Как уже говорилось, в мед. отсеке Тсуна была уже четыре дня, на пятый она все же вырвала зубами право выйти отсюда и перебраться в свою комнату… то есть в комнату будущей себя. Девушка привыкла к этому времени, и это очень плохо. Она тут уже почти полтора месяца, и лучше не задерживаться дольше.

Тсуна уговорила выпустить и Лар, что очень понравилось Аркобалено, хотя она этого и не показывала. Вообще, возникал вопрос, как Милч будет жить в этом мире, ведь вирус никуда не делся. Бьякуран уже не мог этого исправить.

Обретя свободу действий, Савада просто стала шляться по базе и проводить время со всеми. Это она могла делать и в палате, но и ладно, Тсуна не была против такого времяпрепровождения. Так, она смогла проводить некоторых ребят. Бьянки отправилась на помощь людям Вонголы, запрос о поддержке они получили довольно давно, но тогда не было времени. Фуута с И-Пин должны были найти остатки CEDEF, Тсуна случайно услышала, как Лар просит их найти Базиля. От этой мысли стало больно, ведь ребята не знают, что он мертв, и, судя по всему, последнее задание было секретно доверенным ему Десятой. Савада отгоняла эти мысли, ее грусть никому не поможет.

В общем, да, многие уходили с базы, ведь больше не надо было прятаться от Мельфиоре, и дел накопилось много. Из прибывших ранее осталась банда Кокуё, они без Мукуро бы не ушли. А туманник оставлять своего босса не собирался, Мукуро не стал оспаривать право на пост Хранителя у Хром, оставив ей кольцо Вонголы и коробочку, ему это ни к чему. У Рокудо есть кольцо Ада, которое сложно было назвать хуже. Но, даже не являясь Хранителем, он не собирался оставлять Вонголу. За эти десять лет он изменился, пусть и провел все время в одном месте, но все равно смог расширить кругозор и перестать отгораживаться ото всех. Хотя и свою независимость Мукуро тоже не потерял, он планировал часто работать со своими ребятами, то есть с Кеном, Чикусой и М.М. Проблемой тут было, что не последней причиной нахождения Мукуро в семье была Тсуна, и парень может просто не захотеть ее отпускать.

Девушка отогнала эти мысли, она никогда не сдастся и вернется в прошлое. Тсуна неторопливо шла в столовую, когда увидела переговаривающихся Гамму и Юни. Да, эти двое плюс Нозару и Тозару тоже пока что были здесь. Немного странно, ведь Юни точно нужна была в Блэк Спелле, но девушка вроде бы передала информацию, содержащую верных ей людей, которые были против действий Мельфиоре, чтобы их не трогали и проинформировали, что их босс в Вонголе. Но все же странно, что она никуда не торопилась сама. Были дела тут? Возможно. Юни довольно часто разговаривала с Реборном и Лар, дела Аркобалено, наверное. Ну или захотелось пожить после заточения, в таком желании никто бы ее не упрекнул.

– Йо! – Тсуна выскочила перед ними, за что сразу получила светлую и нежную улыбку от Юни. Небу Аркобалено очень нравилась жизнерадостность Савады. – Гамма, есть разговор. Или мне лучше называть тебя «капитаном»? – она подмигнула мужчине, отсылаясь к той встрече на Мелоне, когда притворялась подчиненной.

Гамма закатил глаза, но кивнул, и они втроем пошли в столовую вместе.

– Просто хотела сказать, чтобы кое-какая информация осталась в секрете. Если ты понимаешь, о чем я, – Тсуна поигрывает бровями, вводя собеседника в ступор и заставляя Юни тихо смеяться в ладошку. – Ну, я про… эээ, некое недоразумение, которое…

– Аа, я понял, – Гамма смотрит с насмешкой. – Да, о таком постыдном случае лучше не упоминать. Это же надо было забыть активировать брас…

– Тссс, – шипит Савада и с подозрением оглядывается, но потом тоже смеется, выходя из заговорческого образа.

★Как дела?

★Спасибо

★Рассказать шутку

Как бы ни был заманчив последний вариант, Тсуна чувствовала, что должна поблагодарить этого человека.

– Спасибо, Гамма, – она тепло улыбается, чтобы показать свою искренность.

