– Ты устала, поэтому можно лечь спать пораньше, – отвлекаясь от разговора с И-Пин, попытался убедить подругу Такеши. Девочка, вторя за ним, кивнула.

– Ммм, – потрясающе глубокомысленно ответила Тсуна.

Она и сама не знала, почему так хочет спать. Хотя нет. Она сражалась с отцом, битва вышла так себе, но ее сбоящее пламя это не волновало. Потом она вырубилась и совсем не отдохнула, рано очнувшись.

– Нет, нельзя спать, – все же выдавила Савада.

Она волновалась.

Ее не пустили навестить Вендиче одной, поэтому она так и не знала их мотивов. Они уничтожали часы, ранения были серьезными, но потому что Бел слетел с резьбы, а Леви и Ланчия перестарались. Это не умаляло вины Вендиче, однако судить все еще немного рано. Тсуна хотела с ними поговорить.

За это время Вонгола и Каваллоне развернули защиту всех оставшихся участников, их близких и мест проживания, то есть дома Савад, Сасагав, Ямамото и Шимон. Вария помощь не приняла, сама позаботившись об отеле и больнице.

И Тсуне все равно как-то неспокойно. Вроде бы она не хочет винить Вендиче раньше времени, но и за друзей страшно, вдруг их ранят. В принципе, Реборн раздал указание о приоритете жизни, а не часов. Если их уничтожить, то Стражам незачем будет оставаться. Но прямо сейчас ломать их никто не хотел, желая помочь Аркобалено и не проиграть врагам.

– Хаааа, – девушка шумно вздохнула. Сейчас так много зависит от нее, если она сразу расскажет правду, то балаган прекратится, опасность нивелируется. Но так Талбот не успеет завершить артефакт. Вендиче ждать его не будут, им плевать на свои жизни, сейчас они хотят мести. Предложить им простить все, не имея на руках доказательства снятия проклятия? Да они не поверят! – Как сложно.

– И теперь она разговаривает сама с собой, – Такеши всплеснул руками.

– Десятая, идите отдыхать.

– За нас можешь не переживать.

– Не знаю… Но, наверное, я не должна вас задерживать тут. Ох, – сейчас до нее доходило медленно, и она не сразу сообразила. – Вы будете в опасности.

– У нас часы, нам лучше не оставаться с вами, – Хаято покачал головой.

– Нет!

– Я знал, что вы так скажете.

– Нельзя сейчас вам быть поодиночке, – даже сонливость немного прошла от возмущения.

– Гокудера может пойти ко мне, так безопаснее.

– Так мы разделимся с Реборн-саном. И это тоже небезопасно.

Под удивленные взгляды детей все трое замолчали, ожесточенно размышляя. Им повезло, что здесь был кое-кто умный.

– Пусть ночуют тут, – разрезал тишину голос Реборна. Аркобалено только что спустился вниз, находя комично сосредоточенных подростков, которым собирался сообщить, что Емицу задержится. Старший Савада хотел скорее вернуться домой, но возможности не было, он занимался системой патруля.

– У нас негде спать, – неуверенно отметила Тсуна.

– Я могу на диване лечь, – поспешно сказал Такеши, сверкая глазами в сторону Хаято.

– Пф, я могу и на полу. Это будет доказывать мою решимость! – не смолчал второй парень.

– Как он все переворачивает в свою сторону?

Савада сконфуженно замолчала. Заставлять друзей спать в неудобстве?

Наверное, ее легко было читать, потому что друзья сразу же заверили, что тут нет ничего неудобного. Они без проблем поспят так, и Гокудера даже пообещал не придушить Ямамото. Разве может существовать в этом мире еще более крепкая дружба?

Чуть позже, прямо перед тем, как ложиться, Тсуна зашла к ребятам. Нана уже достала и отдала футон, который сейчас был расстелен на полу.

– Все хорошо? – выглянув из-за угла, спросила девушка и получила безмолвное подтверждение. – Тогда спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Десятая! – мягко произнес Хаято, любуясь домашним и уютным видом босса.

– Не переживай зазря, – посоветовал Такеши.

Тсуна хихикнула и, порядком успокоившись, поднялась по лестнице с желанием наконец-то поспать. Но, видимо, не судьба. Весь мир сейчас был против них, высшие силы объявили сон злом и запретили его!

