скривилась, будто подумала о чем-то неприятном.

—Сбежал? — Разрушитель виновато

кивнул и вдруг опустил взгляд, будто он какой-то ребенок, а моя мама— его

мама.— И ты тоже? От мужа, — уточнила она, а меня как-то даже как-то

перетряхнуло.

—Не хочу об этом говорить, —

пояснила я свою хмурость и решила перевести немного внимания на нее саму.—

Мам, а ты как? Что ты вообще делала все время?

—Веселая история. Ко мне прибегает

Маша, вся в слезах. Говорит, что на тебя какой-то маньяк напал. Я туда. Дочери

нет, кровь есть, а рядом тонкое место. Я поняла, что ты в него попала, а из-за

угрозы жизни и недостатка магии, тебя туда и затянуло. За год набросала

заклинание и ушла, — то есть мы разминулись совсем на чуть-чуть? — Шестнадцать

лет ходила по мирам, искала нужный. И вот я здесь.

—И я этому безмерно рада, — снова

обняла маму, по привычке утыкаясь носом в ее отросшие русые волосы.—

«Изменит ли ее появление наши отношения?» — Одними губами спросила у

Маэстро, что все еще немного сконфуженно наблюдал за семейным воссоединением.

—“Нет», — чуть подумав,

но все же твердо ответил Маэ. Так же беззвучно.

Я рада, что мама вернулась, но… Нет никакого желания терять все снова.

Это неправильно, неловко, но… Я не хочу. Снова одной, но теперь уже навсегда.

—Мам, кстати, а как ты цвет волос

поменяла? — Я уверена, что она не красилась. Тем более, они бы белые отрастали.

—У меня же дочь физик! Помнишь, я

тебя попросила набросать мне формулу перехода цвета от белого к русому? —Помню, это было не сложно.

—Все понятно, — а я то думала,

почему мне так просто далось это на самой себе. А тут вон как.

—Кстати, вы на охоте что ли? — Мы

с Маэстро одновременно дернулись, коротко переглянулись и одновременно решили

ничего не говорить о моей маленькой проблеме.

—Если можно так сказать. Кто-то

балуется с магией диффузии, — это я ее так называю, а так это сопряжение.—

Совмещает зародышей монстров в хрустальных шарах с темной магией и делает

инкубаторы, — вместо правды должно сойти и так. Тем более, я же не вру.

—Жуть какая, — перетряхнула

плечами женщина, посмотрев куда-то в лес.— А конкретно здесь кто?

—Вервь и реврь, — вот теперь с нее

точно крик можно писать. Картину крик.

—И вы, два олуха, полезли в

опасное ЛИЧНО ВАМ место? — И что-то явно не особо цензурное она пробубнила себе

под нос.

—Но мы справились, — оскал как у

собаки. Говорила ей так не делать, люди пугаются. Вон как Маэстро на нее

смотрит.

—Допустим. Кстати, насчет волос, —

женщина взяла мою не особо длинную прядь в руку, чуть потерла и вздохнула.—

Исцели, — ничего не произошло, а мама чуть не зарычала.— Снизойди белой

благодатью на дитя свое и даруй ему прощение мира, Великая Богиня, — от

кончиков ее пальцев ко мне потянулись белоснежные частички созидания, приятно

щекоча кожу и одновременно обжигая что-то многим дальше тела. Но я честно

терпела.

Сначала ничего особо не произошло, а потом вдруг волосы мамы удлинились

и плотным белоснежным ковром легли за ее спиной. Так же поступили и мои. Это

что еще такое? Где конец?!

—Значит я все же была права. Моя

сила ушла к тебе, — поясните, пожалуйста! А то у меня сейчас инсульт в рассвете

лет случится.— Я была беспредельной, теперь только двадцатого уровня. Еще

меньше стала… Так вот. А ты теперь беспредельная. Или безграничная, как еще

говорят, — а вот это не есть хорошо. Мы с ректором одновременно подумали об одном

и том же.— Я вот гадала, кем ты будешь. Разрушителем, или созидателем.

Мы с мужчиной дернулись и непонимающе уставились на маму, которая будто

не замечала нас в своих грезах. Уплыла. А я поплыла. Почему я вдруг должна быть

разрушителем? Или она знает о проклятии?

