«Я просто не могу. Если бы я мог, я бы сказал вам, но я не могу ».

  Я искал, где сесть, и, наконец, отодвинул стул от стола. В книге было что-то вроде рисунка архитектора: фигура барана с длинным вьющимся рогом, покрытым кругами и решетками. Цифры и буквы, написанные мелким шрифтом, объяснены курсивом слева. Вылетела фотография. Я наклонился, чтобы поднять его, но Феликс был впереди меня, так что наши головы тряслись.

  Я попятился, потирая висок. Мельком фотография была ярко-золотой формы, но Феликс схватил у меня книгу и вложил в нее фотографию прежде, чем я смог отчетливо разглядеть книгу или картинку, хотя я разглядел название вдоль корешка: Искусство в меди: техническая история. Под ним был телефонный код Библиотеки Конгресса и штамп библиотеки ИИТ.

  Я уставился на него, пораженный тем, что он так скрытно относился к технической книге.

  «Это не мое», - пробормотал он и сунул книгу в рюкзак. «Я не хочу, чтобы кто-то пачкал».

  «Да, конечно . . . Я полон решимости помочь Лотти и твоему адвокату спасти тебя от ареста. Одна вещь, которая могла бы помочь, - это несколько причин, по которым Фоссон мог иметь ваш номер, поскольку вы говорите, что не знали его.

  «Я никогда с ним не встречался; Я никогда с ним не разговаривал ». Мышцы в его горле работали, когда он судорожно сглатывал. «Я понятия не имею, почему и как Фоссон получил мой номер».

  «Он много времени проводил в сирийско-ливанском центре на юго-западных окраинах. Вы когда-нибудь были там, может быть, провести для них презентацию с некоторыми инженерами в Свободном Государстве? »

  «Это похоже на полицейский вопрос», - возразил он.

  Я грустно улыбнулся. - Думаю, я своего рода полицейский, но это не было вопросом полицейского. Я подумал, может быть, кто-то в центре знал вас обоих и записал для него ваш номер. Он мог бы хотеть - я не знаю, что он мог бы хотеть. Но у него могла быть причина, чтобы попытаться связаться с вами ».

  Он покачал головой, но морщинки на его лице стали глубже.

  «А что насчет Force 5, клининговой компании?»

  Феликс совершенно замер. «Как вы узнали о них?»

  «На них работал Лоуренс Фоссон. Ты?"

  Он покачал головой медленными, резкими движениями, почти как машина, которую он сам мог создать.

  Я попробовал несколько других гамбитов, но не смог заставить его сказать что-нибудь еще. Сила 5 полностью заткнула его. Я даже не мог понять, означало ли это напряженное рукопожатие, что он там не работает, или это была виноватая реакция на то, что я раскрыл название клининговой компании.

  Я наконец сдался. «У меня назначена встреча с Дином Паздуром. Лотти говорит, что он угрожал вам изгнанием?

  «Не так уж и грубо», - пробормотал Феликс. «Просто… я не успел хорошо учиться в классах этой зимой. Он сказал, что я должен взять отпуск, поехать домой в Канаду, посмотреть, все ли утихнет ».

  «Я полагаю, он знает, что у США есть договор об экстрадиции с Канадой. Но, может быть, если ты уйдешь, это замедлит работу шерифа. Ты хочешь уйти?"

  Его темные глаза метнулись на комод у двери. "Да. Нет, я не знаю.

  Это все, что я мог от него получить. Я посоветовал ему позвонить мне в любое время дня и ночи, как только он захочет поговорить, и повернулся, чтобы уйти.

  На выходе я остановился у бюро. Сверху была книга, которую я узнал, тонкий том лазурного цвета с инкрустированным серебром узором.

  «Стихи Тарика Катабы?» Я был удивлен. «Эта же книга у Фоссона была рядом с его кроватью. И ты все еще говоришь мне, что никогда его не знал? »

  Феликс схватил книгу и прижал к сердцу. «Черт тебя побери, Вик, черт тебя побери, я никогда не встречался с Фоссоном, я никогда с ним не разговаривал. Почему у меня не может быть собственная книга стихов? Вы знаете каждого человека, который читает - я не знаю - любого поэта, который вам нравится? »

  Гневные слезы хлынули из уголков его глаз.

  В голове крутился калейдоскоп: женщина с длинной косой на Девон-авеню. Дочь, получившая специальную награду за арабскую поэзию, пока Тарик Катаба находился в тюрьме.

  «Катаба, его дочь учится здесь, не так ли?» - мягко сказал я.