Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Лина Ласс

Кинки

Глава 1

Курсор мигал, отсчитывая секунды, а я никак не могла сосредоточиться на тексте. Голова была совершенно пуста, а в висках отдавалась тупая боль от лишних трёх бокалов.

Вчера мне стукнуло тридцать, и моя младшая сестрёнка устроила мне вечеринку-сюрприз. Как только я щёлкнула выключателем, в коридоре из ниоткуда выскочила целая толпа моих подруг с конфетти, шариками и хлопушками. Никто даже слушать меня не стал, что на завтра мне нужно сдавать статью – все девчонки ещё до моего прихода хорошенько приложились к игристому и непременно хотели споить меня.

Поначалу я поддалась на уговоры и согласилась на один бокал. Но почему-то он совершенно не пустел в течение вечера. Видно, кто-то из подруг незаметно подливал мне по чуть-чуть, и уже к девяти часам я танцевала на столе, распевая в караоке «Гуляй, шальная императрица».

Потом плохо помню пустые разговоры на кухне, я снова курила, хотя бросила два года назад, жаловалась на отсутствие личной жизни, на строгого начальника и, кажется, успела порыдать.

А проснулась я от писка будильника лёжа на диване в том же платье, что и вчера. В квартире кроме меня никого не оказалось – предательницы сбежали ночью, оставив меня совершенно одну в полном бардаке. Конфетти и ошмётки воздушных шариков вперемешку с пиццей и пустыми бутылками валялись на столе, под ногами и даже в коридоре.

В ванной на меня смотрело лохматое чудище с синяками от туши, распухшим лицом и всё ещё похмельным взглядом. Понадобился холодный душ и литр крепкого кофе, чтобы привести себя в чувство. На макияж и укладку уже не осталось времени, как и сил наряжаться, поэтому я влезла в первые попавшиеся джинсы и футболку, стянула волосы в узел и вызвала такси. Трястись в автобусе не было никакого желания.

Я опоздала на десять минут, но Дашка, моя коллега, с которой мы обычно обсуждали за кофе последние рабочие сплетни, прикрыла меня.

– Кирилл Андреевич тебя спрашивал, – сказала она, поднося мне чашку эспрессо.

Дашенька, святой человечек, дай Бог тебе здоровья. Я трясущимися руками схватилась за бумажный стаканчик и почти залпом осушила его.

– Где я на этот раз? – спросила я.

– У тебя начались месячные, и ты ушла в туалет. Мужики всегда затыкаются, стоит им сказать о критических днях.

Это был наш с Дашкой способ отмазки. Если кто-то из нас опаздывал или уходил раньше без предупреждения, мы всегда прикрывали друг друга, выдумывая на ходу. Вот и в этот раз она сочинила историю с месячными, пока я стояла в пробке на Каменоостровском.

– Что, погуляли хорошо?

Я только молча кивнула и, ловко бросив в мусорное ведро стаканчик, направилась к своему столу. Немного мутило и шатало, но надо было собраться и доделать работу. Статья о новых развлечениях Петербурга должна была лежать у Кирилла Андреевича на столе до полудня, а мой лист word был девственно чист, ещё даже не был придуман броский заголовок, хотя заметки и корявый черновик я подготовила ещё вчера.

Начальник утром неспроста спрашивал обо мне – статья должна была стать главной темой журнала в июньском номере, который уходит в печать через пару дней. Я кормила босса завтраками, собирая материал, беря интервью, выматываясь из последних сил, потому что знала, что эта работа пробьёт мне дорогу из автора рекламных статей в высшую лигу. И вот вчера накопленный материал должен был вылиться в органичный текст, но… я поддалась шампанскому и всё пошло по одному месту.

И сейчас, сидя перед монитором, я не могла собрать мысли в кучу, чтобы скомпоновать всё наработанное в один текст. Секунда шла за секундой, минута за минутой, а в голове гулял ветер.

«Лидааа», – стонала я про себя, – «Лида, соберись. Давай, девочка, хоть одно слово напечатай, а там пойдёт-поедет, буква за буквой, строка за строкой…»

Но пальцы неподвижно лежали на клавиатуре, а взгляд гипнотизировал курсор, будто от этого текст сложится сам собой.

Из ступора меня вывел щёлкнувший звук внутреннего чата.

