Литмир - Электронная Библиотека

Никита Киров

Рыцарь огненной кавалерии

Часть 1

Пламенные сердца

Глава 1.1

Людвиг с детства мечтал служить в Огненной кавалерии и был счастлив, когда его наконец приняли в отряд. В тот радостный день новоиспеченный рыцарь не думал, что сбежит из первого же боя.

Он гнал коня вперед, пытаясь оторваться от преследователей, которые уже почти дышали в затылок. Шлем съехал в сторону, через узкую щель не видно ничего, кроме тёмных силуэтов деревьев. Короткая вспышка осветила дорогу, и громыхнуло так сильно, что Людвиг от неожиданности прижался к шее скакуна.

Это гроза, не выстрел, выстрелы звучат иначе. Но она помогла хоть немного прийти в себя и подумать. Почему он в этом месте? И зачем он так гонит?

Конь уже хрипел, он не продержится долго, еще немного и Уголек падет. Людвиг разжал руку, стиснувшую поводья так, что болели пальцы, и открыл забрало шлема. Темно, в лицо дует ветер, и летят капли дождя. Разве можно так гнать ночью в лесу? Но выбора нет, ведь преследователи рядом. Надо только понять, сколько человек. А потом… нет, драться слишком опасно, можно попасть в плен. Но нельзя убегать вечно, конь устал. Людвиг решился и обернулся. Никого нет. Значит, он их обогнал и…

От удара он вылетел из седла. Что-то двинуло в плечо так, что оно хрустнуло. Забрало с лязгом захлопнулось, перед глазами посыпались искры. Сквозь шум дождя был слышен топот копыт, но это не преследователи, это его конь поскакал дальше.

Кто-то придавил Людвига сверху и громко дышал. Нет, это дышал он сам. Враг слишком большой и тяжёлый. Сейчас он достанет кинжал с четырехгранным клинком и будет тыкать в щели шлема. Людвиг лежал с закрытыми глазами, но кинжал этот увидел слишком явно. Хоть сдавайся.

Он ударил левой рукой вслепую, и враг зашелестел листьями. Это ветка? Да, отломанная ветка чуть не взяла рыцаря в плен. Хоть бы никто не узнал. Людвиг перевернулся на спину и выдохнул. Ноющая боль в плече не давала сосредоточиться… но он вспомнил о преследователях.

Он попробовал убрать ветку, но правое плечо обожгло огнем. Боль такая, будто кто-то начал вырывать руку, но бросил на полпути. Пришлось выползать, отталкиваясь ногами. Набедренники, пристегнутые к кирасе, бренчали. Людвиг стянул шлем, чтобы хоть как-то увидеть преследователей. Надо дать им бой, но ослабевшие ноги сами понесли его к ближайшим кустам.

Он сел, придерживая правую руку. Можно было только надеяться, что его не заметили, и не услышали, как стучали его зубы. Людвиг несколько раз медленно вдохнул и выдохнул. Страх не уходил, но паника, от которой слабели колени и крутило в животе, понемногу отступала, и в голове прояснялось. Почему сейчас ночь? Бой начинался, когда еще было светло.

Преследователи не появлялись. Врагов должно было быть не менее десятка, с мушкетами, из которых они стреляли на скаку. Раздался очередной раскат грома. Наверное, он принял грозу за выстрел, а звук копыт собственного коня за скачущих позади врагов. Неужели Людвиг такой трус, как всегда говорили?

Ножны меча, висящего на правом боку, уперлись в ногу. От страха он забыл, что было оружие. А еще забыл о красной накидке, в которой прятался в кустах. Что еще можно было ожидать от такого, как он? Но если он выдумал преследователей, это не значило, что их не может быть. Надо скрыться, затем выяснить, где находится, и вернуться к своим. Пешком, ведь конь убежал.

Людвиг медленно поднялся. Сидеть и рыдать не выход, надо идти, а рыдать можно и по дороге. Только почему он остался один? Когда дали сигнал к атаке, он…

Прогремел гром. Он вздрогнул и тихо выругался на себя. Но вспышка показала что-то большое, стоявшее за деревьями, похожее на дом. Может, хозяева скажут куда идти или посмотрят что с рукой.

Он побрел в ту сторону. Тяжеленная кираса и промокшая куртка с привязанными кусками кольчуги на рукавах давили на болевшее плечо. Черные деревья, огромные кривые безжалостные нависали сверху. Людвиг сплюнул, теперь он испугался деревьев. Но злость на себя не делала черные силуэты менее страшными.

