– Да, я только вчера устроилась, совсем здесь ничего не знаю.
– Только устроились и сразу попали на представительскую планету? – рыжая женщина быстро развернулась к Оливии и ударилась головой о край ячейки. – Ой! Как это странно.
– Что ж, успехов вам, – вмешалась в разговор вторая женщина, – Вы извините, нам работать нужно, у нас определенное время на уборку каждого сектора. А вам прямо до конца и потом по коридору направо. Вы попадете в большой приемный зал, гостей должны уже были принять. Так что там никого не будет.
Оливия поняла, что она мешает, и лишние вопросы будут неуместны. Да и откуда этим женщинам знать, что ей нужно делать дальше. Сандра испарилась, даже не подумав что-то разъяснить или хотя бы взять ее с собой. Ладно, прямо и направо. Хорошо, что нет никаких номеров.
Приемный зал был очень большим. Он напоминал гигантскую серебряную сферу, с множеством этажей, лестниц и стеклянных лифтов. Сверху через прозрачный потолок светило солнце, поблескивая на хромированных деталях перил и дверей. Просторность помещения особенно поражала после трехметровой ячейки корабля. Каждый следующий этаж был шире предыдущего, из-за чего вверх стремился конус плавных линий, и казалось, что ты стоишь в центре произведения современного искусства.
Несмотря на то, что корабль, должно быть, приземлился не так давно, в зале было практически пустынно. Наверное, все пассажиры хотели поскорее смыть с себя пыль полета в собственной ванне.
Оливия поняла, что надеяться на радушную встречу от коллектива Межпланетных Круизов не приходится, а самой разобраться в том, куда ей нужно идти, здесь просто невозможно. Она посмотрела на телефон – тот был предательски разряжен. Похоже, череда неприятностей не кончилась со вчерашним днем.
Внимательно оглядев зал ещё раз в поисках живых людей, Оливия увидела с правой стороны в затемненном углу витрину и столики, там явно кто-то должен был быть. Подойдя ближе, она с радостью увидела за стойкой очертания молодого человека, который стоял спиной к ней и мыл посуду, что-то напевая себе под нос на непонятном языке.
– Добрый день! – постаралась обратить на себя его внимание девушка.– Нет ли у вас возможности подзарядить телефон?
Высокий кудрявый блондин тут же обернулся и ответил с веселой искренней улыбкой:
– Конечно, и подзарядить телефон, и выпить после полета бодрящего кофейку или освежиться полезным смузи – здесь вы можете все!
– Том? – удивилась девушка.
– М… – парень внимательно вглядывался в посетительницу. Но их было у него так много. Хотя он понимал, что каждый хочет считать себя если и не единственным, то уж точно особенным и незабываемым. А когда этих незабываемых становится более сотни, то неловкие ситуации неизбежны. К счастью, на этот раз девушка сама помогла из нее выйти:
– Я Оливия, Оливия Стоун, помнишь меня? Мы вместе ходили на курсы французского языка несколько лет назад, на Земле.
– Точно! – протянул парень, еще больше расплываясь в улыбке. – Как приятно видеть здесь знакомое лицо. Как дела, что ты здесь делаешь? Давай, ради такой встречи выбирай любой кофе бесплатно! У нас здесь самый лучший выбор – вот любой, какой хочешь, – блондин склонился к девушке и громким шёпотом сказал, – На твоем месте я бы выбрал самый дорогой.
Оливия посмотрела на меню, вывешенное на стенке. Белым мелком на черной грифельной доске было перечислено чуть ли не 40 видов кофе. Самым дорогим был кофе с коньяком и взбитыми сливками. Но пить алкоголь в самом начале рабочего дня – не лучшее решение. Поэтому девушка остановилась на своем любимом напитке:
– Нет. Мне лучше Мокко.
– Отличный выбор! Тебе, – Том подмигнул, – я налью двойную порцию шоколадного сиропа.
– Ты всем говоришь, что они сделали отличный выбор? – усмехнулась Оливия, заражаясь открытостью и оптимизмом Тома.
– Конечно! Зачем расстраивать людей, если можно их порадовать? – парень отошел к задней части стойки, где стояла внушительных размеров кофейная машина, а также множество бокалов, чашек, бутылок с разноцветными сиропами, каких-то мисочек и непонятных хромированных приспособлений.
