась я, принимая поражение.

Попытка была одна. Хорошая такая. Только

провалилась с треском. Но это ничего, не будем спешить. Время еще есть.

Тридцать восемь лет целых.

Все же убрала руки и даже за спину их увела, смотря в сторону и чуть ли не посвистывая. Облом в полный почти двухметровый

рост.

—Закрой глаза, — действительно,

почему бы и нет.

Повиновалась. Мою руку чуть приподняли и

что-то вложили. Что-то небольшое. Открыла глаза, хоть и без спроса. Бархатная

фиолетовая коробочка. Небольшая. Но не под кольцо. Потому что прямоугольная.

Слава Богине, что мне сейчас предложение не делают. Не знаю даже, что бы

ответила.

—Что это? — Глупый вопрос.

—Открой и узнаешь, — усмехнулся

мужчина, наблюдая за моим интересом и опасениями.

Не знаю, чего я боялась, но все оказалось

многим прозаичнее. Внутри лежал тонкий браслет с тремя белыми камнями, тот, что

побольше — посередине. Не особый любитель украшения, но это мне понравилось.

Красивый, прохладный металл. Очень тонкая

работа, явно ручная. Что-то среднее между эльфийской и здешней. И все равно.

Этот браслет будто был не отсюда. Он будто по кому-то скучает.

—Как ты быстро поняла его

настроение, — наблюдая за тем, как я кончиками пальцев поглаживаю тонкий

металл, улыбнулся преподаватель.

—Так он все же живой? —

Догадливая какая.

Мужчина аккуратно поднял украшение двумя пальцами, будто оно могло лопнуть от неаккуратного движения. Убрав коробочку обратно в

карман, расцепил незаметное крепление и надел мне на руку дорогой подарок. Мне

даже идет, вроде. Не испорчу ли?

Тюрон продемонстрировал такой же браслет на

себе. Парные, значит. Это мило.

—А теперь смотри, — с этими

словами он с изяществом фокусника провел над нашими руками раскрытой ладонью.

Металл нагрелся, но не обжог. Меня будто

Тюрон за запястье держит. Температура точно та же самая. Но внимание привлекло

совсем не это. Камни, что до этого были белыми, вдруг ослепили. Изнутри начало

зарождаться нечто, распространяясь по всему кристаллу. Красиво. Спустя минуту

белый заменился алым. Причем не только у меня. У Тюрона тоже красный, только

многим ярче. И что это значит?

—Секрет, — и снова я озвучила

свои мысли.»

Конечно же я не смогла остаться в неведении.

Все выяснила. Если честно, просто спросила у Раша. Он сказал, что видел похожую

штуку лишь раз. Когда был жеребенком. То есть очень давно. Уточнять у кого

именно, не стала. Поняла, что тема щепетильная. Цвет камня показывает самые

яркие чувства человека. Если тебе грустно, станет синим. Если ты счастлив, зажжется желтым. Симпатия и влюбленность сопровождаются розовым цветом. А вот

алый — это уже любовь. Причем она может быть к кому угодно. Просто чувство, без

привязки. Странный вопрос, но, кого из них я люблю? Или может это вообще другая

любовь. К маме, например. Интересно, как она там?

Тюрон подтвердил слова Раша. Интересно, а у

него к кому чувства? К дочери сестры? Судя по тому, как он о ней рассказывал…