Очередная вспышка осветила хижину. Да, именно таким представлялся тот дом из старой байки, что рассказывали братья, пугая друг друга по ночам. Казалось, что из пустых окон, по которым хлопают разбитые ставни, кто-то смотрит, а в сорняках размером с человеческий рост спрятался тот слепой дед.

Людвиг встряхнул головой, рыцарь Огненной кавалерии не должен бояться каких-то призраков. Тем более у них нет мушкетов. Да уж рыцарь, который едва не обмочился со страха, но нужно войти и хоть немного прийти в себя, пока не промок насквозь.

Дверь не заперта, но кому придёт в голову запирать такую развалюху? При входе он задел плечом дверной косяк и скрипнул зубами от боли. Снаружи полыхнула молния, осветив хижину через окна и дыры в крыше, но кроме разбитого стола и пола, заваленного мусором, ничего не было видно. Здесь никого нет и быть не может. Но едва Людвиг выдохнул, как на него навалились сзади.

Он упал на колени. К шее прикоснулось что-то ледяное и очень острое. Вот и всё.

– Следили за мной, да? – раздался голос.

Чья-то рука скользнула вниз, вытащила меч из ножен и отбросила в сторону. Стальной клинок зазвенел при падении.

– Кто ты такой? – спросил тот же голос.

Лезвие отодвинулось, Людвиг вздохнул очень громко и пощупал горло. Целое, крови нет. Незнакомец встал спереди, но видно лишь черный силуэт на фоне окна.

– Эндлерейн, да?

Людвиг закивал.

– Так и что ты тут делаешь?

– Был бой и я… – он откашлялся. – Был бой… я сломал руку. Решил укрыться здесь. Я…

Голос дрожал, едва не попросил о пощаде, но Людвиг вовремя прикусил губу. Незнакомец вытянул руку. Что-то щелкнуло, и загорелся огонек.

– Где сломал? Покажи.

Он ткнул правое плечо, и Людвиг чуть не прокусил губу. Незнакомец недовольно вздохнул.

– Тебя преследуют?

– Да! Нет! Я думал, что да, но никого нет.

Еще один тяжкий вздох.

– Сними-ка железо, я посмотрю.

– Железо?

– Броню!

Людвиг стянул с себя накидку с эмблемой отряда и принялся расстегивать ремни кирасы. Одной рукой неудобно, но незнакомец помогать не собирался. Наконец, тяжелый доспех с грохотом упал на пол, следом отправилась и мокрая куртка.

Человек посветил на плечо. От вида выпирающей под кожей кости закружилась голова.

– Понятно. Сядь у стены.

– Что вы хотите сделать? – спросил Людвиг, но повиновался.

Незнакомец взял холодной рукой за локоть и начал поворачивать. Плечо заныло сильнее.

– Не дёргайся.

Человек продолжал пытку. Боль стала совсем невыносимой, а на самом ее пике раздался громкий хруст. Людвиг провалился в темноту, даже не успев вскрикнуть.

Кто-то дотронулся мокрой рукой до щеки и Людвиг очнулся. Глаза понемногу привыкали к темноте. Незнакомец протягивал флягу.

– Спасибо, – Людвиг отпил воды и облился.

Плечо плотно перевязано, правая рука висит на перевязи. Сустав жгло изнутри, как от горячего угля, но не так больно, как раньше.

– Был вывих, я вправил, – сказал незнакомец. Выговор немного необычный и точно не местный.

Людвиг вытер горячий лоб и поморщился: крепко же приложился. Но кто этот незнакомец? Вряд ли он живет в такой развалюхе. Скорее всего, он не враг, враг бы не стал помогать.

– Я благодарен за помощь… сэр… милорд.

Называть человека сэр, а уж тем более милорд, немного опрометчиво, если не знаешь его положения. Но вряд ли кто-то в этой лесной хижине будет проверять манеры и знание этикета.

– Как ваше имя?

Незнакомец задумался.

– Эйнар Айварсон, – наконец произнес он.

– Нордер? – Людвиг чуть не вздрогнул от неожиданности.

Вот на нордера этот человек никак не походил. Ведь нордеры – это же здоровяки в рогатых шлемах, заплетающие волосы и бороды в косички. Этот же постригается и гладко бреется. Такой же худой, как сам Людвиг, чуть ниже ростом, выглядит постарше лет на пять. С правой стороны лица виден здоровенный шрам от виска до челюсти.

1
{"b":"738428","o":1}