— Эли, я все-таки против, чтобы ты участвовала в этом шоу с камерами, — обеспокоенно говорит мама, пододвигая мне тарелку с бутербродами Андерсена, — ты прекрасно знаешь сегодняшнюю политическую обстановку в нашей стране.

— Мам, я тебе обещаю, все будет хорошо, — утешаю ее я, запивая вишневый сок, — тем более, меня еще никто никуда не взял. Или ты боишься, что прекрасный принц разобьет мне сердце?

Лицо мамы остается непроницаемым, впервые за последнее время я не могу прочесть ее эмоции.

— Это не шутки, — наконец проговаривает она, — это может привести к серьезным последствиям для нашей семьи.

— Я не понимаю, почему ты так беспокоишься по этому поводу? Мы что, скрываемся от государства? — недоумеваю я, дожевывая бутерброд.

— А что будет потом, когда ты вернешься из этого шоу? Ты думала об этом? Ты подумала о дальнейших действиях? — не унимается мама, закидывая меня вопросами.

— Мам, все будет хорошо, — уверяю я, допивая сок, — устроюсь в ресторан через дорогу, где работает Карен. Да и потом, после отбора, может быть, появится много других предложений, и мы обязательно накопим на твою операцию.

Мама обреченно вздыхает, опуская взгляд вниз.

— Я побежала, пожелай мне удачи! — по пути говорю я, обувая черные туфли на танкетке.

—Удачи… — раздается тихий голос мамы.

От моего дома до дворца Фреденсборг — около тридцати километров езды или около десяти станций метро, так как он находится за чертой города. Я благополучно добираюсь до ворот дворца, изнемогая от желания снять туфли и, наконец, пойти босиком. У ворот Фреденсборга уже образовалась приличная очередь из разнообразных девушек, которые то и дело постоянно что-то обсуждают. Некоторые пришли сюда целыми компаниями, а кто-то, как и я пришел на отбор поодиночке. Возле самих ворот стоит молодой парень с планшетом в руках, на нем светло-розовая футболка организатора с логотипом кастинга и бейсболка того же цвета. По бокам от него стоят два суровых охранника, преграждая путь незваным гостям. Судя по слухам из толпы, юноша с планшетом удостоверяется в личности каждой девушки, проверяет наличие ее имени в списках приглашенных, затем выдает специальный пропускной тоненький браслет.

Я встаю в очередь за одинокой молчаливой девушкой в легком летнем сарафанчике бежевого оттенка, едва прикрывающий ее бедра. Ветер слегка колышет ее длинные волосы цвета молочного шоколада, она то и дело пытается придерживать челку, чтобы она не перекрывала ей взор.

— Но такого не может быть! — раздается возмущенный женский крик из очереди.

— Кэтрин, я тебе еще раз повторяю, тебя нет в списках приглашенных. Ты можешь отправить анкету на участие повторно, а сейчас, прошу, не задерживай очередь и покинь дворец. — раздается монотонный голос парня с планшетом.  — Следующая девушка!

Гул в очереди возобновляется с новой силой, и с нахмуренными бровями девушка покидает очередь, уходя в противоположную сторону дороги.

От волнения я поджимаю губы, ощущая, как в ладонях начинает скапливаться пот. А вдруг меня тоже нет в списках приглашенных и я, так же, как и эта девушка с позором вылечу отсюда?

— Тоже волнуешься, что тебя нет в списках? — со слабой улыбкой на лице спрашивает девушка в бежевом сарафане, поворачиваясь ко мне лицом.

Я замечаю ее едва выделяющиеся рыжие веснушки в области носа и щек, а глаза непередаваемого янтарного оттенка с неподдельным интересом стреляют в мою сторону.

— Да, есть немного, — признаюсь я, громко выдыхая.

Девушка широко улыбается и протягивает свою тонкую кисть вперед.

— Меня Марта зовут.

— Элизабет, — я отвечаю на рукопожатие и сжимаю ее прохладную ладонь.

— Ты знаешь, что сегодня будет? — спрашивает Марта, бросая взгляд на компанию девушек позади нас, которые постоянно над чем-то хохочут. — Поговаривают, на первом отборочном туре много кого сливают.

