Северус, держи себя в руках! Спокойно. Нежно… нужно быть спокойным и нежным. Она ведь такая хрупкая, такая ранимая. Нельзя, нельзя делать ей больно. — пытался успокоиться он.
Удачно успокаивает себя. Нет. Не своё желание или возбуждение, а свой голод обладания. А Герми тихо прижимается к нему и мягко целует плечи и шею.
— Гермиона, — шепчет и принимается покрывать поцелуями её лицо: лоб, виски, глаза, носик, щёки, губы…
У неё всё невероятное… Она невероятна…
Поглаживает по плечам, спине. Придерживая за талию, делает первое неспешное движение. Девушка одобряюще стонет. Сжимает его плечи и так страстно постанывает, покусывая его шею и, подбадривая мужчину, помогает наращивать темп. И в этот момент обложенную черепицами крышу Северуса уносит в неизвестном мне направлении. Он полностью контролирует и её, и положение. Глубокими толчками буквально вжимает девушку в кровать. Так резко и так глубоко. Невероятно, просто неописуемое ощущение для них… Мир прекратил своё существование для этих двоих. Только она… Только он…
— Северус, — хнычет и извивается под ним, сильнее прижимая к себе ногами. — Северус! — и девушка получает ещё больше удовольствия.
Его тело, будто отзывается на её взрыв, и он присоединяясь к ней, разделяет это несказанное удовольствие. Еле держась на локтях, опускает голову девушке на плечо. Оба дышат так, словно только что за снитчем бежали… Спустя пару минут оба заснули.
На следующий день
Благо была суббота и поэтому Герми не нужно было думать как из подземелья попасть сначала в комнату, выделенную ей отдельно, как старосте, а потом в Большой зал и на уроки. Когда она проснулась, Северус лежал уже в рубашке и штанах рядом с ней. Он смотрел на неё задумчивым взглядом.
— Северус… — прошептала Грейнджер через десять минут, когда уже полностью проснулась.
— Да, Миона?
— Я понимаю, что тебе не хочется это вспоминать, но мне просто интересно… Ты знал о том, что собирались делать Барти Крауч и Регулус Блэк, когда Волан-де-морт был жив?
— Конечно. После очередного собрания Регулус и Барти позвали меня к себе. Они знали, что я уже тогда начинал быть секретным агентом Дамблдора. Вот и рассказали мне, что придумали, как избавиться от Волан-де-морта. Один из крестражей я сам уничтожил. А один мы втроём уничтожили. Это был медальон Слизерина. Он был спрятан глубоко в пещере на одном из далёких берегов моря. Мы сначала думали трансгрессировать прямо туда, но к сожалению для волшебника она невозможна. Тогда мы вспомнили про Кикимера. Ты ведь его знаешь — эльф-домовик семьи Блэков.
— Да.
— Ну так вот. Перед тем как туда трансгрессировать мы узнали ещё про защиту: для входа нужно было пролить чью-то кровь. Потом нам стало известно про то, что сам крестраж покоится на дне чаши, доверху заполненной зельем, которое нельзя ни вылить, ни вычерпать, а только выпить. И пьющему будет в высшей степени нелегко допить эту гадость до конца: он будет испытывать жуткую боль и видеть самые ужасные свои страхи. Но и это не всё. Выпив, человек ощутит непреодолимую жажду, которую сможет утолить только вода из озера, ведь заклятия, вызывающие воду, в пещере не действуют. А как только покусившийся на крестраж Тёмного Лорда приблизится к воде, оживут плавающие там инферналы. Уж они-то позаботятся, чтобы посетитель не ушёл из пещеры живым.
