— Привет, привет. Ты вовремя, — полудемон кивнул, усмехнувшись. Помедлив, повел плечами и сознался: — Да нормально дела. Артефакт заблокировал и спрятал в районе кладбища, заодно немного с местной нечистью разобрался, а то слишком расшалилась… — он запнулся на секунду, заметив взгляд Арии. Она подперла голову рукой и словно в каком-то трансе и наблюдала за Яррикелем, внимая каждому движению и слову. — Ты в порядке?
— Я? — девушка встрепенулась и тряхнула головой. Потом улыбнулась. — Да, в порядке. Просто хотела еще уточнить, когда ты собрался… Уходить.
Яррик замер от неожиданности вопроса. Возникло ощущение, словно его ледяной водой окатили, по спине даже побежали мурашки. Полудемон моргнул и поежился. Ему совершенно не нравилось ощущение, что Ария его будто погоняет. Впрочем, возможно, в какой-то степени примерно так и было: они оба уже понимали, что девушка не отправится с Яррикелем в Межмирье. И карманник, как бы обидно и неприятно ему ни было от такого ответа, не может винить Арию в этом решении. В конце концов, у нее есть дом, она не карманник от слова «совсем». А если насильно тащить ее, будет лишь хуже, и есть риск подобным насильственным перемещением просто свести полукровку с ума.
— Сегодня, — все же пояснил полудемон. Потом выпрямился и отодвинул свой поднос, когда подошла девушка-разносчица с ужином для Арии. — У юго-восточного выезда из Тэдо есть карман… Для перемещения вполне сойдет.
Девушка, помедлив, кивнула. Она все еще колебалась в решении о путешествии, а потому испытывала некоторую неловкость сейчас в общении с полудемоном. С другой стороны, она уже договорилась о работе и месте проживания, так что следующие пару лет обещали стать довольно занимательными. Да и от постоянной беготни было бы неплохо отдохнуть: приключений в последнее время как-то излишне много стало.
— Тебя проводить? — уточнила Ария вполголоса, без особого интереса тыкая содержимое тарелки вилкой.
Происходящее ей как-то совсем не нравилось, казалось неправильным и, возможно, глупым. Яррик ощущался уже кем-то близким. И понимание, что вот-вот с ним придется попрощаться навсегда, радости совершенно не прибавляло. От него лишь становилось тоскливо и как-то очень пусто внутри, словно Ария только что потеряла всю семью разом. А ведь Яррикель еще никуда не ушел и сидит напротив. Еще есть возможность попросить его остаться ненадолго…
— Как хочешь, — Яррик повел плечами. Он прекрасно понимал, что если Ария решится на это, отвернуться и уйти ему станет гораздо сложнее, появится соблазнительный шанс утащить ее в карман вместе с собой. — Но я был бы рад.
Он печально улыбнулся в ответ, и Ария улыбнулась тоже. Вежливость и тепло не казались наигранными, были искренними, настоящими. Вот только во взгляде каждого при более внимательном рассмотрении можно было увидеть тоску и печаль. Они были бы рады провести еще некоторое время в компании друг друга, но Яррикелю нужно уходить, а Ария не может покинуть родной мир.
Остаток ужина прошел в полном молчании. В столовой стоял уютный гул: говорили посетители, переговаривались девочки-разносчицы, ругались хозяева, гремела посуда. В едва разведенном к ночи камине тихо потрескивал огонь, поедая поленья. Ария и Яррикель не разговаривали и сразу после ужина отправились к юго-восточному выезду из Тэдо.
На улице было прохладно, дул ветер, сгоняя тучи в кучки над городом, но дождь до сих пор не пошел. Впрочем, тучи были тяжелыми, темно-фиолетовыми, а где-то на подступах к Тэдо начиналась гроза. Глупо было надеяться, что дождя не будет, абсолютно точно глупо. Но Ария надеялась, что она хотя бы успеет добраться обратно в таверну прежде, чем гроза совсем разгуляется: мокнуть все же не хотелось.
К нужному месту вел Яррик: карман его тянул, словно магнитом, и ошибиться и прийти не туда полудемон не мог при всем желании. В прежнем молчании, они с Арией шли рядом, окунувшись в уже привычное тепло и спокойствие рядом друг с другом. Девушку немного потряхивало от неприятных мыслей и понимания, что она вот-вот расстанется с единственным на данный момент знакомым бессмертным, а ничего сделать с этим толком не может. Грудь сжимали холодные тиски и тянули вниз, так что оставалось только заставлять себя глубоко дышать.