— Понятия не имею, — я пожимаю плечами, провожая взглядом впередистоящую девушку с браслетом на руке, — твоя очередь.

— Марта Ларсен, — мягким голосом проговаривает девушка, поправляя прядь выбивающихся каштановых волос за ухо.

— Марта Ларсен, Марта Ларсен, Марта … — монотонно повторяет парень с планшетом, напрягая нас обеих, — а вот, нашел, держи браслет и проходи во дворец в первую залу.

Девушка оглядывается на меня с широкой улыбкой на лице, я отвечаю ей тем же. Она принимает браслет и, минуя двух охранников, следует по широкой дорожке, ведущей к роскошным дверям дворца.

Парень кивает в мою сторону, поджимая губы, всем своим видом напоминая мне, что я здесь не одна и своей медлительностью очень даже задерживаю очередь.

— Элизабет … Элизабет Хансен, — прерывисто сообщаю я с глупой улыбкой на лице, поджимая ладони.

— Так, Элизабет, Элизабет, Элизабет… — снова и снова повторяет он, листая огромный список имен на своем планшете, — Хансен, наконец-то, нашел твое имя, бери браслет и ступай за остальными.

Я мысленно выдыхаю с облегчением, принимая от него красный силиконовый браслет с логотипом кастинга, и натягиваю его на левую руку. Минуя двух охранников, я захожу на территорию дворца, удивляясь его просторами и необыкновенной красотой.

Фреденсборг выполнен в стиле барокко: крыша с острыми штыками напоминает цвет свежескошенной травы, а сам дворец покрыт белоснежной укладкой. Дворец представляет собой квадратное полутораэтажное здание, которое венчает центральный купол. От дворца расходится сеть дорожек, размечающих границы охотничьих угодий.  Перед главным входом располагается восьмиугольный двор, с восточной стороны дворца организованы площадка для верховой езды и длинные конюшни, а рядом с дворцом находится небольшая оранжерея.

Возле главных дверей я замечаю Марту, которая машет мне своей тонкой кистью, зазывая во дворец. Я увеличиваю шаг и через несколько секунд оказываюсь на огромном крыльце.

— Пошли скорей, — радостно говорит она, — мне не терпится посмотреть дворец.

И вправду, дворец закрыт для посещения туристов многие годы. Простым смертным разрешают посещать лишь небольшую часовню, в которую можно попасть и не заходя в сам дворец.

Внутреннее убранство дворца кажется намного богаче и вычурнее, нежели внешние фасады. Высокие потолки, увенчанные различными фресками, бесконечные коридоры с нескончаемыми портретами монархов Дании, все выполнено в стиле позднего барокко и рококо с малой толикой классицизма.

Нас встречает девушка с высоким белокурым хвостом, одетая в ту же светло-розовую футболку с логотипом кастинга, удерживающая в руках огромное количество бумажек.

— Добро пожаловать, девушки! — восклицает она, преграждая нам путь, одновременно высматривая наши браслеты. — Могу я узнать ваши имена и фамилии?

— Марта Ларсен, — проговаривает моя здешняя подруга. 

— Элизабет Хансен, — отчеканиваю я.

— Большое спасибо! — добродушно восклицает она, одновременно занося наши данные в свой планшет. — Прошу вас, проходите в дверь под номером один в правом углу напротив лестницы.

Мы благодарно киваем девушке и проходим к двери точно по ее указаниям. Возле двери не оказывается никакой очереди, и мы решаем аккуратно постучать в деревянную двухметровую дверь с позолоченной ручкой. Отворяя дверь, мы благополучно проходим в кабинет, где за небольшим столом сидят две девушки в аналогичных футболках организаторов пудрового оттенка.

— Проходите, пожалуйста, — громко восклицает одна из них. — Ваши имена?

Меня начинает напрягать, что на каждом углу мы вынуждены представляться.

После того, как мы вновь представляемся, другая девушка, чуть покопавшись в бумагах, выдает нам медицинские листы, на которых крупным шрифтом напечатаны наши имена, и я вздыхаю с облегчением, что нам больше не нужно будет представляться.

— С медицинскими листами вы можете пройти в дверь под номером два, она находится напротив двери под номером один, там объяснят, что вам нужно будет сделать, — добродушно объясняет первая девушка-организатор.