— Ах! — испуганно прикрыла рот ладошками девушка. — Я надеюсь никто из вас не пострадал…
— Нет, ты же видишь — мы все живы. Ну так вот. Регулус предложил взять Кикимера с собой. Он и переместить нас туда может и помочь нам достать медальон. Вопрос только оставался в том, кто будет пить зелье, которое создал Тёмный Лорд. Сначала я предложил себя. Но потом мне сказали, что я опытный зельевар, вдруг это поможет, и умею летать по воздуху в виде тумана и ребята думали, что на это защитные чары пешеры не влияют как на трансгрессию. Тогда оставалось два варианта. Потом себя предложил Крауч. И останавливали мы его. У него как никак дочь, жена, в общем, одним словом — семья. И Регулус сказал, что это будет он. Мы никак не могли его уговорить придумать что-то другое. Он сказал: У меня каких-то специальных навыков нет; семьи у меня нет. Разве что кузины и брат. Но они вряд-ли будут по мне скучать. Скоро каждый заведёт свою семью и обо мне забудут. Амелии тогда было как раз 2 месяца. И чтобы остановить Регулуса, Бартимеусу пришлось раскрыть свои планы и рассказать, что он хочет, чтобы тот стал крёстным дочери. Это и остановило Блэка. И тут Кикимер предложил свою помощь. Раз другого выхода не было решили, что это будет этот эльф. Один из нас держал Кикимера, другой наливал в чашу сначала, а потом в рот этому домовику зелье, а третий стоял наблюдал. Там если вдруг Кикимер вырвется. Ну и потом мы смогли забрать медальон и уничтожить его. — закончил Снейп.
— Вау… — всё, что смогла сказать Грейнджер.
— Ну ладно, давай одевайся, скоро надо будет идти в Большой зал.
— То есть, ты меня рано разбудил?
— Заметь, я тебя не будил. — засмеялся Северус.
Прошлым вечером на площади Гриммо
Сириус и Амелия уже подходили к входной двери на запланированую прогулку, которую скорее всего сириус ждал больше, как вдруг та самая дверь резко открывается и туда заходит запыханый и взволнованный Барти. Он только что тоже прогуливался.
— Регулус и Кассандра здесь? — спросил он.
— Да. — удивлённо ответила пара.
— Позовите их и сами спускайтесь в гостиную. Срочно!
И они выполнили так, как сказал Крауч. Через пару минут в гостиной были Сириус, Регулус и Кассандра Блэк, Барти и Амелия Крауч (пока что). На руках у Регулуса (Кассандре он не дал, так как беременным тяжёлое носить нельзя и он очень переживал за жену) сидела Капелла, которая опять осталась на ночёвку.
— Смотрите. — и он положил на стол «Ежедневный пророк».
На первой странице по середине были две фотографии заключённых Азкабана: на одной был Струпьяр, а на другой — Антонин Долохов. Сверху большими буквами было написано: «ПОБЕГ НЕДАВНО ПОЙМАННЫХ ПРИСТУПНИКОВ. ОШИБКА МИНИСТЕРСТВА ИЛИ НЕТ?»
— Нет, — прошептал Регулус.
— Да. Сегодня ночью заметили, что Струпьяр и Долохов сбежали. Как им это удалось — никто не знает…
— Стойте! — воскликнула Кассандра, чем заставила всех вздрогнуть от испуга. — А вы помните, что мы не смогли поймать Фенрира?
— Точно. Он тогда сбежал.
— Ты думаешь, это он мог организовать побег? — спросил Сириус.
— Ну мне кажется да, только не один…
— А кто ему мог помочь? — спросила Амелия.
— Не знаю… Но в этот кто-то точно хочет заставить вас либо страдать либо что-то ещё. Нууу, чтобы вы не были вместе и вам было плохо. Колдография — первый шаг к этому. — под конец пожала плечами Касс.
Сириус сидел всё ещё немного злой. Он хотел сделать своей девушке сюрприз, а из-за каких-то там парочки ненормальных, больных у него не получается. Он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Регулус решил выйти за братом.
— Эй, Бродяга. — догнал тот Сириуса.
— Что? — злобно спросил он.
Нет, он не хотел грубить брату, но и сдерживать себя он не мог.
— Для начала успокойся. Пошли в мою комнату и там поговорим.
Они поднялись на верхние этажи и зашли в комнату Рега.
— Это всё из-за прогулки?
— Да… Как только я собираюсь её пригласить погулять и там сделать предложение либо просто подойти и спросить Выходи за меня замуж… Как школьник какой-то.
— Ну, братец, иди сюда.
И они обнялись. Регулус, хоть и не знал этого чувства, все равно поддерживал брата.
— Хочешь, мы с Касс сделаем так, чтобы в дом на определенное время никто не заходил? — усмехнулся младший.
— Долохова ты тоже остановишь?
— Если надо будет. Вы уже никак не можете наконец свадьбу сыграть, честное слово!
Сириус заулыбался. Было видно — ему грустно, но это уже была не натянутая улыбка, а настоящая. Так они ещё сидели обговаривали, как в следующий раз сделать предложение Мелли.