– Что ты ещё сможешь сделать?
– Можно попробовать получить пенициллин, я в своё время делала курсовую работу по его синтезу. Думаю, что сначала надо сосредоточиться на простом, а потом, по мере того как наш бизнес будет набирать обороты – будем работать над сложными компонентами. Сергей, вы меня поддержите или хотите заняться чем-то своим? – я с замиранием сердца ожидала его ответа, потому что одной мне это не потянуть, тем более, доверять было некому, рискуя попасть в поле зрения службы тайной канцелярии, которая, как выяснил Сергей, здесь тоже была и боролась не только с криминальными структурами, но и нелегальными доходами.
Он ответил практически сразу.
– Настя, я не силён в бизнесе, мне ближе охрана и администрирование. Когда ты начала прощупывать аптечную тему, я всё хорошо обдумал и решил, что только если мы будем работать сообща, у нас всё может получиться. Есть, конечно, и некоторые моменты, которые нам могут помешать.
– Какие?
– Первый – Игнат, второй – криминал.
– Ну, первый – не думаю, что он может нам доставить серьёзные проблемы…
– Зря ты так не думаешь. Он – местный дворянин и не последний человек в этом регионе, поэтому, если захочет, то может и прикрыть твою лавочку. С ним надо быть очень осторожными. Также и с криминалом.
– Вы что-то узнали?
– Пока нет, не нашёл никого, кто рискнул бы рассказать, только намёки. Говорят, что ворами руководит некто Захар, а бандой грабителей – Савелий. Даст Бог мы с ними не столкнёмся, но надо быть на стороже. Кстати о Боге. С верой у них перегибов нет, кто хочет – тот верит, кто не хочет верить – гонений нет. Ты как к этому относишься?
– Нормально, в смысле, в церковь не хожу, а в душе верю. А Вы?
– Примерно так же.
– Сергей, я хочу до конца недели помочь Дарине лавку раскрутить – ну, рекламу организовать, с товаром помочь, промоакциями, новые фасоны нарисовать, ассортимент расширить. Ну, Вы меня понимаете.
Он улыбнулся.
– Думаешь, здесь это сработает?
– Это везде работает, – отмахнулась я и начала ему с вдохновением описывать все мои задумки на счёт её лавки.
– Новые фасоны белья? Ты не шутишь? – выпучил глаза Сергей.
– Да! И первые шортики я сошью прямо сейчас из тех ужасных панталон, которые сегодня у неё купила. Только не надо говорить, что местные модницы не наденут подобное бельё. В этом деле главное, что?
– Что?
– Правильно всё обыграть и преподнести.
– Ну-ну!
– Не верите в мои способности? – начала заводиться я.
–Верю, верю, – рассмеялся он, – иди уже, шей свои шортики, а я пойду прогуляюсь перед сном.
Пока Дарина занималась с девочками и готовила ужин, я успела сшить двое шорт, одни покороче, другие подлиннее. Кружево просто перенесла к обрезанному краю. На коротких получилось даже разрезы с боку кружевом обшить. Я покрутилась в них перед зеркалом, которое пришлось ради такого дела снять со стены и поставить на стул, и осталась очень довольна своим рукоделием. Теперь надо своей хозяйке показать и убедить её, что это намного лучше, чем было.
Я спустилась вниз. Девчонки убежали на улицу играть с соседскими пацанами, Сергей уже давно ушёл и сказал, что поужинает в городе, а Дарина сидела на кухне и перебирала крупу, чтобы сварить на завтра кашу. Я ей села помогать и рассказала все свои задумки.
– Покажи! – первым делом потребовала она и с круглыми глазами сидела, рассматривала меня.
– И это у вас носят девушки? – спросила она перехватившим от потрясения голосом.
– Да, у нас носят и ещё короче, – уверила я её.
– Да куда уж, – она покраснела, потом рассмеялась и начала обмахивать своё пунцовое лицо руками, пытаясь охладить.
– Ты чего? Что смешного то?
– Это я просто представила, как бы муж отреагировал на такое бельё, если бы увидел меня в нём, – ответила она и тут же опять смутилась.
– Вот и я про то же! Каждая женщина мечтает, чтобы мужчина смотрел на неё с восхищением и желанием. Но, прости меня, от ваших панталон вряд ли ваши мужчины в восторге.
