Единственный шрам на шее говорил о том, что мужчина чертовски везучий, ведь с такими ранениями редко выживают. А вот объемный живот намекал, что годы боевых свершений остались далеко позади.
– Турох, мерзавец, ты ли это? – просипел пришедший.
– Я, – ответил тут же проснувшийся дядька, всматриваясь в столь интересного персонажа.
– Жардон Уршак? – словно не веря своим глазам, воскликнул он и крепко обнял распахнувшего дверь стражника, – Я думал тебя убили тогда у каньона.
– Почти, – снова просипел стражник, еще больше оголяя шею, – совсем чуть-чуть не успели, когда вы с пятой лортой пришли на помощь. Тогда я был рад тебе не меньше чем сейчас. Пошли, надо отметить такое событие, – радостно похлопал Туроха по плечу старый приятель.
– Пошли, только эти двое со мной. Племянник мой непутевый.
– У тебя ж вроде не было никого из родни-то, – удивился охранник, пропуская вперед всю компанию.
– Не было, – согласился дядька, – да вот теперь есть.
От предложенного куска склиза Тим сразу отказался. Его передёрнуло от вида того, как дядька с приятелем уминают это блюдо, запивая мутной жидкостью. Бурый тоже не ел и сидел, понуро уставившись на разрезанную штанину. Под глазом у здоровяка наливался синяк, костяшки правой руки были содраны. Только Турох умудрился не пострадать в этой мясорубке.
– Слушай, друг, а чего они у тебя такие хмурые? – поинтересовался Жардон.
– Не знаю, может вещи оплакивают. Беречь пока не научились, а одежка не казённая, – повернувшись, подмигнул Тиму дядька.
– Велика беда, эт мы мигом поправим, – проговорил охранник и шатающейся походкой дошел до двери. Что-то сказав часовому, он вернулся за стол. Сейчас одежду убитых вами принесут, там ребята уже повыбирали кое-что чистое, думаю подойдёт вам.
Через пять минут в дверь вошёл молодой парень. С недовольным выражением лица он сложил на скамейку ворох одежды и вышел.
Едва успели переодеться, как дверь снова открылась. В комнату зашёл высокий и плечистый мужчина.
– Эти вот… пытались за этих вот… мне взятку дать, – пробасил он, потирая расцарапанную щеку, и втащил связанных, но упирающихся Лию с Сойкой.
– А с мордой у тебя что? – поинтересовался пьяным голосом Жардон.
– Так я когда сказал, что их тоже в камеру за взятку посажу, бежать пытались. Втроем еле связали их.
– Развяжи, они тебя подлечат, – сказал Тим, поднимаясь, – правда, Лия.
– Угу, – нехотя ответила насупившаяся девушка.
Часть 1. Глава 20
Утром Тим нашел Лию возле повозки Туроха. Она, весело смеясь, крутилась перед Таманой в новом платье.
Восхищённо глядя на преобразившуюся девушку, он всё-таки спросил:
– А что-нибудь более практичное ты купила?
Ойкнув, девушка остановилась.
– Конечно! Сейчас покажу, – и, резко развернувшись, спряталась в стоящем рядом крытом фургончике.
Через десять минут девушка вышла в плотно облегающем кожаном костюме и покрутилась перед парнем.
– Ну как?
– Ты красавица, – прошептал Тим. Приталенная куртка и брючки выглядели очень практично и в то же время вызывающе, не хватало только одной детали. Он вынул из котомки пояс, а потом и браслет. Долго не выдумывая слов, Тим просто прочитал то, что написал на браслете, и надел его девушке на руку.
Лия с тёткой остолбенели. Перевод получился ещё более неказистым чем оригинал, но женщин проняло.
– Я согласна, – сказала Лия, а Тамана выдохнула:
– Ну, точно ведун.
– Завтра утром отправляемся в обратный путь, – сказала девушка, – а сегодня вечером праздник, приходи, должно быть весело.
– Обязательно приду, – сказал Тим, глядя на невидимую другим, золотистую нить, протянувшуюся к браслету. Он моргнул, пытаясь прогнать наваждение, и нить пропала. Рассказывать про секреты подарков при тетке не стал, а просто, попрощавшись, направился по своим делам.
Подойдя к лавке алхимика, убедился, что сегодня за ним никакой слежки нет, зашёл внутрь.
Все тот же взлохмаченный седой старик, завидев парня, вынул из-под прилавка большой мешок.
