Сев на стул, я уронила голову на гладкую и прохладную поверхность стола, стараясь унять боль, которая стучала в висках отбойными молотками. Война иссушила меня, выжала все жизненные силы как из половой тряпки и заставила сходить с ума от тяжести, которая сдавливает грудную клетку. Сейчас мне казалось, что я не способна жить дальше, что победа, доставшаяся нам за слишком высокую цену, не доставляет мне радости. Казалось, что душа умерла, а плоть до сих пор продолжает существовать, вынашивая в себе лишь пустоту.

- Ты как? – Послышался тихий голос Джорджа, от которого я вздрогнула и с огромными усилиями подняла голову, чтобы посмотреть на него.

Он выглядел таким же усталым: под глазами залегли темные круги, а сам взгляд был слишком тяжелым, чтобы долгое время любоваться им. Но в отличие от меня Джордж слабо улыбался, стараясь держать себя в руках.

- Нормально, - соврала я и прикрыла глаза.

- Я тоже не могу спать. – Он сел напротив и сжал мою холодную руку своей теплой ладонью.

- Мне все время кажется, что будь я внимательнее, то смогла бы спасти Сириуса и уберечь Гарри от той боли, что он сейчас испытывает.

- Не смей винить себя. – Джордж нахмурился. – Вот уж в чем, а в этом ты точно не виновата, ясно?

Я неуверенно кивнула и сделала глубокий вдох, наполняя свои легкие живительным кислородом, от обилия которого даже закружилась голова.

- Почему я не могу радоваться победе вместе со всеми? – прошептала я, взглянув в глаза своему собеседнику.

- Ты и сама знаешь ответ.

Я снова кивнула и устремила взгляд на поверхность деревянного стола. Джордж чуть сильнее сжал мою руку, а затем подошел и крепко обнял. Я прислонилась головой к его груди, слушая мерное биение сердце и ощущая тепло его тела.

- Если бы ты погиб… - начала я дрожащим голосом, медленно осознавая, какое же счастье, что он сейчас рядом со мной, здесь и поддерживает меня.

- Забудь об этом. Я бы не умер хотя бы потому, что ты еще не преподнесла мне свой подарок. – По интонации я поняла, что Джордж улыбается, и сама слабо улыбнулась, чувствуя, как кровь приливает к щекам, давая понять, что душа тоже все еще жива, она здесь, просто спряталась где-то в недрах моего тела.

- Какой же ты дурак, Джордж Уизли, - прошептала я и посмотрела в его смеющиеся глаза, сверкающие неподдельным огнем.

- Брось, я классный, - хохотнул он, и я широко улыбнулась, покачав головой. – Пойдем спать?

- Я не хочу вновь пережить весь этот ужас во сне.

- Я буду рядом, договорились? Вот увидишь, тебе ничего плохого не приснится. – Он лукаво посмотрел в мои глаза, а затем потянул за руку вслед за собой, и я повиновалась.

Джордж лег рядом и обнял меня, устраивая свои руки на моем животе. Его спокойное дыхание согревало кожу на шее и усыпляло. Чувствуя спиной, что Джордж рядом, что он оберегает мой сон и в очередной раз защищает меня от дурных сновидений, я заснула крепким и здоровым сном, в котором мне совершенно ничего не приснилось. Самовнушение это или действительно присутствие Джорджа как-то влияет на мое внутреннее спокойствие, я не знала, но что бы это ни было, я благодарна.

Когда я проснулась, Джордж все также мирно спал рядом и забавно сопел. Его рыжеватые ресницы подрагивали во сне, но лицо оставалось умиротворенным. Я улыбнулась и еще ближе придвинулась к нему, намереваясь изучить каждый миллиметр его лица. Спустя неопределенное количество времени мне удалось насчитать девятнадцать ярких веснушек, а Джордж все еще спал. Улыбнувшись, я потянулась к его губам и едва коснулась их. Парень нахмурил брови во сне, а затем с трудом разлепил сонные глаза и часто заморгал, фокусируя на мне свой взгляд.

- Ты выглядишь значительно лучше, чем вчера, - хрипло сказал он и, зевая, потянулся.

- Потому что я отлично спала, - с легкой улыбкой ответила я. – Стой. Ты сказал вчера?

- Мы проспали больше суток, - беззаботно отозвался Джордж. – Точнее я вставал поесть, а ты так и спала.