– Ну, я об этом как-то не задумывалась…
– А ты задумайся. Я тебе нарисую несколько моделей, отдай их свои швеям в деревню и пусть они постараются воспроизвести что-нибудь подобное.
Потом мы с ней обсудили новую витрину в окне и как лучше развесить и разложить товар. Я её еле убедила, что небольшой отдел для детей ей просто необходим. Нарисовала несколько конвертов для грудничков и вязанных пледов.
– У тебя в лавке должно быть что-то, за чем к тебе будут приходить покупатели со всего города, – учила я её, – все остальные товары – сопутствующие, понимаешь? Те, которые женщины посмотрят и купят, раз уж пришли, чтобы не терять время и не идти в другую лавку. Вот что в твоей лавке есть такого, чего нет в других? – спросила я её.
Она подумала-подумала, пожала плечами.
– Если только шортики нашить разные, таких точно ни у кого не будет.
– Вооот! К тебе начнут заходить молодые девушки и женщины, у которых есть маленькие дети. Увидят красивые вещи для своих малышей и, вот увидишь, захотят, чтобы они были у их ребёнка. Ладно, я тебе и так уже много наговорила. На целую ночь хватит переваривать. Пойду, посмотрю, где там мой дядька запропастился, темнеет уже, а его всё нет.
– Далеко только не ходи, а то на соседней улице вечно кого-нибудь да побьют.
– Не, я только около дома посмотрю.
Глава 8
Я вышла из дома. После дневного зноя, сейчас было уже просто тепло и приятно обдувал ветерок. На улице уже почти никого не было. Трудовой день закончился, и все старались привести домашние дела в порядок и отдохнуть. Я решила пройти вперёд по улице и поглазеть, как народ живёт. Смотреть особо было не на что – несколько женщин во дворах вешали бельё, один мужик дрова колол, я двоих заметила за распитием какого-то напитка на крыльце своего дома, прямо на лестнице. Дальше я идти не планировала, но поскольку Сергея нигде не увидела, то начала высматривать впереди, вдруг он сейчас повернёт из-за угла.
Тот мужик из соседнего дома дрова уже доколол, и стало тихо. Слышно было, как стрекочут сверчки, и шумят деревья. Среди этого фонового шума я чётко услышала, что за поворотом, который был от меня метрах в тридцати, кого-то бьют. Из-за высокого забора ничего не было видно, но стоны и звук от ударов кулаков я не могла перепутать с чем другим.
Сердце у меня уже колотилось, как сумасшедшее, в предчувствие беды, и я поспешила на звук местных разборок. Только я собиралась повернуть за угол, как мимо моего лица пролетело что-то. Я прижалась к забору, пытаясь успокоить дыхание. Присмотрелась – белый картуз, точно такой, как купил себе мой напарник на днях, чтобы голову не напекло. Я немного высунулась. Так и есть. Трое мужиков бандитской наружности избивали Сергея, который вполне достойно сопротивлялся им, но уже выбивался из сил и всё чаще пропускал удары. Бровь была рассечена, на скуле – хороший такой кровоподтёк, одну руку заметно берёг. Ещё несколько минут и всё станет совсем плохо. Ну что ж, твой выход Настя.
Меня они заметили не сразу, уж больно увлеклись своей жертвой, поэтому я смогла без труда выдернуть одного из них, уложить на дорогу и удушающим приёмом вырубить его. Встала, отряхнулась и заняла положение правой стойки. Волосы все растрепались, платок слетел, платье порвалось сбоку по шву, оголив ногу до середины бедра. Если сюда ещё добавить зверское выражение, то можно понять мужика, который смотрел на меня с отпавшей челюстью. Второй, кстати, сильно не впечатлился и с беззубой улыбкой на лице, шёл прямо на меня, пока Сергей, воспользовавшись замешательством своего оппонента, провёл ему несколько ударов по морде и сам упал вместе с ним.
– Какая мигерочка к нам пришла! Иди сюда, папочка тебя не обидит! – он расставил руки, начал заходить ко мне по дуге. Я встала, показывая, что не буду сопротивляться, подпустила его ближе и провела боковой бросок с болевым захватом руки.