– Молодой человек, где вы ходите. У меня уже все готово, поставщики ждут, когда я им принесу деньги за столь редкие товары, а вы пропали неизвестно куда. Я уже начал подозревать, что вы передумали помогать бедному Деду. С Вас 7 золотых. Все это торговец говорил с такой улыбкой, что Тим невольно тоже начал улыбаться, но услышав цену, тут же стал серьезным.
– А не сильно ли вы много запросили? Пересчитайте там, Дед дал всего две с половиной монеты, – соврал Тим. То, что принес на продажу загадочный старик, ушло за 495 коронок. Очень не хотелось расставаться со своими деньгами, а потому парень решил торговаться до конца. Спустя полчаса препирательств, ещё более взлохмаченный торговец, согласился на 5 золотых, заявив, что это его последнее слово. Было видно, что торговаться ему очень нравилось, но как Тим ни старался, дальше цену сбить не удалось.
Выложив на стол круглые жёлтые монеты, он взял мешок и вышел. Всю дорогу до повозок парня терзали сомнения, что мешок набит соломой. Слишком уж он лёгкий для такого объема. Наконец-то добравшись до Бурого, о чем-то беседующего с Сойкой, Тим поставил приобретение на телегу и заглянул внутрь.
Поначалу ему даже показалось, что он был прав. Но приглядевшись, заметил, что в соломе тут и там виднеются какие-то бутылочки. Ловкий торговец обернул каждую пучком высушенной травы и перетянул бечёвкой. От такого способа защиты драгоценных сосудов, мешок раздулся в объеме раза в три, но вероятность довезти содержимое в целости значительно возросла. Да и трава оказалась разной и совершенно не знакомой. Возможно, она тоже считается купленным ингредиентом. На дне было что-то мягкое, но Тим углубляться в поиски не стал. Затянув завязки, он положил мешок на дно повозки.
– Бурый, а где железо? – спросил он приятеля, подходя к парочке.
– Так я его под дно спрятал, – проговорил здоровяк.
– Куда? – удивился Тим.
– Пошли, покажу.
Бурый встал и, подойдя к телеге, приподнял несколько досок. Двойное дно было сделано практически точно под высоту слитков, так что, даже если бы их там была всего пара, то они бы не двигались, зажатые между досок. Но их оказалось больше. Все дно было выстлано плотно сложенными крупными брусочками.
– Ну, и вот еще, – здоровяк положил на доски свой огромный молот.
– Как ты умудрился столько всего купить?
– Говорю же, это мой хороший знакомый. Он сделал мне скидку, а за такой опт в подарок дал молот. Боялся, что не довезу купленное до дома. Лия говорила, что надо молот тут продать, но после вчерашних приключений вроде не против оставить. Я думал по приезду перековать его на мечи. Но, – парень замялся, – можно я его себе оставлю, пока остальной металл не перекуем?
– Конечно, – легко согласился Тим, заметив свой меч. Он видел Бурого в деле с молотом, и действовал тот гораздо ловчее, чем с тренировочным оружием.
– Слушай, Бурый, а можешь мне меч наточить? У тебя же вроде есть камни.
– Могу, давай я и тебе покажу как надо.
С мечами провозились до самого вечера. Обновки, которые собрали девушки, тоже привели в порядок. Сталь оказалась ещё хуже, чем та, что использовалась в оружии Тима. Хорошо наточив и подправив лезвия молотом, Бурый оказался удовлетворен результатом.
Когда с делами было покончено, вокруг во всю уже веселились люди. Еды расчётливые скарталли оставили себе немного, в аккурат на обратный путь, а вот спиртное лилось рекой. Возле большого костра в центре площади, под незатейливую мелодию местных музыкантов уже вовсю танцевали. Тим с Бурым решили, что не плохо бы и им принять участие в местных гуляниях. Так как оба не пили, они сразу направились к костру, где молодые девушки и парни тут же затянули их в хоровод.
Вокруг мелькали знакомые и не очень знакомые лица, все смеялись и что-то пели. Основная масса девушек уже прилично приблизилась к местным канонам красоты, а потому, часто именно они выбирали себе партнёров для танца, просто хватая их за руку и втягивая в гущу веселого хаоса. Так и Тим, влекомый какой-то пышнотелой барышней, влетел практически к костру, где его ловко перехватила Лия. Парень обнял ее и крепко прижал к себе, боясь потерять среди такого веселья. Предприняв слабую попытку уйти в свободное плавание, которая завершилась провалом, Лия обвила шею парня руками, на одной из которых Тим разглядел браслет, и поцеловала. Он ещё крепче прижал ее и прокричал на ухо, что хочет ей что-то рассказать, но тут слишком шумно. Улыбнувшись, раскрасневшаяся девушка потащила его за собой.