– Будьте аккуратнее, – Тсуна активирует пламя в руках, начиная лететь обратно на поле.

Кёя заносит тонфа, собираясь окончательно проломить броню на груди бешенного варийца. Вот только неожиданно перед ним появляется зверек, девушка ловит удар рукой. Оружие Хибари соскальзывает с перчатки Савады и врезается ей в челюсть.

– Тсуна? – от удивления и некого испуга он даже забыл привычное обращение, перейдя на имя. Девушку откидывает назад, ей еле удается устоять на ногах, Тсуна сплевывает кровь, набравшуюся во рту из-за прокуса щеки.

Гола Моска застывает, его линзы на маске фокусируются на Саваде, вариец находит новую цель, замечая количество пламени, испускаемое наследницей. Тсуне некогда думать о боли, она резко взмывает вверх и в сторону, уводя варийца за собой.

– Интересная сила, почти как у босса, – отмечает Бел, который не знал, что ему делать. Кажется, все это план Занзаса, но никто не был посвящен. Ураган видит, как Моска, который был самым таинственным Хранителем, появившимся совсем недавно, тянется рукой к летящей впереди цели. Проблематично, принц еще не наигрался с интересной девчонкой. Метко пущенные стилеты отрезают от металлической перчатки Облака пальцы, не позволяя схватить Саваду. Ножи пролетают насквозь и падают за ограду поля, нельзя оставлять улики, босс его убьет за помощь врагу.

Это дает Тсуне дополнительное время, да вот только что делать, она не решила. Интуиция говорит не вредить Моске, а чувство самосохранения наоборот. В итоге она думала слишком долго, отчего вариец схватил девушку за ногу, потянул на себя и кинул Саваду вниз. Из-за небольшой высоты она долетает до земли и ударяется, враг мигом нависает над ней, целясь из пулемета.

Но не успевает она даже испугаться, как в голове Моски образуется дыра, сквозь которую торчат не только провода, но и тонфа, Хибари наконец удалось достать летающих бойцов и в последний момент спасти зверька.

– О, нет-нет-нет, – панически забормотала Тсуна, чувствуя, как страх сжимает сердце. Ей хватает пяти секунд, чтобы понять, что здесь происходит. Знакомый старик вываливается из выведенной из строя брони.

– Девятый? – Реборн быстро приближается к месту инцидента.

– Но… как? – неверяще шепчет девушка, трясущимися руками тянясь к Дону.

– Вот именно, как? – громогласно раздается сбоку. – Твой Хранитель сделал это со стариком, вы напали и ранили босса Вонголы и моего отца! Думаешь, я прощу это?

– Ха? Что? А мне кажется, что виноват тот, кто засунул Девятого в чертового робота! Ты не смеешь обвинять никого, кроме себя! – Тсуну трясет уже не от испуга, а от гнева.

Занзас в ответ лишь хмыкает.

– Я отомщу за него. – Да что он несет? Он проиграл, пошел против босса, а теперь убеждает в том, что это он пострадавший.

Перед сидящей на земле девушкой появляются друзья, собирающиеся защищать подругу от разъяренного Занзаса с пламенем на руках.

– Мы организуем битву Неба, которая будет актом отмщения и последней битвой за пост Десятого босса. – Напоминают о себе судьи.

– Чего? Да здесь нет никого виноватого, кроме этого… куска мусора! – срывается на крик Савада, употребляя любимое оскорбление Занзаса.

– Просим воздержаться от лишних высказываний и прийти сюда завтра для решающего сражения. – Червелло быстро покидают школу. А она ведь начинала им симпатизировать, а эти судьи все же на стороне Варии. Занзас, сотрясающийся от смеха, тоже уходит, даже не посмотрев на Тимотео, который был в ужасном состоянии.

☆Наорать

☆Молчать

☆Засмеяться

Никакой из выборов не исправит ситуации, лучше промолчать.

Появляется семья Каваллоне, которая берет на себя транспортировку и оказание помощи Дону. Тсуна следовала за стариком до самой машины, не переставая говорить всякий бред.

– Вы не можете умереть, я же обещала себе, что выскажу вам все претензии за всю дичь в моей жизни на итальянском. А еще как-то рановато мне становиться боссом в четырнадцать? Я хотела вас побить за то, какое будущее вы мне дали, но не сильно, – она сжимает ладонь старика и из последних сил говорит. – Не оставляй нас всех так, дедушка.