Савада встревоженно встрепенулась, когда ее интуиция с особой агрессией активировалась. То, что чувствительный к пламени Реборн запрыгнул на подоконник и заглянул на улицу, только подтвердило опасность. Тсуна и сама посмотрела в окно. Субстанция глубокого черного цвета, контрастно заметная в еле освещаемом ночном дворе, красноречиво говорила, кто к ним нагрянул. Только Вендиче умели магичить порталы.

Девушка рванула за Реборном на первый этаж. Ее, упавшую с последних ступенек, поймал взволнованный Ямамото, который услышал шум. Гокудера, быстро проанализировав ситуацию, мгновенно пришел в боевую готовность.

Тсуна крикнула матери, чтобы та не выходила никуда и присмотрела за детьми. Чертовски плохо, что Емицу еще не вернулся, но люди Вонголы должны быть начеку, что, конечно, не полностью нейтрализует нависший над всеми ними дамоклов меч.

На улице Реборн уже разговаривал с Джагером, пытаясь выяснить, что происходит. Разумеется, Страж не потрудился пояснить.

– Джагер! – воскликнула вывалившаяся из дома Тсуна. – Мы так не договаривались.

Этот выпад Джагер проигнорировать не мог.

– Твой план полностью строится на следовании воле Шамана, нас это не устраивает.

Тсуна панически осмотрела Вендиче, выискивая знаки, указывающие на их мотивы. Вывод неутешителен. Они тут не для милой беседы за чаем. Она осмотрела три фигуры перед ней, не находя среди них Бласа. Это было приятно, особенно если он намеренно не появился, хотя вряд ли. Для них профессионализм на первом месте, и какие-то новые знакомства веса не имеют.

– Я часть команды, и вы меня не предупредили. Так нечестно, – Тсуна попыталась состроить дующуюся мордочку, но ее нервозность немного мешала шутить.

– Больше нет.

– Что? Нет часов, и вы сразу меня выкидываете? Уф, жестоко, – в этот раз она оскорбилась не наигранно.

Ждать раскаяния не стоило, Вендиче как стояли ледяными глыбами, так и стоят. Величественные и невозмутимые.

– Ты свою роль выполнила, за что от лица всех Стражей Вендикаре я высказываю благодарность.

– Боже… Джагер… после всего, что между нами было? – надрывно выдала Тсуна, явно переигрывая.

– Эээм, мы чего-то не знаем? – опуская катану, спросил Такеши.

– Не напоминайте, – неожиданно деликатно попросил заместитель Бермуды.

Ребятам стало страшно, что же там с Вендиче происходило. Зная Саваду, врагам можно и посочувствовать. К сожалению, сейчас не до этого. Трое Вендиче не собирались больше болтать попусту и, подняв свое оружие – цепи, угрожающе двинулись вперед.

– Отдайте часы, и мы вас…

– Да пошли в жопу! – грубо, но очень искренне и от души выкрикнул Хаято.

– Хм.

Следом, всего за несколько мгновений произошло множество вещей.

Первое. Вендиче атаковали. Один из мертвецов бросился вперед, замахиваясь толстой цепью, второй же Страж выплеснул волну черного пламени, не намереваясь выцеливать всех поодиночке. Такеши перехватил первую атаку, а Хаято, выбежав в первую линию, начал контрнападение.

Второе. Тсуна, ранее поняв, что угроза больше не гипотетическая, а вполне себе реальная, и что другого исхода, кроме битвы, не было, сосредоточилась для вхождения в гиперрежим. Очень быстро она поняла, что ничего не выйдет. Пламя не отозвалось. Совсем. На сегодня ее лимит исчерпан.

Третье. Реборн заметил панику на лице бледной ученицы. Он тоже все понял. Аркобалено быстро просканировал окружение. Ямамото сдерживает врага, Гокудера, заметивший, что босс в радиусе поражения странного пламени, был далеко. Они никак не рассчитывали, что Тсуна, которая была хороша в битвах и которая с помощью своего пламени могла перемещаться быстрее них всех, не успеет увернуться, ведь про сбои в силе они не знали. Метнуться к ней подростки не успевали.

Четвертое. Часы, минуя отсчет до начала битвы, сразу же огласили ограничение по времени нового сражения. Правило одного боя в день теперь отменено официально, Кавахира дал разрешение на применение полных сил. И вроде бы, что могло дать объявление битвы? Сама ситуация от этого не изменится, переворот в силах не случится. Но здесь был важный нюанс.