Ловкими привычными движениями Том приготовил эспрессо, взял стакан необычной прямоугольной формы, налил на дно эспрессо, добавил в него щедрую порцию густого шоколадного сиропа, быстро взбил венчиком получившуюся смесь, сверху почти до самых краев наполнил стакан молоком, и сверху украсил напиток взбитыми сливками с шоколадной стружкой.
– Вуаля! – парень гордо поставил свой шедевр перед Оливией. – Куда хочешь присесть? У нас есть самые разнообразные стулья, а ты, помнится, как раз любила необычную мебель. Но на самом деле я бы порекомендовал тебе стол у окна. Технически это даже не стол, а подоконник – очень уютно, и удобно – с овечьей шкурой. Проводить?
– Давай, отлично, только мне нужна зарядка.
– Конечно, сразу видно начинающего межпланетного путешественника. Людей, совершивших первый полет, или полет после большого перерыва, всегда можно узнать по разряженному телефону. В корабле по неизвестным причинам вся электроника очень быстро разряжается, надо обязательно, запомни это, включать телефон в розетку, они есть в каждой ячейке.
Не переставая говорить, Том поставил кофе на поднос, вышел из-за стойки и жестом пригласил Оливию следовать за собой. Он завернул на правый край стойки и перед девушкой открылся второй зал кафе – с большими окнами и широкими подоконниками. А за окнами было лето, солнце, зеленые деревья и цветущие рододендроны. Девушка пыталась одновременно и рассмотреть помещение и слушать Тома, но это ей удавалось с трудом, так как парень как раз перешел к ответу на ее вопрос:
– А здесь, на станции, все наоборот. Электроника заряжается автоматически. Или, проще говоря, она не разряжается. Правда, с нуля она заряжается не так быстро, как хотелось бы, но стоит подождать один раз. И потом об этом можно уже забыть. Так что не нужно привязывать свое местоположение к розеткам. Любой столик хорош. Но вот и самый лучший.
Том поставил поднос на небольшой круглый столик с одной центральной ножкой в виде львиной лапы. Он находился в уголке у самого окна, так что сидеть можно было как на стуле, так и прямо на подоконнике, на котором действительно лежала белоснежная кудрявая овечья шкура. Оливия села на подоконник.
– Ну как? – напрашивался на комплимент Том.
– Отличный столик, спасибо! – Оливия отпила сладко-терпкий напиток – Ммммм! И кофе просто отличный! Именно то, что мне сейчас нужно. А ты-то здесь давно? А то у меня много вопросов про это место.
– О, буду рад поделиться своим небольшим опытом! – улыбнулся юноша, – Но сейчас мне нужно доделать кое-какую отчетность и дела, это займет минут десять – пятнадцать. А потом сможем посидеть поболтать. Как видишь, – он обвел рукой пустое кафе, – количество посетителей это позволяет. Ой, я же не ознакомил тебя с ассортиментом булочек! Очень рекомендую булочки с корицей – лично сам достал их из печи двадцать минут назад. С пылу, с жару, так сказать. Стоят полторы единицы. – Он чуть наклонился к ней и снова перешел на громкий шёпот, изображая, что кафе полно людей и их подслушивают, – сама понимаешь, булку я тебе бесплатно отдать не могу, она товар штучный, подотчетный. Но если ты придешь сюда вечером, после 21.00, то вполне сможем съесть бесплатно по булке, так как вечером они все равно все идут на выкид. Так прописано в регламенте, но никто не сможет меня упрекнуть, если я их выкину не в помойку, а в рот. Ну, я пошел.
Проводив Тома взглядом, Оливия забралась с ногами на подоконник и посмотрела на телефон – всего 1% зарядки. Глупо кому-то звонить, только и успеешь сказать «извините, нужно говорить быстро, так как у меня разряжен телефон, и я…». И все, 0%.
Оливия потянула через трубочку кофе. Как странно встретить здесь старого знакомого из Земной жизни. И удивительно, что из всей той группы изучения французского она запомнила только Тома и свою соседку Анжелу. На эти занятия она и ходила всего пару месяцев, прежде чем поняла, что этот язык невообразимо сложный. Как только им выдали целую книжку исключений в спряжениях французских глаголов, Оливия сразу поняла, что не так уж сильно она хочет мурлыкать на этом языке.