Тимотео кладут в машину, что не дает Саваде увидеть, как пожилой мужчина с трудом открывает глаза и тихо произносит ее имя, сил извиниться за Занзаса у него не находится. Он чувствует еще один груз вины на себе, ведь не смог защитить и обезопасить Тсунаеши.

Тсуна стоит на бывшем поле битвы и осматривает огонь, который охватывал окружающее пространство. Она задумчиво смотрит на ночное небо и пытается успокоиться, не видя обеспокоенных друзей, стоящих поблизости.

– Пойдем домой, Тсуна, – Реборн в гневе, но сейчас не время для этого, лучше приободрить Саваду. Аркобалено отпускает Леона, который быстро взбирается по ноге девушки и сворачивается на ее голове.

– Верно, домой. – Обернувшаяся наследница не выглядит печальной, огонь в ее глазах обещает сделать все возможное, чтобы остановить Занзаса.

========== Глава 28. Сила крови и магия любви. ==========

– Не пойду я в школу! – раздраженно почти что выкрикивает Тсуна в лицо репетитора. Что за глупая идея отсылать ее на уроки, когда она так напряжена из-за сложившейся ситуации? – И как там вообще учатся, если школа близка к состоянию руин?

– Червелло привели много квалифицированных иллюзионистов, так что никто не заметит отсутствие парочки стен, – ага, парочки… десятков. Неплохо так придется этим судьям раскошелиться на ремонт школы после этого идиотского конфликта. – Как знаешь, можешь депрессировать здесь. – Реборн выходит из комнаты, попутно оттаскивая Леона, который прицепился к девушке с целью приободрить. Аркобалено считал, что Савада сможет развеяться в школе в окружении друзей, значит, надо действовать иначе.

Тсуна переворачивается на другой бок и утыкается в стену. Она была в обиде на Реборна, ведь тот отказался от тренировок в этот день. Что за глупость? Разве ей не надо становиться сильнее перед грядущей битвой? По сравнению с ночью, когда Савада зло и молча шла домой, не обращая внимания на друзей, которые тихо следовали за ней, чтобы проводить, сейчас она гораздо спокойнее. Раздражения поубавилось, но полностью не пропало, особенно бесили крутящиеся в голове слова репетитора. Мол, даже если бы Занзас честно выиграл Конфликт Колец, в семье и Альянсе нашлись бы те, кто его не принял из-за попытки переворота несколько лет назад. А так он выставит себя героем, мстящим за отца, и обзаведется лояльностью подчиненных. То есть Тимотео стал шахматной фигурой в руках Варии, не то чтобы Ноно святой человек, который не заслуживает подобного дерьма, нет, старик – босс мафии, на его руках много грязи и крови… Но быть преданным сыном, пусть и приемным, как-то совсем ужасно.

Тсуне на мгновение представилось, что на посту босса ее ждет что-то подобное, девушку передернуло от мурашек на коже. Она замотала головой, отгоняя эти мысли, и решила поспать, ночью вышло плохо из-за нервов, но силы нужны, а то начнет дремать на битве. Хм, проканает ли правило «лежачих не бьют» с Занзасом?

Просыпается она из-за шума двери, Савада обеспокоенно вскакивает, собираясь отбиваться от врагов, но перед ней всего лишь Киоко.

– Прости, разбудила. – Сасагава присаживается на край кровати. Тсуна лениво качает головой, как бы говоря, что все нормально. – Ох, откуда этот синяк? – девушка испуганно смотрит на подругу.

– Ты чего не в школе? – она встает и быстро разминает затекшее от неудобной позы тело, переводя тему с ее пострадавшего лица.

– Мм, просто захотелось увидеть тебя, – Киоко невинно улыбается, не собираясь сдавать Реборна, и не сводит взгляда с синяка на лице. Савада хмыкает и пожимает плечами. – И… я хотела отдать тебе кое-что… мы давно сделали, но я не была уверена, что стоит… – неуверенно говорит Сасагава.

– Я приму от тебя все что угодно, даже яд, – подмигивает она подруге. Киоко возмущенно смотрит в ответ и лезет в школьную сумку.