—Мам, а если пояснить? — Голос

дрогнул, но я постаралась сделать вид, что все так и задумано.

—С начала? — Кивнули оба.— Мне

мама рассказывала еще в детстве, что несколько поколений назад мы жили в другом

мире. Что род у нас был какой-то известный, сильные маги. Только вот я ей не

верила. А потом нашла заклинания и как-то умудрилась перенестись. Так же пошла

учиться, встретила Маэстро, вышла замуж за него, стала королевой, — она о Маэ

так говорит, будто его здесь нет.— Потом забеременела, — что?..— А тут эти

придурки со своими: «Ты иномирянка, бу-бу-бу». В общем, пришлось

сбежать. Тогда я подумала, что так будет лучше. Для всех. Сейчас жалею.

И только сейчас мама обратила внимание на то, как одновременно мы с

разрушителем зависли. Забеременела? А потом уже ушла в другой мир? То есть я…

Нет! Этого не может быть… Я не могу быть дочерью… Нет!

—Зара, погоди секундочку, — решил

все же подать голос Маэстро, пока мама все больше углублялась в свою

беременность и сложности жизни в технической эпохе, где совсем нет магии.— Ты

не могла бы кое-что пояснить?

—Что Настя— твоя дочь? Могла

бы, — и так легко она об этом сказала, что мне плохо стало.

Мы одновременно как-то по-новому посмотрели друг на друга, а потом вдруг

выражение лица мужчины стало виноватым и немного смущенным. Маэстро— мой

отец… То есть я пол года встречалась со своим… То есть я переспала со своим

отцом?! Как это может в голове нормально уложиться?! Вот что изменит наши

отношения, теперь уж точно. Единственный факт. Я дочь Короля Маэ… Принцесса

дэ Маэ…

Я почти физически почувствовала, как по телу пробежал ток, вперемешку с

частичками разрушения, что захватывали не только мою душу, но и сердце. Я

потеряла мужа… Теперь еще и… Да какого черта с моей жизнью творится?!

Почему нельзя просто дать мне отдохнуть?

—Сан, — чуть хрипловатым голосом

позвал меня мужчина, но я вдруг резко встала, чем напугала не только родителей, но и коней.

—Молчи, — немного зло выдохнула я

и резко отвернулась, когда картинка подернулась темнотой.— Мне нужно побыть

одной, — и я уже собиралась уйти, но сбоку заржал и затопал Апи.— Хочешь со

мной? — Конь часто-часто закивал, на что я только ухмыльнулась. Он слишком

умный.

Под непонимающий взгляд мамы и виноватый ректора, я, отцепив Апокалипсиса

от дерева, двинулась в сторону реки, что была в десяти минутах от нашей

стоянки.

Как много мыслей и все не особо радужные. Маэстро оказался моим отцом, которого я никогда не видела и не знала. Теперь понятно почему. А как можно

было догадаться, если я копия мамы? У нас с ним только глаза одинаковый.

Незнание не избавляет от ответственности. Инцест— дело семейное.

Не смешно, но жизненно. Я присела на берегу и спрятала лицо на коленях, пытаясь сдержать тьму, что уже совершенно не скрывалась и бушевала вокруг.

Только бы не заплакать в голос. Даже перед конем стыдно будет.

—Можешь особо не сдерживаться, я

впитаю лишнее разрушение, — и почему я даже не удивлена?

—То есть ты тоже демон? —

Усмехнулась я, поворачиваясь в сторону коня, что сейчас внимательно смотрел

куда-то в небо, впитывая в себя частички разрушения, как и обещал.

—А как же. Стал бы со мной Азазель

нянчиться, если бы я был просто лошадью, — не логично. Он у меня добрый

мальчик.— Не вешай нос, мир не рухнул от того, что ты узнала.

—А может. Вот я сейчас сорвусь,

расплачусь, разрушение захватит весь свет, что остался и будет бум, — конь

присел рядом и, толкнув меня в плечо, смешно сложил задние копыта под собой.

И вдруг, подернувшись черной дымкой, начал уменьшаться и растягиваться в

длину. Туман рассеялся, а на месте коня появилась довольно большая змея. Чуть