– Не стоит, это же такая глупость, мне не сложно промолчать. Но не обещаю, что навсегда сохраню в секрете. Через несколько лет будет забавно припомнить где-нибудь косяк великой Десятой Вонголы, – он весело хмыкает.

– Ох, я не об этом. Спасибо, что помог мне там, на базе Мельфиоре.

Тогда Тсуна не была уверена, помогал ли ей Гамма или вел в ловушку, но теперь она знает правду. Из-за того, что ее будущая версия была в хороших отношениях и с Арией, и с Юни, то Гамма, как верный семье человек, не забыл Саваду, которая помогала обеим доннам Джиглио Неро.

Мужчина внимательно вглядывается в глаза Тсуны, видит в них тепло и живые искры и теряет суровость, слегка приподнимая уголки губ.

– Я мог бы сделать больше, если бы не… – он смотрит на Юни. Да, он боялся за босса, если бы всплыл факт его помощи врагу, то все могло бы закончиться не очень хорошо для членов семьи Джиглио Неро.

– Неважно, я бы могла умереть там, и ничего, что мы видим сейчас, не было бы. – Как скромно она намекнула, что без нее этому миру бы пришла жопа. Показателя скромности у Тсуны не было весьма заслуженно.

– Можете рассчитывать на меня в будущем… точнее в прошлом, – он потерянно моргает от запутанности во временах, Савада задорно хохочет.

– Я ничего не понимаю, – Юни немного надула щеки, что делало Аркобалено еще милее.

– Секрет! – девушки улыбаются весь путь, одна из них строит из себя партизана, а вторая пытается выведать тайну пытками, то есть щекоткой. Гамма думает, что его босс наконец может быть счастливой, и это греет сердце Грозы.

Так они и дошли до столовой, впервые используемой вместо кухни. Большой стол вполне вместил всех присутствующих, хотя, конечно, не все жители базы пришли. Вкусный ужин, частично приготовленный, частично привезенный из кафе, ведь теперь можно было спокойно взаимодействовать с поверхностью. Было шумно, но до ужаса весело и даже по-домашнему.

Странной была причина этого мероприятия, все думали, что праздновали победу над Бьякураном и возвращение мира, но Хаято в тосте сказал о том, что это в честь выздоровления Десятой. Эту причину приняли, ведь Тсуна действительно выбралась из койки, девушка смолчала, что могла бы и раньше, но ее не выпускали. Было много болтовни, шуток и тихой радости за столом. Но через полчаса тепло в груди Савады сменилось на еле заметную печаль.

– Тсуна? – обратился к ней сидящий справа Ламбо, который заранее застолбил место с девушкой. – Все хорошо?

Из-за шума не все обратили внимание на этот разговор, но пара людей повернулась.

– Что-то болит? Все же рано тебе было возвращаться к активному образу жизни, – с беспокойством бормочет Гокудера. Ох, Тсуна бы не назвала сегодняшний день активным.

– Нет, нет, я в порядке, – у нее немного ныла рука, отчего было неудобно держать вилку, но это мелочь. – Просто…

Она не находит в себе сил высказать мысли. Это же разрушит всю приятную атмосферу.

★Рассказать

★Сменить тему

Тсуна уже готова начать исполнять второй вариант, когда замечает внимательный взгляд репетитора. Реборн смотрел с решительностью и с… надеждой? Непривычно видеть такие эмоции на лице киллера. Но, если он верит в нее, то лучше бы не молчать. Надо быть сильной и бороться за свое счастье.

– Все в порядке, но… я… просто подумала, что… – девушка прикрывает на пару секунд глаза и немного печально улыбается. – Что хотела бы сидеть вот так же, но у себя дома, с мамой и… своими Хранителями.

Нужно отдать должное ребятам, почти все смогли сдержать выражения лиц и скрыть на них боль. Хотя вот Ламбо немного отшатнулся от Тсуны и грустно уткнул взгляд в тарелку, Рёхей немного побледнел и что-то пробормотал, что с Наной она и тут может встретиться. Он и сам понимал, что это глупое предложение, хотя бы потому что Нана и Емицу не знали про смерть дочери. Хаято и Кея визуально никак не отреагировали. Такеши неубедительно улыбнулся и начал рассказывать какую-то историю с участием Скуало. Хром и Мукуро смотрели на всю эту сцену с интересом, вот только интерес у них был разный, даже противоположный.