Введенский Кирилл:

«Лида, жду у себя в 12:00»

Как обычно сухо и безэмоционально, строго по делу. Начальник есть начальник. Но это сообщение будто стало выстрелом стартового пистолета для меня и, уже видя перед собой выговор или, что ещё хуже, угрозу увольнения, я как сумасшедшая стала строчить по клавишам. Два с половиной часа… Что ж, попытаюсь выжать из них всё, на что только способна.

Даша подходила пару раз пригласить на кухню выпить кофе, но я только качала головой, приговаривая «Дедлайн», «Сроки».

В глазах стало сухо. Кажется, пока сидела за монитором, разучилась моргать. Зажмурившись, потёрла переносицу, ощущая острую потребность в кофе и решила наконец-таки сделать перерыв, но, вернувшись со стаканом капучино к своему месту, замерла как заяц в свете фар.

У моего кресла стоял Кирилл Андреевич, уперев руки в бока и строго глядя на меня.

– Лида, четверть первого. Где тебя носит? – громогласно разнеслось по залу. Головы остальных подчинённых тут же обернулись в мою сторону. Я даже сглотнула от такого холодного тона начальника, и судя по всему, он не предвещал мне ничего хорошего.

Босс развернулся и быстрым шагом прошёл в свой кабинет. Дашка со своего места подняла вверх кулак и проводила меня взглядом. Я бросилась к своему столу, кинула в печать то, что успела настрочить и быстро допив кофе, схватила листы. Но перед дверью начальника внезапно потеряла всю уверенность, которая во мне ещё тлела и тихо постучала, надеясь, что никто не услышит и вообще забудет про моё существование. Но громкое «Войдите!» не оставило мне шансов.

Глава 2

Введенский сидел за столом, просматривая на мониторе фото для гастрономической рубрики, и не сразу обратил внимание на застрявшую в дверях меня.

Кирилл Андреевич одним взглядом тёмных глаз мог приковать подчинённых к месту и испытывать благоговение и трепет, но мне сейчас даже этого не требовалось – такие искры шли от него.

– Неважно выглядишь, Лида, – он повернулся ко мне и указал на стул напротив.

Я, собрав всё своё мужество, прошла на место и протянула ему статью, ну… или то, чем она сейчас являлась.

– Перчинка есть? – Введенский бросил быстрый взгляд на бумаги, даже не удостоившись пролистать их.

– Что? – не поняла я.

– Ну, все эти иммерсивные шоу и ужины в полной темноте, конечно, интересно. Но нам нужно… что-то острое. Закрытые вечеринки для священнослужителей, страйкбол по голым бабам в лесах…

Я подняла брови в надежде, что мой начальник пошутил. Сейчас рассмеётся и скажет, чтобы я не принимала это на веру, но лицо его оставалось серьёзным, а взгляд пронзающим самую душу. Молчание затягивалось, и я слегка подалась вперёд.

– Голым… бабам?

Кивок.

– В лесу?

Снова кивок.

– Где вы такое слышали, Кирилл Андреевич? – неуверенно спросила я.

– Знакомые рассказывали, – ответил он как ни в чём не бывало.

Его даже не смутило, что я могу воспринять его слова как-то неверно и оскорбительно. «Стрельба по голым бабам» – это что чёрт побери такое??? Говорить в глаза женщине, своей подчинённой, о подобном? Интересно, как на это отреагирует комиссия по этике, к которой я уже мысленно накатала кляузу на своего босса.

– Лида, тебе всё же нездоровится? Это из-за… кхм…

Я встрепенулась, ухватившись за шанс.

– Да, месячные в этот раз очень болезненные, – и приложила руку к животу, поморщившись.

Не знаю, что в этом слове такого жуткого, но все мужики всегда реагировали на него одинаково. Введенский отпрянул от меня как от прокажённой, и на его лице я заметила лёгкую брезгливость.

– Может, тебе лучше домой пойти?

– А как же статья?

Введенский нахмурился.

– У типографии оборудование накрылось. Пару дней у нас ещё есть. Если ты накопаешь к пятнице что-то острое… – его глаза прищурились. – В общем, всё зависит от тебя, Лида, но место спецкора ещё вакантно.

1
{"b":"743323","o":1}