Таня шла за ним следом и вела за руку медвежонка, а другой рукой крепко держала серебряный фонарик. Булька тихонько подпрыгивал позади.
Серая улица глядела на них слепыми окнами серых домов, изъеденными временем седыми каменными стенами.
Дети шли, медленно пробираясь в тумане. Он висел в воздухе пепельной дымкой, и сквозь эту дымку Таня увидела старинный замок с остроконечными башнями. Стрельчатые окна замка тускло поблескивали.
- Сережа, может, это дом с волшебными окнами? - неуверенно спросила Таня.
Сережа внимательно всматривался в туман. Теперь и он разглядел замок.
- Уж очень он мрачный! - сказал Сережа. - Но окна в нем и правда как будто волшебные.
Дети направились к замку, но он начал отодвигаться от них в туман.
Отошли назад - замок снова стал на свое место.
- Ой! - закричал вдруг Булька.
Он прыгнул вперед и стукнулся головой обо что-то невидимое. И сейчас же туман стал быстро рассеиваться. Он светлел и светлел, и дети увидели, что у дороги стоит большой ящик, покрытый потускневшим от времени лаком.
Замок как будто растаял в тумане. Но на стенках ящика были нарисованы причудливые окна, лесенки, мосты.
Из окон выглядывали нарядные дамы в старинных напудренных прическах и завитые мальчики в шелковых куртках с кружевными воротниками.
- Какой хорошенький ящик! - сказала Таня. - Помнишь, Сережа, мы видели такой в музее игрушек. Когда его заводили, в нем играла музыка!
- Попробуем, - сказал Сережа и нажал какую-то пуговку на крышке ящика.
Крышка начала медленно открываться, и в ящике раздалась очень тихая и нежная, похожая на звон серебряных колокольчиков музыка.
Глава восемнадцатая
ФАРФОРОВЫЙ ПРИНЦ
Мы старинные игрушки
Дамы, принцы и пастушки.
- Какие хорошенькие человечки! - сказала Таня, заглядывая в ящик. - И как славно они танцуют!
Фарфоровые дамы и кавалеры жеманно передвигались под музыку и слащаво улыбались Тане.
- Хорошенькие? - возмутился Сережа. - А по-моему, они просто кривляки!
- Ну, Сережа, зачем ты так говоришь! - обиделась Таня. - А сам смотришь на них!
- Конечно, смотрю, - сказал Сережа. - Мне просто хочется узнать, отчего это они танцуют. Тут, наверно, какой-то механизм.
И Сережа нагнулся над ящиком. Но только он хотел дотронуться до одного из человечков, как вдруг танец прекратился, фарфоровые человечки разбежались по углам, а музыкальный ящик начал вызванивать песенку:
Мы старинные игрушки
Дамы, принцы и пастушки.
Динь-донь!
Если тронешь нас - как блюдца,
Наши ручки разобьются.
Не тронь!
Мы фарфоровы, мы тонки.
Уходите прочь, девчонки,
От нас!
Если тронешь нас - как блюдца,
Наши ножки разобьются
Сейчас!
Опустите снова крышку,
Отпустите нас, мальчишка!
Динь-донь!..
- Ни за что не опущу крышку! - сказал Сережа. - Я еще и стенку открою!
- Смотри-ка, Сережа, в стене ключ! - сказала Таня.
Сережа повернул ключ - и вдруг крышка захлопнулась, а стена ящика открылась перед ним, как дверь.
И вот Сережа, Таня, медвежонок и Булька гуськом, осторожно вошли в эту дверь и остановились.
Перед ними была комната, уставленная старинной золоченой мебелью.
В комнате никого не было. Танцующие человечки куда-то исчезли. Только на больших золоченых часах стояли неподвижные фарфоровые фигурки. Но в комнате все время что-то звенело.
- Интересно, что это звенит? - сказал Сережа оглядываясь.
Булька снова повеселел и стал прыгать по шелковым креслам с выгнутыми позолоченными спинками.
От его прыжков звон усилился.
Теперь звенело за самой Сережиной спиной, и он быстро обернулся.
В углу за буфетом стоял, притаившись, мальчик Сережиного возраста в голубом шелковом костюме. Желтые волосы, завитые крупными локонами, падали на его плечи.
Нежно-розовое, какого-то фарфорового оттенка лицо было искажено страхом.
Мальчик дрожал всем телом и, как это ни странно, звенел от этой дрожи. К ногам его прижималась крошечная белая собачонка.
- Ай! - завизжал он, увидев Сережу. - Не трогайте меня, добрый мальчик, умоляю вас, не трогайте меня!
Собачонка завизжала вместе с ним.
- Да я вовсе и не собираюсь вас трогать, - удивленно сказал Сережа. И чего это вы так дрожите? Холодно вам, что ли?
Бум! Это Булька опрокинул стул с золоченой спинкой и подскочил к буфету.
- Ай-ай! - завизжал еще громче мальчик с фарфоровым лицом. - Уберите его! Уберите его прочь! Мяч разобьет меня! - И он затопал ногами и зарыдал.
- Да вы просто трусишка! - сказал Сережа, с любопытством разглядывая дрожавшего от страха мальчика. - Булька, не смей тут прыгать! Таня, подойди сюда, пожалуйста!
Сережа еще раз с презрительным сожалением взглянул на рыдавшего мальчика и отошел в сторону. Таня, наверно, сумеет лучше, чем он, успокоить этого странного мальчишку.
И действительно, при виде Тани фарфоровое лицо мальчика сразу изменилось.
- Какая хорошенькая девочка! - протянул он и церемонно раскланялся перед ней.
Таня никогда еще не видела таких длинных поклонов. Мальчик с фарфоровым лицом отставил назад ногу и, низко склонившись перед Таней, поднял высоко над головой свою голубую шелковую шляпу.
- Вы принцесса? - спросил он.
- Нет, что вы! - сказала Таня краснея.
- Значит, вы герцогиня? - спросил мальчик с фарфоровым лицом, поднимая голову.
- Конечно, нет, - ответила, улыбаясь, Таня.
- Графиня? Баронесса? - отрывисто спрашивал мальчик.
- Да нет же, нет! - засмеялась Таня.
Мальчик с фарфоровым лицом выпрямился и, снисходительно глядя на Таню, спросил:
- Но, может быть, вы фрейлина?
- Что это такое - фрейлина? - шепнула Сереже Таня.
- Это, кажется, так называли королевских служанок, - ответил Сережа. Как он смеет думать, что ты королевская служанка!
Мальчик с фарфоровым лицом стоял неподвижно, надменно глядя на Сережу и Таню.
- Откуда вы явились, - сказал он презрительно, - что даже не знаете, кто такие фрейлины? И как вы смели войти без разрешения в мои покои?
- Сережа, он гонит нас! - с удивлением сказала Таня.
- Пускай попробует! - сказал Сережа. - А мне с этим типом и разговаривать неохота. Скажи ему, что у нас давно уже нет ни принцев, ни принцесс. Их всех разогнали еще до нашего рождения.