Яррикель остановился резко, так что Ария по инерции сделала еще пару шагов вперед и только потом остановилась и обернулась, вопросительно уставившись на полудемона.
— Пришли, — глухо пояснил Яррик и поднял тяжелый взгляд на девушку. Та поджала губы и сделала шаг навстречу.
— Значит, видимо, все? — уточнила она шепотом, заглядывая в серо-зеленые глаза карманника.
— Все.
Яррик первым обнял Арию, зарывшись пальцами в ее волосы и прикрыв глаза. Расставаться было тяжело и больно. Откровенно говоря, он не мог толком сказать, когда он упустил момент, после которого все пошло наперекосяк и случилась такая сильная привязка к девушке-путешественнице из случайного мира на самом краю Вселенной. В конце концов, до этого у Яррикеля еще ни разу вообще не было и близко такой же крепкой связи даже с людьми, с которыми он общался намного больше, чем две с лишним недели.
Полудемон не мог объяснить себе же, почему так и зачем он вообще так сильно и неожиданно привязался к девушке. Это было приятно в некоторые моменты, это была не любовь. Но прощаться было больно: приходилось словно отрывать от сердца кусок. А сердце одно, его беречь надо.
Они простояли, молча обнимаясь, несколько долгих, бесконечно долгих, длинных минут. Растягивали мгновения, как могли, почти не двигались и надеялись, что эти несколько минут молчания и тепла никогда не закончатся. Цеплялись друг за друга, мечтая еще когда-то увидеться, и давили эту мечту на корню. Шансы, что Яррикель найдет Арию вновь, равны примерно одному к миллиарду. А шансы, что они встретятся еще хоть раз по чистой случайности, вообще стремятся к нулю. Вселенная огромна, миров тысячи… Таких же, как мир Арии, и очень похожих на него — сотни. Они больше никогда не встретятся, даже если Яррик очень постарается вновь найти нужный мир.
— Мне пора, — все же выдохнул Яррик, кажется, уж слишком долго обрывая последние мгновения тактильного контакта и мягко касаясь губами макушки Арии прежде, чем отпустить ее. — Было приятно с тобой работать.
— Да. Взаимно, — девушка кивнула, вымученно улыбнулась. Мягко провела ладонью по щеке полудемона, облизала губы и отступила. — Надеюсь, еще пересечемся… Заглядывай в гости.
— Постараюсь, — улыбка Яррикеля тоже радостной и восторженной не была, но — теплой и печальной. Не умел он прощаться, никогда не умел. Да и учиться было негде. — А ты… Видимо, постарайся быть в порядке и… Не влипай в неприятности лишний раз?
Ария тихо нервно хохотнула, а Яррик усмехнулся ей в унисон. В воздухе повисла горячая неловкость, и девушка передернула плечами в попытке сбросить ее. Потом шумно выдохнула и прохрипела полушепотом:
— Видимо… Прощай?
— Прощай.
Прощание Яррика вышло каким-то глухим и горьким. Помедлив, он полуобернулся назад, на поле, на краю которого они с Арией стояли, — буквально в нескольких шагах от них был резкий спуск вниз, а затем начиналось пшеничное поле, — и хмыкнул, словно что-то вспоминая. Потом вскинул руку с раскрытой ладонью, салютуя девушке.
— Ну… Поехали! — наигранно весело сообщил он с улыбкой. А потом развернулся к Арии спиной, сделал шаг — и исчез.
Ария осталась стоять на краю поля одна, внимательно всматриваясь в пространство в нескольких метрах перед собой и медленно осознавая, что Яррик только что в буквальном смысле исчез из ее жизни. Он буквально сам себя оторвал от ее сердца и пропал навсегда, оставив за собой пустоту. Это была не любовь, точно нет. Но крепкая, искренняя и очень теплая привязанность, которая редко бывает у бессмертных. Терять такое всегда тяжело.
Через несколько долгих минут осознания произошедшего Ария судорожно выдохнула, тряхнула головой и, развернувшись, отправилась обратно в город, в таверну. В планах у нее было для начала отправиться в горячую ванную, а затем лечь спать, ведь вставать рано: она все же договорилась с господином Джакко, как оказалось, местным мэром, что он берет ее в качестве гувернантки двоих его детей.