- Там был дядя... на ковре! Летучем!</p>
<p>
Манфридус звонко приложил ладонь ко лбу:</p>
<p>
- Если он опозорит меня на испытаниях, ты, Юлиус, разделишь с ним его наказание. Ослиный облик тебе очень пойдет.</p>
<p>
Глаза Юлиуса округлились от ужаса. Такими вещами Манфридус не шутил. Играть в карты Юлиусу явно расхотелось, но возразить он не смел.</p>
<p>
</p>
<p>
</p>
<p>
Дитц уже не мог отлипнуть от окон, как и Юлиус с Ольгердой. Внизу проплывала Чародия - скалы, долины, водопады, замки... В воздухе чего только не встречалось - волшебники на странных существах со стрекозиными крыльями, метлы, летучие ковры и даже летающий тазик. Пролетел клин пегасов, а из-за скал им навстречу выметнулась стая виверн. Но на роге вожака пегасов сформировался шар света, разметавший хищников. Да, Дитц теперь хорошо понимал тех волшебников, что оставались в Чародии!</p>
<p>
- Здесь живет король, да? - восторженно спросил Юлиус. Дитц выглянул в его окно... Внизу высился хрустальный замок, прозрачный и прекрасный.</p>
<p>
- В Чародии нет короля, - утомленно ответил Манфридус.</p>
<p>
- А замок что, пуст? - заинтересовался Дитц.</p>
<p>
В самом деле - ведь если бы там кто-то жил, сквозь прозрачные стены...</p>
<p>
- Это магия, ученик. Разумеется, замок не пуст!</p>
<p>
Через полчаса им пришлось спуститься до ветру - мальчики направо, девочки налево. Не успел Дитц и пояса развязать, как послышался дикий визг Ольгерды.</p>
<p>
- Что? Что? - на два голоса спросили они с Юлиусом.</p>
<p>
- Птицы! - взвизгнула Ольгерда, оправляя юбки. - Это птицы!</p>
<p>
Вокруг женщины вилась целая стая нежно-зеленых птичек с розовыми подкрыльями. Внезапно они все слетелись на голые ветви какого-то сухого дерева и... превратились в зеленые листья с розовой изнанкой.</p>
<p>
- Ты устроилась под птичьим деревом, - отмахнулся колдун. - Стоило из-за этого так шуметь.</p>
<p>
Дитц подошел ближе и завороженно протянул руку, коснувшись листа...</p>
<p>
Листва бросилась в стороны сотнями пичужек. Дитц не удержался от вскрика.</p>
<p>
- Жаль, что это не гуси или не утка, - практично заметил Юлиус.</p>
<p>
- Гуси и утки растут на окультуренных деревьях, - бросил Манфридус.</p>
<p>
Честно говоря, после этого приключения писал Дитц с опаской. Кто знает, заденешь струей травинку, а она, оказывается, в крокодила превращается!</p>
<p>
В карету Ольгерда влетела первая и очень поспешно.</p>
<p>
</p>
<p>
К северо-востоку пейзаж начал меняться - долин и лугов стало меньше, а вот лесов - больше. За все это время они увидели только два города.</p>
<p>
- У любого приличного волшебника есть свой замок, - снисходительно заметил Манфридус. - Города и деревни - для обычных людей. Но - Юлиус, запомни! - они тоже владеют кое-какими чарами. Есть формулы настолько древние, что подчиняются и простецу...</p>
<p>
- А что сразу я?</p>
<p>
Изменились и замки, над которыми они пролетали. Хотя скалы везде были одинаково-серые, западные волшебники строили сверкающие белокаменные дворцы, а на востоке то там, то тут торчали мрачные черные башни.</p>
<p>
- Местная традиция, - пояснил колдун. - В западной части страны живут добрые волшебники, а в восточной - злые. Я не просто так упоминал о том, что чародийцы обожают ссориться между собой! Запад с востоком - всегда на ножах.</p>
<p>
К полудню, карета наконец пошла на снижение. Дитц снова влип в окно... хотя честнее будет сказать, что он от него последний час и не отлипал.</p>
<p>
Под колесами проносились какие-то странные деревья с синеватой листвой, в гроздьях кроваво-красных ягод. Синеву изредка разбавляли дубы. Черная школа оказалась нагромождением башен, соединенных между собой многочисленными переходами - совершенно обычное местное строение. Копыта зацокали по брусчатке.</p>
<p>
Дитц, которому сидеть уже опостылело, выскочил из кареты первым. Следом выпрыгнул Юлиус.</p>
<p>
- Руку мне подал, живо! - прошипела Ольгерда. Юлиус скривился, но руку подал.</p>
<p>
Последним величаво спустился Манфридус.</p>
<p>
Черные башни довольно зловейще нависали над двором, острые, они казались клыками какого-то зверя, в пасть которого они сели. Близнецы-возчики побледнели и нервно озирались.</p>
<p>
- Манфридус, да ты ли это! - дребезжаще раздалось сбоку.</p>
<p>
Дитц, Юлиус и Ольгерда, не сговариваясь, развернулись. Манфридус тоже развернулся - медленно и неохотно.</p>
<p>
- Кретьен, - снисходительно кивнул колдун. - Давно не виделись.</p>
<p>
Кретьен оказался очень морщинистым и худым дядькой лет пятидесяти. Его черный балахон покрывали разноцветные заплатки, а в метле явно не хватало прутьев.</p>