Как только он заикнулся про еду, мой желудок протяжно заурчал, издавая крик умирающего кита. Я смущенно прикусила губу, а Джордж хихикнул.

- Думаю, мама уже приготовила завтрак, так что ты как хочешь, а я намереваюсь знатно подкрепиться.

Парень поднялся с постели и почесал лохматую рыжую макушку, а я заметила на его лице след от подушки и хихикнула.

- Вставай, Грейнджер! – Он стал стягивать с меня одеяло, которое я пыталась натянуть до самого подбородка.

- Отдай! – хохоча, просила я.

- Не заставляй меня применять грубую мужскую силу, - притворно пригрозил юноша.

- Встаю я, встаю, - буркнула я, отрывая голову от подушки и сдувая непослушный кудрявый локон с лица.

- Кстати, - Джордж обернулся в дверях. – Не забудь, что сегодня похороны.

Хорошее настроение было испорчено вмиг, поэтому я поджала губы, а как только дверь за парнем закрылась, повалилась обратно на подушки и простонала, спрятав лицо в ладонях.

Нехотя отодрав свое тело, мышцы которого затекли от долгого сна, я приняла теплый душ, надела джинсы и клетчатую рубашку, кое-как расчесала волосы, свалявшиеся до ужасного состояния, и спустилась в кухню, откуда доносился аппетитный запах блинчиков. Сглотнув слюну и погладив живот, вновь издавший боевой клич, я пожелала всем доброго утра и села за стол.

Мне совсем не хотелось присутствовать на похоронах, но это был мой долг, обязанность, которую я не могла нарушить. Я думала, что вновь буду плакать и до крови прикусывать губы, чтобы сдержать порыв истерики, судорожно цепляться за руку Джорджа, но этого не случилось. Казалось, что все слезы высохли, а эмоции просто похоронены заживо в моей душе. С разных сторон доносились всхлипы, а я стояла и смотрела на процессию стеклянным взглядом и почти не моргала. Как ни странно, боли тоже не возникло, была лишь давящая тяжесть в груди, как будто на меня сбросили бетонную плиту, и сосущее чувство тоски.

Джордж все это время стоял рядом со мной и держал меня за руку, лишь иногда чуть крепче сжимая ее, показывая тем самым, что он рядом и готов подставить свое плечо в любую секунду, как только мне это потребуется. Возможно, именно поэтому я стойко держалась.

Когда все закончилось, я нашла в себе силы подойти к Гарри, который стоял напротив надгробия, где похоронен Сириус, и сжала его плечо. Друг чуть повернул голову в мою сторону, а затем снова устремил взгляд на прежнее место.

- Я слишком мало провел с ним времени, - нарушил тянущую тишину он.

А мне внезапно стало стыдно, что я прожила с этим человеком почти год бок о бок, а Гарри был лишен такой возможности. Я прикусила губу и тяжело вздохнула.

- Скажи, Гермиона, мы встретимся с ним по ту сторону? – Гарри обернулся и с надеждой посмотрел мне в глаза.

От этого взгляда что-то оборвалось внутри меня, и я едва не расплакалась, но все же смогла удержать контроль.

- Обязательно, - прошептала я. – А пока он будет жить вот здесь, - Я аккуратно положила руку ему на грудь. – В твоем сердце.

Гарри слабо улыбнулся и кивнул, а затем перехватил мою руку и переплел наши пальцы.

- Спасибо, что ты рядом, я ценю это.

- Так будет всегда, - прошептала я.

Друг кивнул и последовал вверх по склону, где его терпеливо ждала Джинни. Я кинула тоскливый взгляд на надгробие Сириуса, а затем последовала вслед за приятелем.

Облокотившись о широкий ствол раскидистого дерева, меня ждал Джордж, рассматривая кучерявые облака на светлом небосводе. Я подошла к нему поближе, и наши взгляды встретились. Он мне ободряюще улыбнулся и протянул руку, за которую я тут же взялась, а затем повел куда-то вперед, подальше от этого места.

- Как Фред? – спросила я, нарушив молчание.

Отовсюду доносилось пение птиц, ласкавшее слух, да шелест листвы, которую бережно перебирал слабый южный ветерок. Было так тихо и спокойно, словно не существовало той войны, той тьмы, что поглощала каждого и нагло селилась в сердцах людей.

- Все еще не приходит в себя. – Джордж невольно сильнее нужного сжал мою руку, отчего захрустели суставы.